Не женщина - загадка! - Светлана Нарватова Страница 63

Держись, Марша. Ты сильная, ты сможешь, держись! Тебе еще в службу спасения звонить…

Как ни странно, но, кажется, именно после этой мысли внезапная слабость и отступила — так же неожиданно, как навалилась, оставив меня, мокрую как мышь, дезориентированную и обессиленную, но кажется, более-менее мыслящую.

По крайней мере, здравомыслия на то, чтобы посоветоваться с тем, кто разбирается в ситуации, прежде чем что-то предпринимать, мне хватило.

Трясущимися от отходняка руками я сумела выудить телефон из кармана пальто, и набрала не 911, как собиралась изначально, а свой домашний номер.

Длинные гудки — и автоответчик, уведомляющий, что меня сейчас нет дома, но я могу оставить мне сообщение.

— Зак, ответь! — Хотелось панически заорать, но я заставила себя говорить истерическим шепотом. — Мне срочно нужна помощь, или я в глубокой задни…

— Слушаю.

Отрывистый, собранный голос Морелли прозвучал раньше, чем я успела закончить диктовать сообщение.

— Зак, я у Алистера Коулмена. Он мертв!

— Что значит “мертв”?..

— Значит, не жив! — С истерическими нотками "нашел время тупить" выдала я.

— Марша, стоп. Спокойно. То, что ты видишь, выглядит как естественная смерть или как убийство?

— Это убийство. Без вариантов, — уверенно отмела я сомнения Зака, глядя на горящие свечи.

— Там еще кто-нибудь есть?

— Нет, я здесь одна. — Я сглотнула ставшую вязкой слюну и добавила: — И труп.

— Марша, ты звонишь мне прямо из его дома?

Голос Зака, спокойный и твердый, дал мне опору и помог собраться, прийти в себя. И на этот вопрос я ответила, уже не чувствуя себя обморочной мышью:

— Да.

— Хорошо. Сейчас расскажи мне, что ты делала с того момента, как подошла к дому.

Морелли, спокойный и твердый как скала, спокойно и твердо взял ситуацию в свои руки, — и я с облегчением передала ему бразды правления.

Я раньше видела тела, и неоднократно, но все они были старыми и иссохшими тысячелетними мертвецами. Ни один из них не был мне знаком при жизни, ни один из них не доводился мне наставником, руководителем и восторженной девичьей влюбленностью.

Никакого сравнения, в общем.

Я подробно перечислила Заку все свои действия, и он резюмировал:

— Значит, ты прикасалась к наружной ручке передней двери и к наружной и внутренней ручке задней двери. Точно? Больше ты не трогала ничего?

Я старательно перебрала в голове “слайды” из памяти:

— Да. То есть — нет, больше ничего.

— Хорошо. Значит, сейчас делаешь то, что я говорю. Возьми носовой платок… У тебя есть чистый носовой платок? Да? Отлично. Бери его и иди на кухню. Носовым платком открой кран, намочи платок, через платок закрой кран. После этого иди к задней двери и протри дверные ручки с обеих сторон. Ни к чему не прикасайся без нужды, сотри только те следы, которые могла оставить ты сама. Переднюю дверь не трожь — иди к машине, садись и уезжай. Домой тебе ехать нельзя. Ты меня поняла?

— Почему мне нельзя ехать домой?

— Потому что мои дорогие коллеги каким-то образом нашли место, где было совершено покушение на меня, и откопали мой пистолет. Им потребуется какое-то время, чтобы убедиться, что он — мой. И только после этого они поднимут данные по соседям. А вот если ты сейчас приедешь домой и собственной персоной столкнешься с Роном, вряд ли он поверит в твою историю о нашем случайном знакомстве.

— А ты?

— Я как-нибудь выберусь. — В голосе Зака звучала неуверенность. — Марша, беги быстрее, пока тебя не взяли на месте преступления практически с поличным!

Он повесил трубку, в одно мгновение вернув меня из состояния почти домашнего комфорта и близости в реальный мир, к трупу Алистера Коулмена.

Быстро и точно выполнив инструкции, которые я проговаривала себе вслух, — хотя я всё равно не была уверена, что заставила мозг действовать осознанно, я выскочила из дома и рванула к машине.

Только подъезжая к железнодорожному переезду, я сообразила, что еду к Заброшкам. Я остановилась, прижавшись к обочине, и достала телефон из кармана. Ради всего святого, возьми трубку.

Длинные гудки возвестили мне, что Ба справилась с зарядкой сотового.

— Ба, привет! — с места в карьер начала я. — У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться!

— Подарить тебе тест на беременность?

Я аж закашлялась от неожиданности.

— Нет, но почти. — Я контрольно кхекнула, убеждаясь, что снова владею голосом. — Я хочу познакомить тебя со своим парнем.

— Та-ак… И что ты за это от меня хочешь? — сразу уловила главное бабуля.

— Во-первых, его нужно вывезти из-под носа у полиции. А во-вторых, нам необходимо убежище. Хотя бы на пару дней. Все подробности, когда ты заберешь Зака из моего дома!

— С чего ты решила, что ввяжусь в это темное дело?

— Потому что обычно тебя из них приходится “вывязывать”! Ба, давай все вопросы на потом?..

Мы быстро оговорили детали. Теперь нужно дать инструкции Морелли. Но на меня навалилась такая апатия, что я даже не могла поднять руку, которая внезапно стала неподъемной и словно чужой.

Глава 27. Формула-1 и другие неприятности

Я нажал кнопку отбоя, опустился в кресло у стола и прижал губы костяшками сжатых в кулак пальцев. И лишь позже сообразил, что на руках надеты хозяйственные перчатки. С одной стороны, я испытал огромное облегчение: Марша позвонила. С того момента, как к остову соседского дома подъехала полицейская машина, я отчетливо понял: мы в дерьме.

Первое время еще теплилась надежда, что это лишь формальность. В нашей системе решения так быстро не принимаются. Бюрократическая машина обязана была застрять на каком-то этапе, и дать мне с момента обнаружения “клада” хотя бы два-три дня форы. Но нет, ребята приехали копать. Рыть землю — во всех смыслах этого слова.

И они нарыли! Не знаю, как я сам не подумал об этом. Не вспомнил вообще — они нашли мой пистолет. Где-то там остался жетон, не знаю, выдержал он огонь или нет. Но оружия вполне достаточно. С этого момента включился таймер. По номеру табельного меня вычислят быстрее, чем утка скажет “кря”. Мой новый