Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1 - Валентина Зайцева Страница 49

* * *

Каллум Рейн

Я не подал виду, поверил ли её нелепой лжи о Клеоне или нет. Вместо этого я перехватил кота — эту меховую тварь, от которой у Элары вечно выступала сыпь, — и медленно кивнул, пробуя на вкус каждое слово:

— У моей госпожи на редкость точный глаз. Она видит детали, которые ускользают от других.

— Сядь, — Элара слегка вскинула подбородок, указывая на кушетку.

Я послушно опустился на мягкие подушки. Стоило мне сесть, как давящее чувство моего превосходства, которое всегда исходило от моего роста и размаха плеч, мгновенно испарилось. Теперь она смотрела на меня на одном уровне — глаза в глаза. Я чувствовал, как она отчаянно пытается отбросить какие-то свои невидимые предубеждения, рассматривая меня так пристально, словно надеялась разглядеть мою истинную суть.

— Вейн, — начала она.

В свете лампы её красота казалась почти неземной, зыбкой, как мираж в пустыне.

— Скажи мне честно… как я к тебе отношусь? Как я с тобой обхожусь?

Я слегка наклонил голову набок, и ответил без малейшего колебания, заставляя свой голос звучать чисто и искренне, хотя внутри меня в этот момент беззвучно хохотали демоны:

— Госпожа лечит мои раны, дала мне имя, окружила заботой, какой я не знал прежде. Вы дали мне кров, изысканную одежду и лучшую еду. В этом проклятом мире нет человека, который отнёсся бы ко мне лучше, чем вы.

Элара прищурилась, словно искала подвох в моей безупречной интонации.

— А что, если в будущем… другие станут относиться к тебе так же хорошо?

Я посмотрел на неё в упор, позволяя тьме в моих зрачках на мгновение стать глубже.

— Если бы госпожа не вытащила меня из бездны, разве у меня вообще было бы это «будущее»? Вы — начало моего пути, госпожа. Без вас завтрашний день для меня просто не наступит.

Я видел, как она вздрогнула от этих слов. Она хотела приручить меня, а я… я просто давал ей то, что она хотела услышать, затягивая петлю её собственной привязанности всё туже. Моя дорогая Элара, ты и представить себе не можешь, на что способен этот «Вейн Трой», если ты когда-нибудь решишь, что твоя миссия окончена.

* * *

Элара Валериус

Я слегка прищурилась, изучая его. Теперь я не сомневалась: в юности Каллум выживал не только благодаря своей пугающей воле, но и благодаря своему серебряному языку, способному сплести любую ложь.

Я решила подыграть ему, чтобы заманить в свою ловушку. Слегка сощурив глаза и придав голосу мягкость, я произнесла: — В таком случае тебе стоит хорошенько запомнить, как щедра я была к тебе.

— Вейн никогда не посмеет забыть об этом.

В отличие от других слуг, которые в присутствии господ превращались в безмолвные тени, Каллум смотрел мне прямо в глаза — пристально, ловя каждое движение моих ресниц. В его шёпоте слышалась вкрадчивость: — Если бы я мог отплатить хотя бы малую долю глубокой милости госпожи, я бы не задумываясь сделал что угодно.

По его тону я поняла: он ещё не знает о своём новом положении. Мною овладело озорство, и я с любопытством спросила: — О? И на что же ты способен?

— Я готов служить госпоже, исполняя любую вашу прихоть, предвосхищая каждое желание.

Заметив, как я иронично вскинула бровь, Каллум на мгновение задумался, а затем добавил с ледяной, едва уловимой улыбкой: — А ещё я умею сражаться. Если у госпожи есть враги, которых нужно... стереть с лица земли, я могу...

— Довольно! — я резко вскинула руку, обрывая его на полуслове.

Слушайте его, только послушайте! Вот она — та самая кривая дорожка, по которой он шёл в моей прошлой жизни. Его разум, даже сейчас, был забит лишь простыми и жестокими мыслями о расправе.

— Мне не нужны твои убийства. Напротив, я хочу, чтобы ты защищал меня. Защищал весь род Валериусов.

— Защищал? — на его лице промелькнуло искреннее замешательство, будто я заговорила на забытом наречии.

— Именно. Если ты действительно хочешь остаться подле меня, тебе придётся играть по моим правилам. Никогда, ни при каких обстоятельствах ты не должен предавать семью Валериусов или поступать против совести.

Я медленно выложила свой главный козырь: — Я не собираюсь пользоваться твоим чувством долга. Если ты не согласен, я уважу твой выбор. Я дам тебе золото и помогу обустроиться за пределами этого поместья.

— Я согласен, — его ответ прозвучал без тени сомнения, прежде чем я успела закончить фразу.

Каллум слегка поднял голову. Его иссиня-чёрные зрачки напоминали бездонные омуты — притягательные, пугающие и лишающие воли.

Пальцы, которые я нервно сжимала в рукаве, наконец расслабились. Я расправила плечи и победно улыбнулась: — В таком случае, с завтрашнего дня ты станешь почётным гостем в нашем доме. Что скажешь?

Он явно не ожидал такой «куртуазности». На мгновение в его глазах отразилось ошеломление.

— Вейн Трой — человек низкого происхождения и скудных познаний, — произнёс он, быстро восстанавливая самообладание. — Я бы предпочёл остаться в качестве вашего личного гвардейца, чтобы оберегать госпожу.

«Скудные познания»? «Низкое происхождение»? О, если бы он знал… Пройдёт всего три или четыре года, и вся эта империя, и сам Император на троне станут лишь муравьями в его ладони, которых он раздавит по первой прихоти.

* * *

Каллум Рейн

Я опустил взгляд, позволяя ресницам скрыть ту бурю, что бушевала в моих зрачках. «Почётный гость»? Какой изысканный способ держать меня на расстоянии вытянутой руки. Это звание сделало бы меня чужаком, запертым в золотой клетке этикета, и связало бы мне руки в моих истинных планах. Остерхольд — это лабиринт, и мне нужно право беспрепятственно скользить по его тёмным переулкам.

— Пока я могу оставаться подле госпожи, любое место для меня — благословение, — выдохнул я, заставляя свой голос звучать мягко, почти смиренно.

Я чувствовал её изучающий, почти насмешливый взгляд. Эта девчонка молча наблюдала за моим притворным самоуничижением, словно видела фальшь в каждом моём слове.

Но мои слова заставили её задуматься. Сделать меня «гостем» значило привлечь к поместью Валериусов слишком много ненужных глаз. Любая ищейка из Алой Канцелярии мигом вцепится в след неизвестного юноши, и тогда её отец и брат окажутся в самом центре кровавого водоворота. Гвардеец — совсем другое дело. Тень, сливающаяся с доспехами.

— Тогда начни как гвардеец, — наконец произнесла она. — Но запомни: гвардейцы — тоже люди, а не рабы. Перестань унижаться