Твоя нежная буря - Анна Ликина Страница 4

Вскоре явился отец, забрал меня из безопасной комнаты и увёл в зал, где мелькали незнакомые мне, чужие лица. Аристократов Железных земель я уже хотя бы знала. Я даже не выискивала глазами короля или принцев. Боялась, что сожгу их взглядом.

Но вот на королеву я всё же наткнулась. Красивая. С необычным оттенком волос: каштановые с мягким красным отливом. Герб Вальмора — роза. И Ярина была похожа на цветок. На лице её сияла улыбка. Пока она кружила в танце с мужчиной в возрасте.

— Нам нужно поздравить короля, — тихо произнёс отец, — от тебя потребуется только реверанс. И можешь дальше молчать. Даже не смей дерзить. Иначе — монастырь молчаливых сестёр.

Я подняла на отца взгляд.

— Ты не избавишься от единственной наследницы рода. Или ты настолько предан новому королю, что решил подарить ему земли, веками принадлежавшие нам? — вскинула я бровь.

— Нет. Но у меня не будет вариантов, раз моя дочь не хочет понимать происходящего. Я всегда хотел лишь лучшего для тебя. Так что изволь хотя бы здесь меня не опозорить.

Вздохнула, опустила взгляд. Я не поднимала его, пока мы шли к королю. Сделала реверанс.

— Ваше Величество, примите поздравления от моего рода!

— Благодарю, лорд Винтергорн, — голос у короля был приятным, но немного холодным. — Как дорога до Нордграда?

— Долгая. Но разве могли мы пропустить такое событие.

Я хмыкнула про себя. Действительно, он не мог такое пропустить. Он же присягнёт на верность Гримвальдам.

— На границах Железной Долины спокойно? — заинтересованно спросил король.

— Когда Железные отдавали что-то просто так, — уклончиво ответил отец. — Стало не так спокойно, когда часть армии Его Высочества покинула наши земли.

— Это вынуждено. Но армия моего младшего брата отправится в Железную Долину. Вы правы, Железные не отдают ничего просто так. Мои братья какое-то время будут на ваших землях. Так будет безопаснее.

— Благодарю вас, Ваше Величество, — отец поклонился.

А я чувствовала странную тревогу. Она всё нарастала внутри, грозя перерасти в панику. Чувствовала на себе чужой взгляд. Но свой от созерцания пола так и не оторвала.

— Ваше Высочество, в каком месяце вас ждать?

— Думаю, что мы с братом прибудем уже в конце октября, — сдержанный голос, но глубокий.

Удар в рёбра.

Я знала этот голос.

— А сорт винограда из Вальмора возможно вырастить в Железной Долине? — бархатистый, весёлый.

Сердце забилось в горле. Перекрыло доступ к кислороду.

Второй я тоже помнила. Не так чётко, как первый. Но перепутать его было невозможно. Он был живым, как пламя.

— Вы просто не пробовали настоящие вина Железной Долины, — с улыбкой в голосе ответил отец.

— Боюсь, в этом мире нет вин, которые не пробовал мой брат, — не сдержавшись, хмыкнул король. Первая эмоция в его голосе.

Я сглотнула. Медленно подняла взгляд. Встретилась с заинтересованными золотисто-жёлтыми глазами. Губы молодого человека дрогнули, он покосился вправо. Скрыл улыбку за бокалом с вином. Иссиня-чёрные волосы. И если бы не глаза, то… боги! Он был слишком похож.

Кровь зашумела в ушах, заглушая все звуки. Я перевела взгляд правее. Голубые глаза. Тот же цвет волос. Король был старше. Но с принцем был слишком похож.

Хотелось зажмуриться. Или лучше провалиться сквозь землю…

Глаза сами устремились правее. Я встретилась с притягательным взором. Пальцы дрогнули…

Это был он. Волосы того же цвета, что и у братьев. Изумрудные глаза. И шрам на брови.

Глава 4

Рейнар. Королевство Гримхольм. Нордград. Конец сентября 1577 года от победы над духами Хаоса.

Свадьба моего брата. День, когда он окончательно поборол страх стать похожим на нашего отца. И его взгляд на жену был особенным. Теперь ледяной король был в надёжных руках. Никаких фавориток. Ярина заменила ему весь мир, а не только всех женщин.

Веллант короновал свою жену. Первый король, что сделал это. Сделал её равной себе. После всего, что пережила эта девушка… это было заслужено. Её отец — король Вальмора, проиграл нам в войне. Развязанной им же. И отдал дочь как залог выплаты дани. А перед этим продал другому принцу за флот. Даже не знаю, как Веллант всё это разрулил. И не хотел знать. Политика не моя стезя.

Моя сила была в другом. И готовили меня для другого.

— Узнай здесь хоть кто-нибудь, что они муж и жена уже два месяца, морды бы вытянулись до пола, — усмехнулся Ашер, опустошая уже четвёртый бокал.

— Если продолжишь пить в таком же темпе, боюсь, проболтаешься об этом, — поддел я.

На самом деле Ашеру не нужно быть пьяным, чтобы что-то выдать. Да и не был он пьян по-настоящему никогда на светских мероприятиях. Печать огня — и брат прекрасно контролировал выведение алкоголя из организма. Но иногда всё же не пользовался этим способом трезветь. Он был сломанным. Все мы трое были сломаны нашим отцом. Я бросил взгляд на своего деда, что вёл разговор с дедом Велланта.

А жёны Харальда Гримвальда были мертвы. За что нас и ненавидели родственники. Мою мать — Турид Теневальд, король похитил и изнасиловал. И лорд Теневальд ненавидел меня только за это. Я дитя насилия. Напоминание ему о слабости. Он не смог ничего сделать. И принял от Харальда подачку в виде земель.

— Веллант изменился. И знаешь, я рад, что он отошёл от края пропасти, где можно стать Харальдом Гримвальдом, — серьёзно произнёс Ашер.

— Только слезу не пусти. Я буду счастлив, когда ты успокоишь своих демонов, брат, — перевёл на Ашера взгляд.

Младший брат поморщился. Мгновение — и маска повесы вернулась на место. Он прятал боль за ней. Всегда. Потому что винил себя в смерти матери. Женщины, что и нас с Веллантом растила как родных сыновей. Внутри привычно защемило от воспоминания о Сванхильд.

— Я заткну их Скайхольмом. Ты же помнишь про условия Морвены? — насмешливо поднял брови Ашер. — Нам нужно найти ту чертовку, что украла твой покой. Или ты думаешь, мне не рассказывают, каких девушек предпочитает теперь мой брат?

Я скрипнул зубами, сделал глоток вина. Вот только чёрные глаза из памяти они не выгоняли. Ни одна женщина. Коих за последние четыре месяца было много. Но в ушах, словно музыка отдавались стоны другой. Её распахнутые глаза, обрамленные тёмными, пушистыми ресницами. Мягкие волосы. Слишком нежные для служанки руки. Её легенда трещала по швам ещё в той комнате. Я никогда не был таким, как мои братья. Об их порочности ходили слухи и за пределами страны.

Меня же знали как опаснейшего воина. Харальд мечтал вырастить