Синь-камень: лекарство от одиночества - Татьяна Снежко Страница 65

Наши взгляды с Яриком встретились. Его синие глаза потеплели.

«Все будет хорошо. Я буду рядом», – говорили они.

От этого черные кошки не только заскребли на душе сильнее, но и взвыли. Ноги стали ватными, нервы были на пределе, а сердце бешено стучало. Алиссандр резко развернулся и подхватил меня.

– Встретимся у березы на закате. И замени в рецепте коктейля листья дуба на любисток. Помни, сила – лишь способ защитить других, – бросил он через плечо Ярику, посмотрел на Елизавету, улыбнулся и добавил после паузы: – А ты мне нравишься.

Затем сгреб меня в охапку и потащил к выходу, шепча что-то на ухо и целуя в шею. Но я не слушала. В голове повисла одна мысль: что значит «Ты мне нравишься»? При живой-то невесте заявлять, что ему нравится другая женщина? Просто беспредел какой-то! Озадаченные кошки тут же перестали скрести, оставив душу на растерзание ревности. Из нее я так и не успела вырастить очередного Черного волка – воплощение моего страха.

– Нас ждет кто-то очень-очень важный, – озадачил меня суженый.

О, небеса! Неужели сам Верховный Бог посетил нашу свадьбу? «Ты в своем уме, Василиса?» – тут же одернула я сама себя. Боги не являются людям, даже если эти люди – волхвы. А кто же тогда нас ждет?

Проходя мимо оживленно беседующих гостей, поющих и танцующих, где-то глубоко в душе я завидовала их беззаботности. Казалось, присутствие жениха и невесты вовсе не обязательно для веселья гостей, которые уже и так прекрасно проводили время.

Вот так, с такой глуповато-счастливой улыбкой, я вошла в беседку и тут же увидела свою прабабушку. Как же я могла забыть, что самый важный человек, с которого началась вся эта история, – моя баба Нюра? Она сидела в самом углу, точно в том месте, где когда-то я встретилась с Агафьей – и именно отсюда когда-то молодая Агафья столкнула Нюру в озеро.

Бабушка не обращала на нас внимания. Ее взгляд был устремлен на водную гладь, в которой отражались лучи заходящего солнца и ее прошлое. На лице были написаны такие грусть и тоска, что казалось, будто каждая мягкая волна озера несла к ней меланхолию, утягивая в воспоминания.

– Здравствуйте. Я Алиссандр, – представился мой будущий муж, возвращая бабушку к нам.

Та медленно повернула голову, и на ее глазах выступили слезы.

– А ты так похож на своего деда, – сказала бабушка грустно. Я присела с ней рядом и обняла ее. Она горько расплакалась.

– Ба, не надо. У меня теперь есть все, что нужно для счастья: домик у озера с видом на настоящего мужчину.

Я так хотела поделиться с бабулей своим счастьем. Если бы не она, то встретила бы я самого чудесного мужчину на свете? Конечно нет. Я, наверное, вышла бы замуж за кого-то вроде Геры, родила бы ему детей и рисовала бы картины у моря в одиночестве – одиночестве своей души. А поняла бы я, что такое мир, не потеряв его и не обретя вновь свет? Поняла бы я, что такое жизнь, пока стальной клинок не пронзил мое сердце? А что такое любовь, пока не почувствовала последний вздох любимого?

Бабуля ласково похлопала меня по спине, точно так же, как в детстве, когда укачивала на руках. Поцеловала в макушку и прошептала:

– Девочка моя, если хочешь понять жизнь, то перестань верить тому, что говорят, а просто иди за своим сердцем. Спасибо тебе, золотце. Теперь я навсегда останусь с тем, кого так сильно любила. Лучше поздно, чем никогда.

И ее слеза стекла по моей щеке. Я вдруг ощутила на губах бабушкино счастье со вкусом солнца, теплого, ласкового, родного. Грусть бабушки словно растворилась в озере, а тяжести ушли, уступив место радости и свету.

– Ну иди, моя лапочка. Тебе еще нужно получить благословение Синь-камня, – напутствовала меня бабушка, но сама продолжала крепко держать за обе руки, не желая отпускать.

Я поцеловала ее в лоб. Родная моя… Теперь я тоже знаю, что такое любовь. Любовь – это знать страшные тайны друг друга.

Алиссандр обнял меня за плечи и осторожно освободил мои руки. Затем низко поклонился бабушке. Та погладила его по голове, словно принимая в наш Род.

Уходили мы не оглядываясь, оставив бабу Нюру, застывшую в ожидании чего-то особенного, немного сказочного.

Осталось пройти последний предвенчальный ритуал – попросить благословения у Синь-камня. И все – затем венчание, и я жена волхва. И вот она, свобода от всех обрядов, и начнется просто счастливая жизнь. Мне она представлялась в божественном валянии вдвоем в кровати, лавандовых поцелуях и хвойных объятиях.

Сегодня Синь-камень был синим. Уж не знаю, что с ним случилось, ведь обычно он синел только во время дождя. А сейчас сухой, совсем сухой, как лист, но синий, словно мокрый. Алиссандр усадил меня на камень и сам сел рядом. Вокруг стояла непривычная тишина. Лишь ветру было дозволено бесшумно трепать мои волосы.

Впервые мы оказались наедине в этом мире. Мгновение без страшных ритуалов и духов, без посторонних. Мы просто сидели на обычном валуне, глядя вдаль. Можно было болтать об обычных вещах, как пара влюбленных – куда потратить подаренные на свадьбу деньги: на большой телевизор или, может быть, машину? Сколько детей мы хотели бы и кого: мальчиков или девочек? Поедем ли мы в отпуск к морю или навестим родственников? Но у нас все сложно. Есть то, о чем мы не хотели говорить, чтобы не расстраивать друг друга. Хотя и остался вопрос, который я всегда хотела задать.

– Дорогой, ты и брюнет, и рыжий, и блондин, – про седого я умолчала, не хотела вспоминать того умирающего старика. – Как ты это делаешь, да еще и без краски? Это же мечта каждой женщины. Открой свой секрет, и мы станем миллионерами.

– Зачем нам это? – рассеянно посмотрел на меня волхв.

– Давай откроем свой бизнес, чтобы жить без лишних хлопот, – сказала я, пожимая плечами. – В конце концов, зачем еще нужен бизнес, если не для веселья и приключений?

Моего жениха явно что-то волновало гораздо сильнее. Морщина на лбу выдавала глубокие размышления, так что мои разговоры о разноцветных волосах казались ему, наверное, просто детской забавой. Мне хотелось растормошить его, заставить расслабиться и немного подурачиться. Я не хотела думать о чем-то серьезном, когда вокруг нас царила такая волшебная атмосфера, полная загадок и чудес.

– И что для полного удовольствия тебе нужно? Наши гости сделают все, о чем ты их попросишь, – просто ответил волхв, словно это было само собой разумеющееся. Он обнял меня и