Тёмный лорд моей корпорации - Лара Коваль Страница 3

Их путь пролегал через бесконечные, погруженные во мрак коридоры замка. Стены из дикого, грубо отесанного камня дышали вековым холодом, а редкие факелы, закрепленные в массивных кованых подставках из чернёного железа, отбрасывали на пол длинные, зловещие тени. Двухметровый оборотень-медведь Бранко шел чуть позади Василисы, намеренно звякая тяжелыми доспехами и периодически издавая утробное, леденящее кровь рычание. Он искренне рассчитывал увидеть слезы, панику или хотя бы изящный женский обморок. Но Василиса была сделана из другого теста. Вместо того чтобы содрогаться от ужаса, она на ходу достала свою любимую матовую ручку и начала использовать начальника службы безопасности в качестве бесплатного гида.

— Послушайте, уважаемый Бранко, — Вася обернулась на ходу, оценивающе оглядывая арочный пролет. — Я вижу у вас серьезные проблемы с логистикой перемещения персонала. Ширина этого коридора абсолютно не оптимизирована для экстренной эвакуации гвардии в случае нападения. Если ваши бойцы побегут здесь в полной экипировке, они просто устроят давку. И обратите внимание на ту нишу справа. Это же идеальная «слепая зона» для камер наблюдения... ну, или для ваших эльфийских шпионов. У вас тут вообще аудит безопасности когда-нибудь проводился?

Бранко поперхнулся собственным грозным рыком. Его огромные ладони, привыкшие сжимать боевой топор, растерянно повисли вдоль туловища. Он смотрел на уверенную походку хрупкой земной девушки и впервые в своей долгой жизни наемника начал искренне сомневаться в собственной ментальной адекватности. В его голове никак не укладывалось, почему пленница, которую ведут в самую суровую одиночную камеру замка, делает ему замечания по поводу эргономики оборонительных сооружений.

Когда они наконец поднялись по крутой винтовой лестнице на самый верх Северной Башни, Матушка Аглая уже ждала их у массивной дубовой двери. Глава АХЧ замка со звоном перебирала связку тяжелых золотых ключей. Она распахнула дверь, явив взору Василисы просторную, но запущенную комнату. Высокие стрельчатые окна были покрыты слоем вековой пыли, сквозь которую пробивался красивый, кинематографичный свет «золотого часа», окрашивая помещение в мягкие бежевые тона. В центре высилась огромная кровать под балдахином из потемневшего от времени, некогда роскошного винного бархата.

— Ну вот, смертная, — ледяным тоном произнесла Матушка Аглая, поджимая губы. — Здесь ты и проведешь остаток своих дней. На хлебе и ключевой воде. Привыкай к тишине.

Василиса вошла в комнату, не спеша приблизилась к деревянному комоду и плавно провела пальцем по его поверхности. На подушечке остался плотный серый налет. Вася брезгливо стряхнула его, повернулась к застывшим в дверях Аглае и Бранко и скрестила руки на груди. Вместо ожидаемых рыданий комната наполнилась стальным голосом профессионального ревизора.

— Коллеги, это абсолютно неликвидный жилой фонд, — заявила Вася, качая головой. — Я категорически отказываюсь принимать данное помещение по акту приема-передачи. Посмотрите на эти окна — сквозняки такие, что у меня завтра же начнется больничный по ОРВИ, а это прямой риск для вашего Генерального, учитывая нашу магическую взаимосвязь. Матрас на кровати не соответствует никаким стандартам эргономики — он же деревянный, прощай спина. О запыленности я вообще молчу, здесь нарушены все мыслимые санитарные нормы.

Матушка Аглая от такой наглости буквально лишилась дара речи, её ключи на поясе возмущенно звякнули.

— Это тюрьма, девчонка! Какая еще эргономика?! Какие нормы?!

— Уважаемая Аглая, — Вася сделала шаг вперед, её матовая ручка уверенно заскользила по ладони, словно набрасывая пункты контракта. — Даже у тюрем и колоний есть свои СанПиНы и регламенты. Поэтому давайте зафиксируем оферту. Мне срочно нужны чистый пергамент и уголь. Мы составим официальныйдоговор аренды помещения с жесткой фиксацией коммунальных условий . Мне необходима регулярная влажная уборка два раза в неделю, бесперебойная подача горячей воды для гигиенических процедур и четкий график посещений.

— Да я тебя... — Бранко сделал шаг вперед, пытаясь вернуть себе статус грозного конвоира, но Вася строго выставила вперед указательный палец.

— Либо мы прямо сейчас фиксируем SLA — уровень качества вашего сервиса, либо я объявляю официальную забастовку. Я просто сяду на этот пыльный пол, закрою глаза и заблокирую движение магических токов внутри своей системы. И ваш Князь Северин не получит свою драгоценную магию обратно к следующему отчетному периоду. Вопросы? Нарекания? Предложения? Нет? Тогда жду канцелярию.

Спустя полчаса в роскошном, уединенном кабинете Тёмного Князя царила атмосфера глубокого, мрачного недоумения. Северин Громов сидел в глубоком кресле из бордовой кожи, задумчиво вертя в руках кубок из чеканного серебра, наполненный вином густого гранатового оттенка. Двери кабинета робко приоткрылись, и внутрь вошли Бранко и Матушка Аглая. Вид у них был такой, словно они только что вдвоем отбивали штурм превосходящих сил светлых эльфов — их плечи были опущены, взгляды блуждали, а у воеводы слегка подергивалось правое ухо.

Матушка Аглая на негнущихся ногах подошла к массивному столу Князя и дрожащими пальцами протянула ему длинный свиток пергамента, сплошь исписанный размашистым почерком с помощью угля.

— Что это? — нахмурился Северин, и его грозовые глаза опасно сузились.

— Это... это её требования, Владыка, — едва слышно прошептал Бранко, пытаясь укрыться за строгим силуэтом ключницы. — Она назвала это «протоколом разногласий к акту приема-передачи жилья». Сказала, без этого работать не будет и объявит забастовку магии.

Северин медленно развернул пергамент. Его взгляд скользнул по пунктам:

«1. Обеспечить ежедневный клининг рабочей зоны (ликвидация запыленности)...

2. Предоставить матрас с ортопедическим эффектом для сохранения когнитивных функций...

3. Наладить бесперебойную поставку утреннего кофе-суррогата (сбалансировать по температуре и содержанию специй)...»

Челюсть Тёмного Князя сжалась со звуком треснувшего льда, а на самом дне его зрачков вновь заплясали багровые искры заблокированной силы. Его это злило, его это раздражало до глубины души, но одновременно с этим где-то в самых потаенных уголках его холодного, циничного сердца зародился странный, пугающий и пьянящий азарт.

Северин медленно опустил свиток на стол. Столетиями незыблемость Тёмного Клана держалась на одном простом, железобетонном правиле: каждый, кто переступал порог замка Черных Скал, безоговорочно принимал его законы — или умирал. Система страха и подчинения работала как идеальный часовой механизм. Но сейчас, глядя на размашистые угольные строчки, Князь впервые столкнулся с абсолютной аномалией.

Северин резко поднялся с кресла, едва не опрокинув серебряный кубок. Тяжелое вино плеснуло на полированный стол темной лужицей, но ему было абсолютно плевать. Какая-то смертная девчонка из нижнего мира смеет ставить ему условия? Ему?! Повелителю Черных Скал, перед которым предводители Кланов падают ниц?

— Владыка? — Аглая аж отпрянула к дверям, когда он пронесся мимо неё, обдав присутствующих леденящим потоком воздуха. Его вишневый плащ яростно взметнулся.

Шаги Князя