Ее душа - Харли Лару Страница 55

Почему я защищаю Рэй? Почему раз за разом рискую ради нее шкурой?

Я знал ответ. Просто не хотел в него верить.

Каллум толкнул меня коленом в бок.

– Демоненок, моя госпожа задала тебе вопрос.

«Госпожа», значит? Черт… Вот ведь псих.

Они и понятия не имеют, каково это – пытаться объяснить чувства, для которых не придумано слов.

Но я попробую.

– Она нужна мне. Я хочу ее спасти. Хочу, чтобы она выжила, потому что…

Потому что хочу ее душу? Потому что желаю тело?

– Почему?.. – Голос Эверли оставался спокойным. – Почему, Леон?

Я дернулся, пытаясь высвободиться из железной хватки Каллума. Тот даже не шелохнулся.

– Потому что я к ней что-то испытываю, ясно? – вырвалось у меня. – Этого мало?

Эверли нахмурилась. Судя по взгляду, она ничего не понимала.

– И что ты к ней испытываешь?

Черт, да что за пытка! Лучше бы снова начали рвать на кусочки – это легче, чем вести подобный разговор.

– Я… Я… черт, будь оно проклято… кажется, я ее люблю, ясно? И становится тошно от одной мысли, что я ее потеряю. А пока я с вами треплюсь, защищать Рэй некому. И если с ней что-то случится, виноваты будете вы двое. Ясно?!

Мой голос глухо разнесся по комнате. Каллум моргнул и повернулся к Эверли.

– Хватит?

Она кивнула.

– Хватит.

Он отпустил меня и отошел, встав рядом с ведьмой. Я с трудом поднялся, скрипя зубами от боли в каждом суставе, все еще не веря, что Архидемон больше не будет испытывать мною стены на прочность.

– У тебя неплохая система безопасности, – буркнул я.

– Я надеялась, что ты не станешь убивать Рэй, – сказала Эверли, нервно теребя подол платья. – Но не думала, что демон будет всерьез защищать смертную.

Она покосилась на Каллума: тот смотрел на меня как на жука, которого неимоверно хочется раздавить.

– Когда я поняла, что ради нее ты пошел против Кента… то перестала видеть в тебе чудовище.

– Тогда помоги! – выдохнул я.

С Каллумом мне не справиться – он попросту порвет меня на части. Значит, придется уговаривать ведьму.

– Я хочу забрать свой знак. И все. Больше ты меня не увидишь.

Эверли нахмурилась, снова взявшись рукой за карман, где лежала книга. Ее голос стал резким:

– Я могу отдать тебе твой знак. Но с одним условием!

– Демоны не соблюдают чужих правил. – Формально это было не совсем так, но давать обещание человеку вроде нее – глупость. – Или ты хочешь заключить сделку?

Каллум зарычал, будто цепной пес. Глупо было и заикаться об этом: Эверли уже отдала свою душу ему, а на части разделить ее не получится.

Ведьма положила руку Архидемону на плечо, и рык тут же оборвался. Мне вдруг вспомнилось, как Рэй сидела у меня на коленях и осторожно, почти с благоговением промывала раны. В животе неожиданно потеплело.

А вдруг с ней случилась беда? Меня слишком долго не было рядом. Вдруг ее нашли и…

– Я хочу, чтобы ты уберег Рэй от гибели, – сказала Эверли.

Слова прозвучали до того неожиданно, что у меня, наверное, отвисла челюсть. Она это заметила и поспешно продолжила:

– Времени совсем мало. Обитатель Глубин почти проснулся. Отец это знает. Если Кент доберется до Рэй первым… – Она на мгновение запнулась и, глубоко вздохнув, добавила: – То я не смогу убить Глубинного.

Я громко рассмеялся.

– Ты… ты хочешь убить Глубинного?

Она, наверное, шутит. Глупо, наивно, но шутит. Иначе просто не может быть.

– Ты ведь не всерьез, да?..

– Всерьез, – хрипло произнес Каллум. – Я давно живу на этом свете и видел, как умирают боги. Они тоже смертны.

– Я положу всему конец, – сказала ведьма, вытаскивая из кармана проклятую книжонку. – Обитатель Глубин не должен проснуться. И уж точно не должен обрести свободу.

Она быстро перелистала страницы, будто знала книгу наизусть. Нашла ту, где был начертан мой знак, вырвала ее и подняла над головой.

– Ты сказал, что, наверное, любишь ее. А я знаю это точно. Поняла еще в тот день, когда Кент велел ее забрать.

«Люблю»… Какое ужасное, прекрасное, пугающее слово.

Нечасто я позволял себе его произносить. Только один раз – и сразу пожалел об этом. Терять близких оказалось слишком больно. Я поклялся, что больше этого не допущу. Никогда не буду связываться со смертными. Оно того не стоит.

Но Рэй… Рэй – совсем другое дело. Что бы ни случилось, ради нее я готов на все.

– Сделаю что смогу, – произнес я вслух, а про себя добавил, что зверски убью каждого, кто приблизится к ней с дурными намерениями. Я всегда буду рядом. Буду следить за ней, не спуская глаз. – Только не ждите, что я стану ее сторожевым псом.

Я думал, Эверли начнет торговаться, но Каллум, усмехнувшись, сказал первым:

– Да твои чувства к девчонке видны невооруженным взглядом.

Он обнял ведьму, прижал к себе, устроив подбородок у нее на макушке, и вполголоса добавил:

– Уж поверь, за Рэй он присмотрит. Отпусти его, у нас и своих дел много.

Эверли, покраснев, протянула мне вырванную страницу. Лишь тогда я заметил у нее на запястьях тонкие следы веревок. Они вились по коже плотными узорами.

М-да. Теперь понятно, отчего Каллума так взбесило мое появление. Я бы на его месте тоже разозлился, если б меня отвлекли от подобных «дел».

Лист в моей руке казался нереальным – будто вот-вот рассыплется в пыль. Последняя запись моего имени. Последняя нить, связавшая меня с этим миром. Стоит оборвать ее – и я буду свободен.

Можно будет уйти. Навсегда. Меня здесь больше ничего не держит. Ничего.

Только…

Я аккуратно сложил лист, убрал его в карман и направился к выходу, не сказав больше ни слова. Плевать, убьет ли ведьма древнее божество, сгорит ли этот проклятый городишко и рухнет ли весь мир.

Меня волновало только одно: Рэй.

Ее я не отдам. Она – моя.

А демоны свое не отдают.

32. Рэй

– Господи, это дом или музей современного искусства?

Инайя хихикнула. Я, уткнувшись носом в окно, наблюдала, как мы подъезжаем по извилистой дороге к особняку Хэдли – если, разумеется, это сооружение можно так назвать. Скорее уж имение. Или замок. Или пресловутый музей. Огромное здание, окруженное высокой каменной оградой, тонуло среди деревьев.

– Я же предупреждала: у них все серьезнее, чем кажется, – сказала Инайя. – Ты еще не знаешь, как тут проходят вечеринки. Не как у обычных людей.

Это точно. Верхний этаж оказался шире нижнего и