Ненужная жена ледяного дракона - Виолетта Вейл Страница 25

Рейнар замер.

Даже Марта сразу перестала ворчать.

— Где вы услышали это выражение?

— Астервейн сказал: не верить истинной, что пахнет пустым льдом.

Лицо Рейнара потемнело.

— Пустой лёд — это магия без источника. Подделка. Внешне выглядит как настоящая драконья связь, но внутри мертва. Её создают через кристаллы, кровь и обман.

Ветта почувствовала, как сердце ударило сильнее.

— Истинную связь можно подделать?

— Я бы сказал — изобразить. Настоящую связь нельзя создать насильно. Но можно сделать так, чтобы все увидели её знаки.

— Все, включая самого дракона?

— Если дракон хочет верить — да.

Эти слова легли между ними тяжёлой правдой.

Кайран хотел верить Элиане?

Или его заставили?

Ветта не знала, какой ответ больнее.

Марта скрестила руки на груди.

— Значит, эта белая красавица могла обмануть весь замок?

— Могла, — сказал Рейнар. — Но без помощи сильного мага или древнего кристалла — нет.

— В замке таких хватает?

Рейнар усмехнулся без радости.

— В замке всегда хватает людей, готовых помочь красивой лжи, если она выгодна.

Ветта медленно встала.

— Кайран должен узнать.

Марта резко повернулась к ней:

— Простите?

— Если связь поддельная…

— Это больше не ваша забота.

— Если Элиана опасна, она может навредить не только ему. Она уже рядом с властью, советом, кланами. И если ей нужен мой ребёнок…

Голос сорвался.

Ветта прижала руку к животу.

Рейнар посмотрел на неё внимательно.

— Вот теперь вы думаете верно. Не как брошенная жена. Как мать.

Марта нахмурилась.

— А как женщина, которой разбили сердце, она уже думать не имеет права?

— Имеет. Но сердце сейчас не лучший советник.

— Особенно мужское, видимо.

— Особенно драконье, — спокойно уточнил Рейнар.

Ветта взяла письмо Кайрана со стола.

— Когда он приедет, я спрошу об Элиане.

— Осторожно, — сказал Рейнар. — Драконы плохо переносят мысль, что их обманули. Ещё хуже — что они сами позволили себя обмануть.

— А женщины плохо переносят, когда их называют ненужными, но мы как-то справляемся.

Марта довольно улыбнулась.

— Вот это моя госпожа.

Рейнар посмотрел на Ветту с едва заметным уважением.

— Тогда подготовимся.

— К разговору?

— К дракону, который может потерять контроль.

Кайран приехал ближе к полудню.

Ветта узнала об этом не по крику стражи и не по звону колокольчика у ворот.

Она почувствовала.

Сначала в воздухе стало холоднее. Не резко — едва заметно, будто кто-то открыл окно в зиму. Потом Лиор поднял голову и тихо зарычал. Следом дрогнула золотая печать над входом.

Лечебница узнала ледяного дракона.

И напряглась.

Ветта стояла в приёмной. Марта поправляла на ней тёмное платье, простое, но чистое, с высоким воротом. Волосы Ветта заплела в тугую косу. Никаких украшений. Никаких знаков Морозных.

Только маленькая печать рода Вейл на тонком шнурке у пояса.

— Вы готовы? — спросила Марта.

— Нет.

— Хорошо. Значит, честно.

Рейнар стоял у окна.

— Он один.

Марта недоверчиво прищурилась.

— Совсем один?

— Насколько может быть один мужчина, который сам себе армия.

Ветта подошла к воротам.

Сердце билось слишком громко.

Она злилась на себя за это. Кайран не должен был иметь такой власти над её дыханием. Не после вчерашнего. Не после всех лет одиночества. Но тело жило по своим законам: помнило, ждало, боялось.

Золотая печать на воротах вспыхнула мягче, когда Ветта положила ладонь на дерево.

— Открыть? — спросил Рейнар.

Она медленно вдохнула.

— Нет. Сначала он попросит.

Снаружи послышались шаги.

Потом тишина.

Кайран стоял по ту сторону ворот.

Ветта почти видела его: высокий, прямой, с белыми волосами, которые треплет ветер. Ледяной князь, привыкший, что перед ним открываются любые двери.

Сегодня дверь молчала.

— Ветта, — произнёс он.

Не «леди Вейл». Не «жена». Не приказ.

Просто её имя.

Она закрыла глаза на один удар сердца.

Потом открыла.

— Зачем вы приехали, ваша светлость?

За воротами пауза.

— Поговорить.

— Говорите.

— Не через дверь.

Марта еле слышно хмыкнула.

Ветта почувствовала, как внутри поднимается горькая усмешка.

— Дверь между нами появилась не вчера.

Слова ушли наружу, усиленные стенами лечебницы.

Кайран молчал.

Потом тихо сказал:

— Я прошу разрешения войти.

В приёмной стало так тихо, что слышно было, как трескается полено в камине.

Марта медленно выдохнула.

Рейнар не сводил глаз с печати.

Ветта стояла неподвижно.

Вот оно.

Простые слова.

Те, которых она требовала не из мелочной гордости, а потому что с них начиналось всё новое: признание границы.

Он не имел права просто войти.

Теперь — не имел.

Ветта убрала ладонь с ворот.

— Лечебница впустит вас, если вы войдёте без силы.

— Я понял.

— Без приказов.

Пауза.

— Да.

— И без права требовать моего возвращения.

Эта пауза была длиннее.

— Я понял, — повторил Кайран.

Ветта кивнула Рейнару.

Тот коснулся посохом пола.

Печать над воротами раскрылась золотыми линиями. Створки медленно отворились.

Кайран стоял на пороге.

Ветта думала, что готова.

Не была.

Он выглядел иначе, чем в замке. Без свиты, без материнского взгляда за плечом, без холодного величия зала. Тёмный дорожный камзол, снег на плечах, усталость на лице. Его глаза сразу нашли её.

И что-то в них дрогнуло.

Ветта знала этот взгляд. Точнее, мечтала о нём когда-то. Так смотрят не на обязанность, не на ошибку, не на временную жену.

Так смотрят на потерю.

Поздно.

Она напомнила себе это сразу.

Кайран переступил порог.

Печать вспыхнула, проверяя его. Ледяная сила вокруг него шевельнулась, но он удержал её. Дерево ворот не ударило. Дом позволил.

Лиор зарычал громче.

Кайран резко перевёл взгляд вниз.

И застыл.

— Драконёнок?

Лиор поднялся на лапы, расправил ещё слабые крылья и встал перед Веттой так, будто собирался защищать её от взрослого ледяного князя.

Марта шепнула:

— Молодец, малыш.

Кайран посмотрел на рану, уже почти зажившую на боку драконёнка.

— Он был ранен.

— Был, — сказала Ветта.

— Кто исцелил?

Она не ответила.

Этого оказалось достаточно.

Кайран снова посмотрел на неё. В его взгляде появилось то самое опасное понимание, от которого Ветта внутренне напряглась.

— У тебя есть дар.

— Как выяснилось.

— Почему ты не сказала?

Ветта медленно подняла брови.

— Когда именно? Вчера на балу, где вы встречали Элиану? Или ночью, когда за дверью называли наш брак ошибкой?

Он вздрогнул едва заметно.

Но Ветта уже научилась замечать малейшие трещины