Салейские хроники - Екатерина Ивановна Гичко Страница 7

Выбежала она к лестнице как раз в тот момент, когда светленькая барышня уже скрывалась в парке. Присев на ступеньки, Лийриша скинула башмачок и немного приподняла юбку, чтобы было видно щиколотку. Сейчас выйдет Оран, а она здесь в таком пикантном виде страдает над подвёрнутой лодыжкой. Она же достаточно соблазнительно выглядит? Сомневаясь, девушка потянула юбку к колену, но тут же одёрнула её назад.

Нет-нет, слишком стыдно! Хватит и лодыжки. В романах пишут, что мужчины с ума сходят от женских лодыжек, а она даже стопу покажет. У неё же красивая стопа? Лийриша скептически осмотрела облачённую в плотный белый чулок ногу. Может, всё-таки колено или… во рту пересохло от смелости… бедро? Нет-нет, кошмар какой в голову пришёл! Хотя, может, показать? Вдруг лодыжка не проймёт?

Лийриша занервничала, испугавшись, что её затея потерпит неудачу, и всё-таки потянула подол к колену.

Тень легла на неё совсем неожиданно, и вздрогнула девушка вполне реалистично. Как и испугалась. Она ведь не слышала шагов…

Вскинув голову, Лийриша на мгновение оцепенела, с изумлением взирая на застывшего над ней хайнеса.

— Госпожа, — повелитель склонил голову набок и участливо посмотрел на неё.

Опомнившись, Лийриша с отчаянным писком одёрнула юбку и сжалась от совершенно искреннего стыда.

— Г-господин… — на лестницу вышел и замер в удивлении Оран.

— Видимо, госпоже плохо, — с беспокойством отозвался хайнес, склоняясь над девушкой. — Я видел, как она подвернула лодыжку, и последовал за ней.

Последовал за ней? Лийриша с непониманием уставилась на повелителя. Но она же через окно и кустами… Стоило ей посмотреть в участливые синие глаза, как тело будто бы одеревенело. Она явно видела на дне этой сини лукавую насмешку.

— Вам нужно показаться лекарю. Давайте я помогу.

Хайнес взял сброшенный башмачок, впихнул его в ладони девушки, а затем неожиданно подхватил её на руки.

— Я сама! — взвилась та.

— Дитя, ты не можешь идти, — проникновенно произнёс хайнес, и глаза его почти не смеялись. — Вдруг ты повредила кость. Будет ужасно, если такая хорошенькая ножка будет покалечена. Потерпи это неудобство совсем немного и посчитай мою помощь отеческой заботой.

Лийриша почувствовала, что каменеет.

Хайнес медленно прошёл со своей ношей мимо почтительно посторонившегося Орана и вернулся в дворцовый коридор. Пару минут они шли в полном молчании, Лийриша лишь оцепенело смотрела на белоснежную косу, а затем напряжение начало её отпускать, и девушка велела себе быть смелой. Раз попалась, надо понять, какой глубины яма.

— Вы везде следовали за мной? — осторожно уточнила она.

Синие глаза с насмешкой посмотрели на неё.

— Везде.

Лийриша раздосадовано вздохнула и решительно потребовала:

— Поставьте меня.

Хайнес не стал упорствовать и поставил её на ноги.

Нацепив башмачок на ногу, Лийриша отошла от повелителя подальше, настороженно посматривая на него.

— Я начал наблюдать за тобой ещё в зале, — признался повелитель. — Мне пока не понятно, какую игру ты затеяла, но на своей территории я не потерплю интриг. Их и без того много.

— Ну вот и разбирайтесь с ними! — девушка выдохнула это с такой яростью, что хайнес на мгновение оцепенел. — Разбирайтесь с государственными делами и не мешайте мне. Я. Хочу. Выйти. Замуж. И не за вашего сына. Так что не лезьте в мои дела!

Лийриша остановилась перед покоями, выделенными её семье, и тоскливо шмыгнула носом. Выплюнув хайнесу до безрассудства глупые слова, она быстро осознала свою глупость и убежала прочь, после чего долго скиталась по коридорам, рыдая над своей неудачной судьбой. Было далеко за полночь, когда она наконец вдоволь наплакалась, немного пришла в себя и испугалась: совсем из ума выжила! Всю бдительность потеряла! Реши от неё кто избавиться, сегодня ночью ему бы это удалось!

Тихонечко проскользнув в гостиную, девушка неслышно направилась в свою комнату, но замерла, так и не свернув в коридор.

В её спальне кто-то был.

Лийриша не слышала ни шороха, но была уверенна, что в спальне кто-то есть.

Отшатнувшись, она призраком пересекла гостиную и скрылась в коридоре, ведущем в комнаты сестёр. Мгновение спустя из её спальни вышла сарена Гиаша.

Женщина подозрительно осмотрелась. Только что ей послышался какой-то звук. Падчерица всегда ходила очень тихо. Осмотревшись, сарена пересекла гостиную и открыла дверь в спальню Эзы. И неприятно поразилась, обнаружив, что постель дочери пуста. Позабыв о падчерице, Гиаша бросилась к спальне Арваны и решительно распахнула дверь. В нос ударил запах благовоний, и женщина с укором посмотрела на дочерей, которые лежали в одной постели и, хихикая, шушукались, делясь впечатлениями от бала.

— Мама, можно мы сегодня вместе поспим? — тут же умоляюще протянула Арвана.

Сарена закатила глаза к потолку, но милостиво махнула рукой.

— Только не болтайте слишком долго и громко, — сказала она напоследок и закрыла дверь.

Некоторое время дочери прислушивались к её шагам, затем Эза выскользнула из-под одеяла и бросилась к двери. Приоткрыв створку и проверив, что мать ушла, девушка вновь прикрыла дверь и осторожно повернула ключ в замке. Убедившись, что дверь не открывается, девушка метнулась к окну и тщательно задвинула шторы.

— Можно, — Арвана пихнула прячущуюся под одеялом Лийришу, и та подтянулась повыше на подушки.

Эза вновь забралась под одеяло, и её тонкие пальчики заскользили по корсажу платья Лийриши.

— Арвана, помоги.

— Да не нужно, — попыталась отмахнуться Лийриша.

— Жарко же!

Через пару минут сёстры всё же стащили с Лийриши платье и, устроившись под её боками, затихли. Они ничего не спрашивали, только Арвана гладила её по правому боку. И Лийриша была благодарна им за молчание.

— Болит?

— Нет, — соврала Лийриша.

— Болит, — сдала её Эза. — Чувствуешь, дрожит?

Лийриша недовольно зашипела, и сёстры опять затихли.

— А может, ну его, этого Орана? — едва слышно прошептала Эза. — Скучный он.

— У Лали есть старший брат, — вторила ей Арвана.

— Нет! — решительно прошипела Лийриша. Помнила она этого брата.

— Да он всего лишь чуточку красивый, — попыталась поспорить Эза, но старшая сестра осадила её:

— Не лезьте. Я сама разберусь, — и, тяжело вздохнув, добавила: — Спите лучше.

Корыстная. Глава 3. Благожелательный сов

Проснулась Лийриша ещё в темноте, небо только начало светлеть. Внутренняя не проходящая тревога будила её очень рано, и она, как зверь, спешила вновь спрятаться, чтобы ночные хищники не нашли её в блеклом свете раннего утра. Обычно она просыпалась мгновенно. Открывала глаза, садилась и осматривалась уже вполне осмысленным, ничуть не сонным взором. Тело напрягалось, так и не расслабившиеся мышцы сводило болью.