Список желаний - Хелен Харпер Страница 4

Я сделала большой глоток янтарного напитка и вздохнула.

— Возможно, так оно и есть. Хотя я поверила ей, когда она сказала обратное.

— Это потому, что ты хочешь ей верить, — он одарил меня ехидной усмешкой. — Желание не делает это реальностью.

— Да, да. Проблема в том, что у меня есть свой список желаний, как и у троллей. И в моём списке тоже есть только один пункт.

Гарри ухмыльнулся. Мне не нужно было говорить ему о своём желании — он и так знал. И если руководство целевой группой поможет мне стать лучшей крёстной феей в мире, я с головой уйду в это дело со всем возможным рвением.

В этот момент из древнего музыкального автомата, стоявшего в углу паба, зазвучала музыка: King of Wishful Thinking в исполнении группы Go West. Я резко обернулась. Бармен прогуливался за стойкой, засунув руки в карманы и поджав губы, чтобы весело посвистывать. Все были комиками.

— Итак, — вполголоса обратилась я к Гарри, — в мире фей распространились слухи, что я крёстная фея?

— Ходят слухи, что ты, возможно, спасла всех крёстных фей. Продолжай в том же духе, Саффрон, и скоро тебя будут чествовать как героя по всей стране. В каждом уголке страны за тебя будут поднимать бокалы. Твою фотографию будут показывать в каждом…

— Хватит уже.

Он приподнял бровь.

— Слава тебя не захватывает?

— Ты же знаешь, что не захватывает. Я хочу быть лучшей в мире в своей работе. Мне всё равно, кто ещё об этом знает, — и затем, поскольку я ничего не могла с собой поделать, я добавила: — Я не Адвокат Дьявола. Мне не нужно, чтобы все знали, кто я такая, или почтительно приседали, когда я прохожу мимо.

— Ой-ёй, — Гарри наклонился ко мне. — Что случилось?

Я опустила взгляд.

— Ничего.

— Саффрон…

— Я не хочу об этом говорить.

Гарри знал меня лучше, чем кто-либо другой.

— Если бы ты не хотела говорить об этом, ты бы вообще не стала об этом говорить. И почему ты снова стала называть его полным титулом вместо имени? Ты одна из немногих фей, которым позволено называть его Джаспером, а не Адвокатом Дьявола.

— Я даже не знаю, почему у него такой титул, — сказала я. — Он не юрист. И я никогда не встречала никого, кто называл бы себя дьяволом, во всяком случае, в буквальном смысле. И, прежде чем ты что-то скажешь, это не уничижительный титул, потому что ему нравится спорить с тем, что делают все остальные феи. Он не просто спорит, он исследует и даёт советы. Он расхаживает повсюду со своими длинными ногами и широкими плечами, встряхивая блестящими волосами, как будто снялся в рекламе шампуня. Затем он бросает на тебя взгляд своих изумрудных глаз, и ты…

Я подняла глаза и заметила выражение лица Гарри, что-то среднее между абсолютным ужасом, ошеломлённым смущением и нескрываемым весельем.

— Он стоит за мной, не так ли?

Гарри широко улыбнулся.

— Привет, Саффрон.

Я медленно повернулась. Джаспера, похоже, не развеселило и не расстроило, что я говорила о нём; напротив, его глаза были полуприкрыты, а челюсти сжались. Казалось, он намеренно пытался скрыть от меня свои мысли. Однако ему с большим успехом удавалось нависать надо мной. Если и есть что-то, в чём он хорош, так это в нависании.

Гарри кашлянул.

— Я собираюсь заказать ещё по стаканчику.

— Ты к этому-то едва притронулся, — заметила я.

Он погрозил пальцем.

— Очевидно же, что я придумываю предлог уйти, чтобы вы двое могли немного поболтать в уютной обстановке. Не порти момент, — с этими словами он поднялся на ноги и направился к бару.

Джаспер остался на месте. В конце концов, устав чувствовать себя букашкой под микроскопом, я рявкнула на него:

— Ты собираешься сесть или это просто попытка запугать меня?

Тень улыбки промелькнула на его губах.

— Я не уверен, что мне удалось бы запугать тебя, Саффрон, — он сел на стул, который освободил Гарри, и откинулся на спинку. Он всё ещё выглядел настороженным, и я почувствовала, что неловкое молчание возобновляется.

Я начала что-то бормотать, чтобы разрядить обстановку.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я. — Похоже, тебя выписали из больницы. Ты был очень плох после того, что случилось с Бернардом. Я уверена, что яд, которым они на тебя напали, оказал пагубное воздействие. Есть ли какие-то негативные последствия? Я не могу поверить, что тролль всё это время тайно управлял этим кафе. Я могла бы заподозрить, если бы знала, что тролли всё ещё существуют. Но я не знала, как они выглядят. Я определённо не знала, что они могут так легко пользоваться магией, не держа при этом в руках волшебную палочку. Я знаю, что ты можешь это делать — я видела, как ты это делаешь. Это потому, что это удобно при аудиторских проверках? Это трюк, который входит в твои должностные обязанности, или ты всегда умел творить чары без палочки?

Джаспер наклонился вперёд, сцепив пальцы под подбородком.

— На какой вопрос ты бы хотела, чтобы я ответил в первую очередь? — тихо спросил он.

Я приказала себе притормозить и вести себя как спокойная, рациональная фея, какой, как я знала, я была на самом деле. Или могла бы стать. Я глубоко вздохнула.

— Как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше, — ответил он. — Благодаря тебе. Потребовалась неделя или около того, чтобы яд троллей начал выводиться из моего организма, но, похоже, никаких длительных побочных эффектов не наблюдается. Это даже к лучшему. Я не хочу откладывать проверку без крайней необходимости.

— Возможно, задержка и к лучшему, — сказала я, скрестив руки на груди. — Феи в нашем офисе через многое прошли. Я знаю, что есть много проблем и много вопросов по поводу того, что происходило в прошлом, но я думаю, директриса ценит это. Она вводит множество новых замечательных инициатив. Сегодня у нас была групповая медитация.

— Звучит ужасно, — пробормотал Джаспер.

Я фыркнула и солгала сквозь зубы.

— Я нахожу это очень расслабляющим.

— Тогда я рад, — сказал он. — Но аудит определённо начнётся с завтрашнего дня. Задержка только усилит всеобщий стресс. Я ценю, что вносятся изменения, но всё должно измениться на институциональном уровне. Деятельность Крёстных Фей слишком долго не контролировалась.

— Кто в этом виноват? — съязвила я. — Их следовало проверить гораздо раньше.

— Не стану с этим спорить, — мягко ответил он. — Иногда колёса бюрократии вращаются слишком медленно, — он наклонился вперёд, и я уловила внезапный аромат корицы. —