Юленька и дракон. Дело вдовы Завадской - Адель Хайд Страница 67

Съездили уже маги, эти склады осмотрели. Вернулись и рассказали, что не подойдёшь, настолько сильная тёмная энергия от них исходит. И Северский сейчас думал, что делать?

Святой воды тысячу кубов вылить? Или сжечь? Свечу взять самую толстую, в храме осветить её, и сжечь. Красиво будет гореть.

Вот только в центре Москвы делать это опасно, может ещё половина Москвы сгореть, даром что дома каменные. А как вывезешь, если от них фонит так, что люди в обморок падают?

Там пока шестеро драконов из его команды работали, защитный контур ставили. Драконья магия сильная, может неделю продержаться, может две. Но решать надобно.

Однако помимо сукна князь Северский нащупал ещё одну нить. И она ему очень сильно не понравилась.

Потому как тянулась она к императору.

Кто-то очень близкий к государю готовил что-то неприятное. Князь Северский себе даже представить не мог, что кто-то может покушаться на императора. Но если на мгновение это допустить, то всё то, что он сегодня узнал, именно туда и могло привести.

Он собирался ещё немного поработать, как вдруг ему принесли записку от супруги брата. Аглая писала: «Велимир, дело серьёзное. Приезжай сегодня, пожалуйста».

И через пятнадцать минут князь понял, что работать он не может. Он просто не в состоянии сосредоточиться после таких слов.

Оделся. Аккуратно сложил бумаги, запер их в сейф и вышел на улицу.

Пахнуло холодным воздухом с реки. Откуда-то донёсся звук запоздалого колокольчика.

«Странно, — подумал князь Северский. — Вечернюю службу давно отслужили, а колокольчик звенит».

Но колокольчик всё не умолкал и звук его из приятного постепенно становился тревожным. И Велимир Северский пока ехал к дому своего брата, думал, и не мог никак понять откуда пришла эта твёрдая уверенность в том, что когда он узнает то, что ему расскажет Аглая, то мир перестанет быть прежним.

Глава 35

Князь Велимир Северский

Князь Северский сидел, уронив голову на руку. Он даже прикрыл глаза, и перед глазами его то и дело возникали картины.

…Вот маленькая девочка в воздушном розовом платьице бежит по полю. Одуванчики, которые уже созрели, лёгкими парашютиками взлетают и переливаются в солнечных искрах, и кажется, что вокруг девочки возник ореол из маленьких крылатых фей. Она хохочет и смех её разлетается звонким колокольчиком, отчего становится радостно и светло.

…А вот её первый бал. Платье тоже воздушное, но оно уже подчёркивает то, что Велимир старался не замечать, то что его малышка Доброслава выросла. И ему хотелось убить каждого, кто смотрел на неё с восхищением. На его маленькую племянницу, которая выросла на его глазах, как родная дочь.

И он даже представить себе не мог, что его Доброслава убила кого-то и не рассказала об этом ему, Велимиру, хотя он знал о ней всё, даже больше, чем родная мать. Она и в