Запрет на истинность - Светлана Томская Страница 60

Дарг помогает определить их стихию: воздушники. Кажется, скоро я буду ненавидеть всех воздушников. Тела Ирвина на месте похищения не было, и я почти не сомневаюсь, что он причастен, особенно если вспомнить его ложную метку.

Оба мага не смотрят по сторонам, их головы запрокинуты, взгляды устремлены в небо. Предупреждены, откуда ждать гостей? Ну что ж, внезапность на нашей стороне.

«Дарг?»

«Готов!»

Застигнутые врасплох маги вспыхивают двумя факелами. А я, не теряя времени, ныряю в тёмный проход.

Первое, что я вижу, — испуганные синие глаза моей девочки и нож, приставленный к её горлу.

Глава 60

Нашел

Эйнар

— Ты должен был обернуться прямо в воздухе над пирамидой, — возмущённо заявляет одноглазый незнакомец, одна рука которого оттягивает голову Айри назад, намотав на кулак её белокурые волосы, а вторая прижимает нож к беззащитно открытому горлу.

У меня темнеет в глазах от ярости, но сейчас, как никогда, нужна холодная голова.

— Отпусти её, и я постараюсь не убивать тебя, — рычу я.

— Почему ты не обернулся над пирамидой? — настойчиво повторяет свой вопрос одноглазый.

Это всё, что его сейчас волнует?

— Потому что ты этого ждал.

— Щенок, упрямый щенок, — бормочет маг, и в его единственном глазу появляются фиолетовые сполохи.

Дарг считывает его ресурс. Высший! Никогда не слышал об одноглазом высшем маге Воздуха. Кто же это может быть?

«Не встр-речал его, — отвечает мой дракон. — Но р-рисунок схож…»

«С кем?»

Дарг передаёт образ Ирвина.

Получается, это ещё какой-то родственник Скайруса. Випрово гнездо. Под корень выжгу, когда выберемся.

«Ир-рвин здесь, — продолжает Дарг. — Пр-рячется. Стр-рах».

Правильно боится, гадёныш.

«Много стр-раха. Дангур-р».

То есть? Дангур, получается, заодно с ними? Все ученики Энгвида. Ну, если Энгвид выживет, я с ним поговорю.

— Если хочешь, чтобы ей не причинили вреда, — прерывает своё бормотание одноглазый и выдвигает ультиматум: — Ты сейчас позволишь надеть на себя блокираторы.

— Сначала ты отпустишь её.

— Нет. Блокираторы.

Одноглазый сильнее нажимает ножом, и я не столько вижу, сколько чувствую, как выступает капелька крови. Только бы не сорваться, пока Айри в опасности.

— Хорошо. — Я сдерживаю драконий рык. — Но после этого ты её отпустишь.

— Потом — да, — скалится одноглазый. — После того как вы выполните то, ради чего я вас тут собрал.

На его лице предвкушение.

— Ну же, чамп, — торопит он, — решайся быстрее, пока у меня рука не дрогнула.

Я уже решил.

— Да, — говорю я, протягивая обе руки и не отводя взгляда от лица Айри.

В её глазах паника. Улыбаюсь ей ободряюще. Но это не помогает. Она явно знает о планах одноглазого и боится их. Разберёмся.

«Дарг, ты всё помнишь, нужно…?»

«Не глупее пр-рочих», — дерзко отвечает моя рептилия. Нервничает дракон. Хамит.

Потом разберёмся. Главное, чтобы сделал всё как надо.

Из тёмного угла появляется человек. Чёрный плащ, капюшон скрывает лицо. Как будто я по росту и по движениям не отличу Ирвина от Дангура.

— Ирвин, тебе не жарко в тёплом плаще?

Мерзавец вздрагивает. Рассчитывал остаться неузнанным? Ну да, о способностях драконов различать и запоминать магов по рисунку их стихий мало кто знает.

— Ну же смелее, — подначиваю я. — Ты же храбрец. Это же так по-мужски — взять в плен девчонку и потом диктовать условия.

Ирвин спотыкается.

— Быстрее, — не выдерживает одноглазый. — Он тебе ничего не сделает.

Гадёныш решается. Быстро подходит ко мне и защёлкивает браслеты сначала на одном запястье, потом и на втором. И так же быстро ретируется.

— Что ещё? — Я слежу за лицом одноглазого, а главное, за его рукой.

— Садись с той стороны от плиты.

В центре помещения квадратная плита из обсидиана. Там, куда мне велено сесть, — короткая деревянная скамья.

— Только медленно, — предупреждает одноглазый, не выпуская Айри.

— Убери нож. Ты же должен понимать, что без магии я против мага-воздушника ничего не смогу сделать.

— Не сможешь, — подтверждает негодяй, продолжая держать острый клинок у шеи Айрис. — Но бережёного Асхар бережёт. Представляешь, болт, выбивший мне глаз, направила рука ничтожного человечишки. Не мага. Роутег всегда был хорошим воином, думаю, и своего сына он тренировал на случай потери магии.

Всё-то он знает. Умный мерзавец. Прохожу туда, куда указал маг, сажусь на скамью.

— Теперь что?

— Руки на плиту. Там есть выемки.

Подчиняюсь. И в следующий момент невидимые путы приковывают мои руки к обсидиановой плите.

У одноглазого вырывается довольный смешок.

— Вот и всё. Теперь твоя очередь, девочка.

Он наконец-то убирает нож и подталкивает Айрис к точно такой же скамье с другой стороны.

Через минуту Айрис тоже прикована к плите с другой стороны. В её глазах страх, губы беззвучно шевелятся.

— Ах да. — Одноглазый потирает руки с довольным видом, а затем делает витиеватое движение рукой. — Пожалуй, можешь и поговорить напоследок.

— Эйнар, — выдыхает Айри. — Ты зря прилетел. Я старалась, чтобы они тебя не вызвали, но не смогла.

Она опускает глаза, и я только сейчас замечаю на её левом запястье, прямо в центре метки, красную ранку.

— Они за всё заплатят, — оскаливаюсь я, поняв, как именно у них получилось вызвать меня.

Но сквозь поток нахлынувшей ярости в душе пробивается гордость за мою пару. Эта маленькая пичужка пыталась защитить меня. Одна… против троих магов… против недомужчин.

Перевожу взгляд на одноглазого. Он смотрит на плиту с кучей камней и на нас с Айри с удовлетворением художника, создавшего лучший в своей жизни шедевр.

— Ну а теперь, маг, может, объяснишь, к чему всё это?

— С удовольствием, — начинает он, захлёбываясь слюной.

И выливает на меня целый поток информации про действие омаксурита, про создание артефакта, про пятый элемент, который можно заменить, из истинной пары вытянув связанных между собой драконов. Ну и о своих планах по захвату мира.

И чем дольше он говорит, тем больше поникают плечи Айри.

— Достаточно, — прерываю я мага.

Хватит уже мучить перепуганную девочку.

Маг пожимает плечами.

— Ну что ж. Тогда я, пожалуй, начну.

Он отправляет четыре активирующих плетения к четырём камням, с избытком переполненным каждый своей стихией.

— Сейчас, — бормочет он, периодически поглядывая в мою сторону и всё больше хмурясь.

Похоже, что-то идёт не так.

— Твой дракон уже должен спать, — нервно говорит маг.

— Спит, — подтверждаю я.

— Но твои глаза… Они по-прежнему драконьи. Ты уже должен ослепнуть. Как это может быть?

Глава 61

Гурун-хара

С ужасом смотрю на Эйнара, и мне начинает казаться, что вертикальные зрачки в его глазах тускнеют и размываются.

Или не кажется? Вот и