Мама, я женюсь! Или уговорим невесту позже - Рина Сивая Страница 27

Кларисса знала. Или, по крайней мере, подозревала. И судя по тому, как Арчи рядом даже не дернулся, он либо не боялся этого, либо уже заранее смирился с катастрофой.

— И давно вы поняли, что мы врем? — спросила я холодно.

— О, милая, — Кларисса чуть склонила голову набок. — Я слишком давно замужем, слишком долго была матерью и слишком часто имела дело с женщинами, которые хотели выглядеть убедительно, чтобы не распознать это почти сразу.

— А я распознала еще в холле! — гордо вставила Изабель.

— Ты не распознала бы даже вторжение соседнего королевства, если бы оно недостаточно громко вошло в дверь, — невозмутимо отозвалась мать.

Грегори все еще молчал, и от этого его молчания мне становилось еще неуютнее, чем от прямоты Клариссы.

Потому что она хоть колола открыто, а ее муж просто смотрел. Спокойно и внимательно, так, будто уже составил обо мне мнение и теперь наблюдал, подтвержу я его или опровергну.

— Так вы пригласили меня на чай только затем, чтобы устроить допрос? — спросила я.

— Нет, — сказала Кларисса. — Чай был бы и без допроса. Но с ним интереснее.

— Матушка, — снова попытался вмешаться Арчи.

— Помолчи, — отмахнулась она. — Я хочу понять, кого именно ты притащил в мой дом. И, учитывая твой вкус к неприятностям, имею на это полное право.

Я почувствовала, как внутри медленно закипала злость. Не та холодная, которой я обычно пользовалась как инструментом, нет. Другая – более… живая.

Потому что за последние дни я слишком много терпела. Слишком много подстраивалась. Слишком часто оказывалась в чужих правилах, дорогах, спальниках, трактирах, каретах и домах.

И вот теперь меня еще и здесь собирались разбирать по косточкам, словно я не человек, а редкий сомнительный экспонат, который Арчи действительно притащил с ярмарки.

И раз уж меня заранее отнесли к неприятностям, пожалуй, стоило показать, что именно такой я и являюсь.

— А вы всегда так встречаете гостей? — спросила я, чувствуя, как голос начинал звенеть. — Или это особая честь для тех, кто не родился в правильной семье, не приехал с кольцом на пальце и не умеет достаточно красиво вам врать?

В комнате стало тише – даже Изабель перестала болтать ногой и теперь смотрела на меня с тем же выражением лица, что и ее отец – оценивающим.

Арчи же смотрел почти восхищенно.

Никто из Стоунхартов при этом не выглядел обиженным, а Кларисса и вовсе будто только сейчас по-настоящему начала испытывать интерес к разговору.

И это почему-то разозлило меня еще сильнее – настолько, что я даже подскочила с места от негодования.

— Я, между прочим, не вещь, которую ваш сын притащил показать маменьке, — продолжила я, уже не в силах остановиться. — И не коллекционный цветок, который можно поставить в холле и обсуждать, приживется он или нет. Если вам хочется знать, кто я такая, можно было бы спросить прямо, а не швыряться намеками так, будто я обязана с порога оправдываться за то, что вообще сюда вошла!

Арчи встал рядом и коснулся моего локтя.

— Оливка, ты не так все поняла.

Но я его не слушала – напряжение прошлых дней, собственные непонятные эмоции уже не поддавались контролю, поэтому я продолжала:

— И да, я некромантка. И да, я не леди, не тихая домашняя девица и не подарок с бантом к вашему сыну. Но это не дает вам права смотреть на меня так, будто я заранее в чем-то виновата. Если уж вы хотите от меня честности, начните хотя бы с элементарного уважения!

Выдохлась я резко, как будто с последним словом из меня вышел весь накопившийся за последние дни яд.

Я тяжело дышала, сцепив пальцы в кулаки, и уже почти приготовилась либо к ледяному отпору, либо к приказу убираться из дома.

Вместо этого Кларисса медленно поставила чашку на блюдце и перевела взгляд на меня. Секунда, две – и она чуть повернула голову в сторону сына.

А после совершенно довольно, почти ласково произнесла:

— Определенно, это лучший выбор, который ты делал.

И будто мало мне было шока от этого, на мое плечо прямо сверху что-то грохнулось, вцепилось когтями и промурлыкало прямо в голове:

«И даже я с этим полностью согласен!»

Глава 16. Мантикошки и последствия

Глава 16. Мантикошки и последствия

Арчибальд Стоунхарт

Стоило отдать моей боевой Оливке должное: она не завопила и не попыталась скинуть непрошенного гостя со своего плеча. Лишь бледное лицо выдавало ее истинное состояние, а скошенный на кота взгляд и вовсе полыхал чем-то опасным.

— Они что, еще и разговаривают?

Вот тут даже мама растеряла свою улыбку и посмотрела на Лив не как на будущую жертву нашего семейного счастья, а как на кого-то большего.

— А что он тебе сказал, дорогая? — уточнила леди Стоунхарт так осторожно, словно всерьез переживала, как бы Оливия не сбежала от нас раньше времени.

Оливка нахмурилась и будто бы прислушалась. А мантикот со всей наглостью потерся лбом о девичью щеку.

За это я едва не швырнул в него чем-то боевым и очень опасным.

Сдержался.

— Что вы… кхм… не такая плохая, как кажетесь на первый взгляд.

Уверен: там был другой эпитет, но Оливка смягчила его, чтобы не обидеть маму. Впрочем, маму ничто не могло обидеть, особенно теперь – она даже просияла вся.

— Кажется, некроманточка с нами надолго, — сообщила леди Стоунхарт так, будто озвучивала королевский указ.

— Что? — не поняла Оливка.

Она перехватила кота за живот, но откидывать от себя не стала – прижала к груди и явно не собиралась никому отдавать.

— Мор только что выбрал тебя своей хозяйкой, — пояснил я и потянулся рукой к мантикоту, но тот зашипел на меня и махнул лапой. А ведь раньше всегда позволял его погладить, шерстяной засранец! — Поэтому поздравляю, теперь у тебя есть фамильяр.

— Это невозможно, — тут же отрезала Оливка, обнимая Мора так, будто защищала его не от нас, а от самого факта происходящего. — Я ничего не делала!

— Так обычно и бывает, — сухо заметила мама. — Из пяти молодых мантикошек только Мор до сих пор не мог определиться с хозяином. До