Опальная жена для кронпринца. Право на любовь - Мария Вельская Страница 61

Позади раздался грохот. Что-то с оглушительным свистом пролетело над головой.

Принц дёрнулся.

— Тише, я здесь. Тише. Всё хорошо. Всё в порядке. Всё так, как нужно. Я тебя не покину. Никогда… — Голос дрогнул.

Морщинка на лице мужчины разгладилась.

И в этот момент я наклонилась — и поцеловала его, чувствуя, как острые клыки прокалывают мою губу, и наша кровь смешивается. Вместе с ней я отдавала ему защиту. Выдавливала, выцеживала до капли всё, что могла, чувствуя, как невидимая сеть окутывает голову наследника.

Ещё немного. Ещё чуть-чуть… Мир начал раскачиваться всё сильнее, рядом взревел Корри, но я упорно не желала сдаваться. Я смогу. Справлюсь!

То ощущение защищенности, которое испытывала последние недели, почти исчезло. Истончилось, стало похожим на крупную ячеистую сеть. В какой-то момент я ощутила безумное давление. Как будто ко мне издалека тянулись острые ядовитые шипы, пытались впиться крючьями в разум.

Кажется, я закричала. С трудом заставила себя не дёргаться. Пальцы инстинктивно ухватили рукоять кинжала. Знакомое тепло металла придало силы, изгоняя чужих призраков. В голове прояснилось. Я медленно открыла слезящиеся глаза. Если это то, что сейчас испытывает Шаннер, я не представляю, как он все ещё борется.

На ладони отпечатался узор кинжала. Голова принца запрокинулась, обнажая беззащитное горло. В груди застыл ком. Мне показалось, что лицо Шаннера немного разгладилось. Голова болела всё сильнее, но я не могла заставить себя отвлечься. Чувствовала, что Корри старается меня подпитать — а ещё неведомым мне образом оберегает принца.

Алые огромные крылья вдруг резко хлопнули по полу, всколыхнулись — и сомкнулись над нами куполом, отсекая от внешнего мира. Сердце сбилось с ритма. Только он, я и… неведомый враг. Прекрасный треугольник.

Тело дрожало, мышцы ныли от усталости. Сколько бы сил во мне ни было, удерживать на весу взрослого, высокого и довольно массивного мужчину столько времени было тяжело. А если придется встать и попытаться его оттащить…

Я содрогнулась. Я не знала, что происходит в комнате. Насколько мы в безопасности. Но могла только положиться на друзей.

Медленно текли секунды. Голова принца сползла мне на грудь. Кажется, более мягкая подушка ему понравилась. Челюсть расслабилась. Губы приоткрылись. Мне хотелось его поцеловать. Наверное, я была сумасшедшей. Безнадежно, глупо, неизлечимо больна.

Уши заложило. Не было сил ни бояться, ни отчаиваться, ни строить планы, ни вообще думать. Я с трудом убрала пальцы с кинжала.

— Красивый, — выдохнула, медленно водя пальцем по линии подбородка, по острым скулам, по царапинам на щеке, медленно подбираясь к линии волос — а потом снова предательски сползая к губам.

В тот самый момент, когда мой палец лёг на бледно-розовые губы, они шевельнулись — и сомкнулись на нём. Мягкий, немного шершавый язык скользнул по моей коже, обвивая палец. Глаза Шаннера распахнулись. Пылающие оранжевым пламенем зрачки впились в меня двумя угольками.

Я растерялась. Наверное, мне нужно было как-то отреагировать, но в этот момент острые зубы прикусили мне кожу. Почему-то это было очень приятно. Странно щекочущее чувство скользнуло вдоль позвоночника и спустилось ниже. Я сглотнула слюну, не понимая, что мы творим.

— Ты спасла мне жизнь, Аэри. Который раз ты спасаешь нашу семью? — Низкий мягкий голос убаюкал измученный разум.

— Разве это не долг поданного? Спасти своего Владыку? — Мне было очень жарко. Кожа пылала, пылали лоб, щеки, плечи.

— А ты сделала это только из чувства долга? — Шаннер с трудом выпрямился. Пошатнулся, опираясь об пол. Кажется, он только теперь понял, что буквально лежал на мне.

Лицо кронпринца приблизилось, и он медленно коснулся моего лица. Его палец стёр что-то с моей губы, и неприятное чувство стянутости исчезло. Принц отнял руку и медленно поднёс её к глазам. На его пальцах виднелась засохшая кровь.

— Аэри, — глаза Шаннера Мъярга стремительно почернели. Из груди вырвался рык. Знакомая ярость дикого зверя выглянула наружу. Он рыл лапами землю, скалился, готовясь напасть на обидчиков. Широкие ладони обхватили моё лицо — как ещё совсем недавно обхватывала его самого я, — всё моё пламя горит тебе и для тебя. Пусть оно станет твоей частью, потому что ты — достойна. А если не ты, девушка-сталь, девушка-мечта, то кто? Я бы поклялся, что ни один шрам больше не появится на твоём теле и твоей душе, но ты сделала для меня больше, чем делал кто-либо когда-либо в этом мире.

— Я…

— Я уничтожу каждого, кто оставлял тебе шрамы. И пока небеса принимают меня, а ветер поднимает мои крылья, ты не будешь одна, — его холодное лицо было измазано в крови, кожа пропитана потом, одежда в полном беспорядке, но Шаннер Мъярг смотрел на меня так, как будто мы находились а тронном зале и он при всем дворе давал мне брачные клятвы.

— Я смогла тебе помочь? — Я хотела сбежать к безликому привычному «Вы», но не смогла. Больше нет.

— Если бы не ты, я бы не вернулся. Ты действительно дар рода Мъярг. Но ты только мой дар, Аэри Сорлейн. Надеюсь, ты это помнишь. — Его губы обожгли мои.

Коротко. Отчаянно. Жадно. Выпивая жизнь, отдавая жар чужого тела. То, что было сейчас между нами, было сильнее чувства долга, страха перед разоблачением и мыслей о Тристане и императоре.

Кажется, напади сейчас заговорщики всем скопом — я бы и то не заметила.

Уставшие, грязные, измотанные, мы стояли на коленях, прижавшись друг к другу, как будто боялись, что нас сейчас разлучат. Я впитывала его жар, тепло его рук, его дыхание. Я вдруг поняла, что эта тяжесть — тяжесть дорогого тебе мужчины рядом — может быть приятной.

Мир оказался совсем не таким, каким я его рисовала. Я мечтала о мести, а взамен получила нечто гораздо большее.

Я обнимала его, прижималась щекой к светлой разорванной рубашке. Я не хотела, чтобы это кончалось.

— Ты станешь равной мне. Мои огненные крылья. — Наверное, этот шёпот я себе придумала.

Пальцы принца зарылись в мои волосы, и он перебирал их, растрёпывая ещё сильнее и не обращая внимания на грохот снаружи.

Из странного полусна меня вырвало ощущение нечеловеческого голода. Желудок взревел так, что я пошатнулась. А потом ощутила в голове какое-то щекочущее прикосновение. Виски кольнуло, голову сдавил огненный обруч — и всё исчезло.

— Я вернул защиту на место, — низкий голос прозвучал у самого уха, — пути богов неведомы.

— Думаешь, Сумрачный знал, что так будет, когда даровал мне возможность больше никогда не становиться чужой марионеткой? — Мой голос тоже звучал хрипло.