Наследница и Орк - Финли Фенн Страница 79

— В горе каждый клан устанавливает свои собственные правила на свой лад, — чётко сказал Джон. — Эти правила не всегда совпадают с человеческими. На ум приходят прежде всего человеческие законы против содомии, двоежёнства и публичного непристойного поведения, ни одно из которых здесь не запрещено — но есть и много других законов, которые также являются камнем преткновения для орков. Посягательство на чужие владения, например, — не все из нас разделяют это мнение о частной собственности на землю, — а также наша склонность к публичным увечьям, а не к изгнанию или тюремному заключению, для наказания преступников.

Элла поморщилась, снова вспомнив ту сцену в общей комнате Скай прошлым вечером, которая, несомненно, нарушила с полдюжины одних только человеческих законов, включая действия Натта.

— Хорошо, может, вы и не можете ввести здесь все человеческие законы, — сказала она, — но ведь Натт не этого хочет. Он хочет… — она мысленно вернулась назад, — …установить законы о возрасте. И повесить лампы. И развивать науку и медицину, чтобы помогать женщинам.

— Да, и нам нужны эти вещи, — сказала Джул, сидевшая рядом с Эллой, ровным голосом. — Очень нужны. Дело в том, что они не появятся просто потому, что Наттфарр и Гриск решат, что так должно быть. Когда дело касается кланов — особенно Скай и Баутул, — нам нужно вести переговоры открыто и честно, с уступками со всех сторон. Мы не можем рисковать тем, чтобы оттолкнуть их друг от друга и снова прогнать. Скай уже одной ногой за дверью, и если они уйдут отсюда сейчас — особенно по этим новым человеческим законам, которыми мы их связали, — пройдёт неделя, и у нас снова будет война. И Гримарр сделает всё, чтобы этого не допустить.

О. Элла потёрла глаза, изо всех сил пытаясь уследить за всем этим.

— То есть вы собираетесь позволить вашим самым, эм, неприятным оркам держать в заложниках весь ваш народ из-за таких вещей, как законы о возрасте и медицинская помощь? — требовательно спросила она. — В ущерб вашим собственным женщинам и сыновьям? Сколько женщин умирает каждый год, пытаясь родить ваших детей?

Голос Эллы стал довольно пронзительным, и в ответ последовало мгновение тишины, ещё один стук когтей Джона по свитку.

— Четырнадцать, — наконец тихо сказал он. — За прошедшие двенадцать месяцев. Из тех, о ком нам известно.

Благие боги. Элла мотала головой, скрестив руки на груди, её пальцы вцепились в мягкий утешающий мех накидки Натта.

— Это отвратительно, — отрезала она. — Каким образом жизни этих женщин стоят меньше, чем жизни орков. Одно это стоит всего, что Натт пытается сделать!

К счастью, никто не стал спорить, и тяжёлую тишину наконец нарушил короткий смешок Кесста и кривой взмах его руки в её сторону.

— Наттфарр явно знал, что делает с тобой, милая, — сказал он голосом, который звучал почти насмешливо, но не совсем. — Гриск до мозга костей. Упрямая, идеалистичная, до абсурда преданная. Ты станешь ему хорошей парой. И поможешь разжечь войну для всех нас.

Элла не знала, как на это ответить — он что, оскорбляет её? — а сидевшая рядом Джул тяжело вздохнула.

— Гримарр не допустит, чтобы до этого дошло, — твёрдо сказала она. — При всей своей показной суровости он всё же заботится о Наттфарре и согласен со многим, что тот пытается ввести. И сегодня они наконец-то разговаривают друг с другом как разумные взрослые, а не просто огрызаются и задирают друг друга, и это обнадёживающий знак. Хотя, — её взгляд метнулся к Элле, она склонила голову, — если тебя действительно так сильно волнует всё это, Элла, почему ты не захотела участвовать сегодня?

Участвовать? Элла моргнула, глядя на неё, а затем на орков, которые все втроём смотрели на неё внимательными глазами.

— Что ты имеешь в виду? Участвовать в чём?

— В их сегодняшних утренних переговорах, — произнесла Джул, теперь медленнее, её глаза не отрывались от лица Эллы. — Гримарр и Наттфарр встречаются, вместе с Саймоном, Оларром и Скеном, чтобы всё это обсудить. Чтобы договориться о некоторых условиях, по крайней мере на данный момент, учитывая текущие обстоятельства.

Условия. На данный момент. Обстоятельства? Элла моргнула, глядя на Джул, совершенно ничего не понимая, и Джул пробормотала короткое проклятие, её глаза на мгновение закрылись, почти как будто от боли.

— Эти проклятые орки, — сказала она со вздохом. — Наттфарр не сказал тебе. Ты не знаешь, Элла, не так ли?

Элла не знала, о чём, чёрт возьми, говорит Джул, и Джул открыла глаза и вздохнула. И сделала вдох, а затем ещё один, в то время как страх начал нарастать, пронзительно пульсируя под кожей Эллы…

— Лорд Тови, твой жених, публично отверг наше предложение гостеприимства, — сказала Джул, её голос был тихим, но уверенным. — Он созвал своих новых союзников на срочный совет. И теперь он мчится к нам на полной скорости и потребовал немедленно вернуть тебя ему. В противном случае он начнёт войну.

Глава 26

Лорд Тови мчался к ним на полной скорости. Требуя немедленно вернуть Эллу. Иначе он начнёт войну.

Словно эти слова не были реальными, словно этого момента не существовало. Словно Элла на мгновение оказалась в другой комнате, на другой горе, в другой жизни.

— Как давно? — спросила она, её голос звучал слабо, отстранённо. — Вы знали об этом?

Она подалась к Джул, почти умоляя её сказать: я узнала об этом только сегодня, может быть, час назад, — но Джул снова поморщилась и медленно покачала головой.

— Вчера утром, — сказала она. — Люди Альфреда нагнали его накануне вечером, и он тут же разослал призыв на военный совет и развернулся в течение часа. Он должен быть здесь к рассвету.

О боги небесные. Они знали, что Альфред приближается, ещё вчера, и он будет здесь завтра, это должно быть сном, должно быть…

— А Альфреда… его люди? — услышала Элла свой собственный вопрос. — Они всё ещё здесь?

Джул поморщилась и кивнула.

— Двое из них всё ещё разбили лагерь в лесу, двое едут обратно с ним, а ещё один отправился на север, в Хандор, где Альфред созвал свой военный совет — в юрисдикции моего кузена Отто. Похоже, Отто даже планирует присутствовать, скользкий ублюдок. Как обычно, играет на обе стороны.

В её глазах вспыхнул искренний гнев, и ошеломлённый мозг Эллы изо всех сил пытался уследить за мыслью, связать всё воедино. Если у Альфреда и его отца появились новые союзники в Прейе и