Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта - Алена Шашкова Страница 37

За спиной слышалась возня драки, пара хлюпающих удара, вспышка какого-то заклинания, которое осело пепельной горечью на языке, а я продолжала бежать вперед по гравийной дорожке, не догадавшись, что это слишком громко.

Ищейка догнал быстро. Даже не догнал, спрыгнул с какого-то карниза прямо передо мной, схватил и замер, глядя в глаза. Прикосновение прохладной кожи перчаток к моей разгоряченной спине казалось обжигающим. А, может, это обожгла спину его метка.

Все пространство сузилось до взгляда шоколадных глаз. Я смотрела и не могла понять, как такие теплые глаза могут быть у бессердечного убийцы. И он чего-то словно ждал от меня.

Я уж не понимала, бьется ли мое сердце, или оно сжалось и больше не расслаблялось. По венам, кажется, бежала уже не кровь, а огненный металл. Контроль полетел к Ярхашу.

Магия. Вспышка моей магии, внезапная, неконтролируемая, взорвала вазон в ста шагах от нас, под окнами бального зала.

Стекла со звоном посыпались на землю, из зала послышались испуганные визги, началась суета. Это заставило ищейку на мгновение потерять концентрацию. Лишь на мгновение, которое я заполнила уже контролируемым звуковым штормом, которому меня научил один из наших. Конечно, он вышел у меня намного слабее, чем мог у моего приятеля, но тоже сработал хорошо: оглушены были все.

В тот момент я узнала, что моя магия пахнет сырой землей и прелой листвой. Но не обратила внимания на это. Вывернулась, нырнула в толпу, которая посыпала из всех дверей зала и вместе с ними оказалась где-то ближе к ограде.

Слуги пытались все успокоить, но это оказалось тщетно — никто и ничего не слышал. Я не была исключением, но мне хватало того, что ищейки рядом нет. Хотя было понятно, что это не надолго: метку он поставить успел. А если есть метка — ищейка найдет.

Я залпом осушила пузырек с антизельем, чувствуя, как платье становится намного свободнее, а по плечам уже стекают не золотистые кудри, а мои, каштановые волосы. Жжение на спине стало тоже намного меньше.

Я даже понадеялась, что мне показалось насчет метки, но… Дома, в зеркале, я увидела черный узор. Терла… Мылила… даже однажды пробовала выжечь. Бесполезно.

Метка осталась на спине. Только вот ищейка так и не пришел за мной, а произошедшее оставалось тайной.

Так откуда об этом могла узнать Джуна?

Глава 40

— Что? Нечего сказать, да? — ехидно произносит Джуна. — А мне есть!

Она упивается своим превосходством и тем, что, как ей кажется, может контролировать меня. В груди разливается ядовитый лед страха. Что будет, если она действительно расскажет?

В мыслях возникает пронзительный, обвиняющий взгляд Вальгерда. Не тот теплый, согревающий как ароматный терпкий чай, которым он смотрел на меня в домике перед тем, как…

— Поделишься? — наигранно усмехаюсь я и старательно запрещаю себе думать о поцелуе.

— Какое право ты имела идти на бал с моим именем? Позорить его! — Джуна топает ножкой. — А я-то думала, почему меня спрашивали, как я спаслась тогда! А оказывается вон оно что!

Так… Стоп. То есть она знает о том, что я была там вместо нее, но не интересуется, смогли ли мне передать нечто, что предназначалось ей? Да и вообще, почему она заговорила об этом только сейчас, спустя два года?

— А разве я сделала что-то позорящее тебя? — интересуюсь я.

Нельзя дать ей понять, что я боюсь, иначе это станет слишком мощным инструментом в ее руках.

— Даже то, что ты отказывалась танцевать! Даже с сыном наместника в западном округе! — она краснеет от возмущения и возбуждения. — Мы с ним встретились, и он очень сильно был удивлен тем, что я его не помню. А я-то как удивлена!

Честно говоря, я его тоже не помню. Да там же все были в масках и вообще не отметила, чтобы кто-то представлялся. Мне не до этого было.

— Джуна, давай ближе к делу, что ты хочешь? — так орать и обвинять она может очень долго, а у меня нет сил и желания все это выслушивать.

— Чтобы ты исчезла из моей жизни! Ты вечно все портишь!

Интересное желание. А, главное, честное.

— И как ты себе это представляешь?

— Уйди из академии.

Я даже закашливаюсь от шока и неожиданности.

— А не много ли за какое-то там посещение бала? — стараюсь скрыть то, что это действительно имеет для меня очень важное значение.

— Мало! Будь моя воля…

— Знаю я твою волю! — обрываю ее я. — Давай договоримся. Ты молчишь, а я заканчиваю академию и сразу после вручения дипломов исчезаю, как ты и хочешь.

— Тогда держись подальше от Вальгерда! — немного визгливо говорит она.

— Как ты себе это представляешь? Он мой куратор. Но, спешу тебя обрадовать, он уже передал меня другому преподавателю для тренировок, — честно говорю я, хотя это условие почему-то особенно бесит.

— Тогда… тогда…

Дверь распахивается, и на пороге возникает магистр Курт.

— Студентка Джуна Крукс, — строго окликает мою сестру она, — кажется, вы говорили, что вам так плохо, что вы не можете встать с постели. Что же вы тут делаете?

— Ох, конечно, — Джуна демонстративно вздыхает. — Но разве я могла не проведать свою сестренку. Я так переживала! Но мы поговорим с ней попозже. Обязательно поговорим!

Кажется, это такой совсем-совсем прозрачный намек о том, что свои условия она недоговорила. Что ж… Отсрочка — это тоже хорошо.

Джуна выходит, оставив приоткрытой дверь, но магистр Курт намеренно плотно закрывает ее.

— Итак, — она подходит ко мне, присаживается и первым делом проверяет лодыжку. — Без приключений жизнь не та?

— Я бы предпочла без них, — честно отвечаю я. — Но они странным образом меня постоянно находят последнее время.

— Магия не вернулась?

Качаю головой. Увы.

Лодыжку обжигает жаром, а потом тянущее ощущение в ней исчезает. Курт выпускает ногу и снимает ткань, что фиксировала ступню.

— Так, смотри, — говорит она, пока приступает к осмотру остальных синяков и царапин на мне, — травма не самая свежая, потому бесследно не пройдет. Тебе бы поберечь ногу ближайшие пару дней.

Я хмыкаю, представляя, как буду “беречься” на индивидуальных и групповых тренировках боевиков.

— Хотя да, о чем это я. Где ты с этой бешеной идеей Эльмара и где