Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода - Анастасия Пенкина Страница 59

— Тихо, — шептала я. — Тихо. Все будет хорошо.

Корвин постепенно затих. Дыхание выровнялось, чешуя исчезла.

— Не уходи, — попросил он.

— Хорошо.

Он прикрыл глаз. Я так и сидела, гладила его по голове, и чувствовала, как медленно, по капле, уходит его боль.

Он так и уснули, лежа головой на моих коленях. А я все сидела, пока сон не сморил и меня.

Утром я проснулась от того, что было тесно. И тепло.

Я открыла глаза.

Мы лежали на кровати. Я на боку, уже головой на подушке, а не поперек кровати. Корвин позади, прижимаясь грудью к моей спине. Одна его рука лежала у меня на талии, почти касаясь полушария груди, так нежно и интимно, другая под головой.

Корвин дышал ровно и неглубоко. А я и вовсе перестала дышать. Его дыхание касалось моей шеи, щекотало волосы. И еще кое-что. Твердое, упирающееся мне в ягодицы.

Я поняла, что это, и покраснела. Но вставать все равно не хотелось. И шевелиться не хотелось. И вообще...

Корвин заворочался, прижался сильнее. Я шумно выдохнула и снова задержала дыхание.

— Ты уже проснулась, я чувствую, — произнес вдруг Корвин хриплым со сна голосом.

— Да, — не стала я притворяться.

— И не двигаешься, не убегаешь?

— Не хочу.

Он усмехнулся, и я почувствовала спиной вибрацию, когда он тихо засмеялся.

— У тебя здесь так тепло, что не хочется выбираться из постели, — придумала я отговорку. — Знаешь сколько дров мне нужно использовать, чтобы добиться такой же комфортной температуры?

Корвин промолчал, так и продолжил лежать и не убрал руку.

Мы молча лежали несколько минут, пока за окном вставало солнце.

Я чувствовала тяжесть его руки на своей талии, тепло тела, упругость мышц. Дракон оказался большим, теплым и неожиданно удобным для того, чтобы прижиматься по ночам.

Стыдно было признаваться, но мне не хотелось выбираться из его объятий.

Но все же пришлось.

Неловкости избежать не удалось. Я торопливо выбралась из его объятий, что то невнятно пробормотала и скрылась за дверью.

В замке было тихо. Бенедикт еще явно не вставал, только Марта возилась на кухне, но я проскользнула мимо нее, взяла корзинку и пошла на улицу, вышла за ворота и отправилась к лесу.

Дорога до лачуги Моры заняла меньше времени, чем обычно Я шла быстро, почти бежала. Нужно было поговорить со старухой. Узнать, почему мазь не помогает. Почему у Корвина снова был приступ?

Вот только в лачуге оказалось пусто.

Я заглянула внутрь, обошла вокруг — никого. Мора ушла, видимо, еще на рассвете.

Я села на крыльцо, уставилась в землю.

— И что теперь? — спросила я сама себя.

Как долго ее не будет?

— Мора ушла к нам в деревню, — раздалось вдруг совсем рядом. Я сначала вздрогнула испугавшись, но поняла, что голос мне знаком и расслабилась.

Из-за дерева вышел Рик. Светлые волосы были взлохмаченные, на губах играла виноватая улыбка.

— Прости, напугал?

— Все нормально. А ты чего здесь? — спросила я.

— Крутился рядом, — признался он. — Думал, вдруг ты снова заглянешь к Море.

— Зачем?

— Просто хотел увидеться, — Рик очаровательно улыбнулся, сверкнув белыми зубами. — А и… Мора просила передать, если ты придешь, что она вернется только завтра. Вчера наши столкнулись с лисьим племенем, есть раненые. Вот она и помогает.

Я вздохнула. До завтра ждать? А если Корвину снова станет хуже?

Ждать до завтра совсем не хотелось.

Рик посмотрел на меня, и с энтузиазмом предложил.

— Хочешь, отведу тебя в деревню? Здесь недалеко. Часа полтора ходьбы.

Я задумалась на мгновение. Честно говоря я и сама рассматривала этот вариант. Рик уже приглашал меня в свою деревню, и сейчас почувствовал, что подвернулся повод все-таки сходить.

— Хорошо, идем, — согласилась я.

В эту часть леса, дальше домика Моры, я не ходила еще и с интересом смотрела по сторонам. Лес был такой же древний как возле домика Моры, но я все равно пыталась запомнить дорогу. Рик шагал впереди, я за ним.

— У нас красиво, — сказал он через некоторое время. — Деревня на пригорке, внизу река. Ты не пожалеешь.

— Не сомневаюсь, — ответила я.

Рик немного рассказал о деревне пока мы шли. Жили оборотни в домах-землянка, но больших и теплые. Они использовали печи, хотя не нуждались в таком тепле как люди. А еще у них очень шумно, потмоу что всегда много детей. Оборотницы обычно рожают по два детеныша, нередко и по трое за раз. В основном волки занимались охотой и рыбалкой. Жили дружно и редко ссорились. Только когда требовалось выбрать нового вожака устраивали ритуальные поединки, кто побеждал, тот и возглавлял племя, но такой случалось редко.

— А с лисами часто стычки?

— Бывает, — Рик помрачнел. — Они хитрые, нападают, когда не ждешь. В этот раз раненых много. Но мы все равно победили. Так что сегодня в деревне вечером будет праздник в честь этого.

Мы вышли на опушку на том самом пригорке, и передо мной открылась деревня.

Дома и правда напоминали землянки. Врытые в склоны холмов, с дерновым крышами, из которых торчали трубы. Но они были большими, уютными даже издали, с резными наличниками вокруг окон и дверей.

Дым разносил аромат можжевельника, свежеиспеченного хлеба и жареного мяса.

Детей было и правда много, они бегали по улице, играли в догонялки и прятки, путаясь под ногами у взрослых. Женщины возились у больших очагов на улице, где на вертелах жарили мясо целыми тушками. Мужчины чинили рыболовные сети и точили ножи.

Люди в деревне не суетились, видно, что обстановка для них стояла привычная.

Мне понравилось в деревне оборотней сразу.

Рик провел меня через всю деревню к самому большому дому, врытому в склон холма.

Внутри было просторно. Очаг не в центре как у остальных домов, а у дальней стены, из-за чего дом казался еще просторнее, дым так же уходил в отверстие в крыше. Кругом висели шкуры, вдоль стен стояли лавки и длинный стол. За столом сидели двое — мужчина и женщина.

Мужчина крупный, с темно-русыми длинными волосами, заплетенными в косу. Женщина светловолосая, с острыми скулами и такими же светлыми глазами, как у Рика. Они оба были красивыми. И сразу было понятно, в кого Рик вырос таким смазливым красавчиком.

— Отец, мать, — позвал Рик, — хочу познакомить вас кое с кем. Это Розалинда…

Мать окинула меня быстрым, оценивающим взглядом с ног до головы. Так смотрят будущие свекрови на невестку, которая им заочно не нравится.

— Это она? — спросила женщина у сына.

Рик смутился, покраснел, но кивнул.