Невеста в довесок - Екатерина Сергеевна Верхова Страница 24

— Давай поговорим чуть позже. — Я отвела взгляд и отстранилась.

Нет, нельзя. Нельзя войти в одну реку дважды.

Глава четырнадцатая, или Подслушивать нехорошо

— Как вас зовут? — первым делом поинтересовалась я, когда лекарь вернулся в просторную светлую комнату.

Теперь я могла рассмотреть и окно в пол (видимо, у архитектора этого дворца была особая любовь к панораме), и легкий светлый тюль, и высокую кровать с на удивление удобным матрасом, и заставленную склянками этажерку с тумбой возле кровати.

Нейт сослался на какие-то важные дела и, несколько раз уточнив у лекаря, все ли со мной и малышом в порядке, ушел. Пообещал только, что заглянет к нам через час.

— Мое имя Фанрен, леди Волкофф. — Он низко поклонился.

Мне хотелось рассмеяться — сложно привыкнуть, когда тебе кланяются. Да и сам лекарь выглядел презабавно. Я никак не могла представить, как так вышло, что один из представителей такой гордой расы, как эльфы, решил завести ребенка с не особо почитаемой тут расой — гномами.

А еще… еще я чувствовала себя безгранично счастливой. После того, что я испытала, что мне удалось пережить, истинная радость — лежать в кровати, обнимать своего малыша и понимать, что с ним все хорошо. Даже попадание в другой мир уже не вызывало прежнего негатива. Вот что значит фраза: «Человек ко всему привыкает». А если человек еще и Земной, да из России… Прорвемся!

— Можете обращаться ко мне по имени. — Я улыбнулась. — Меня зовут Ксана.

— Как скажете, леди Ксана. — Губы лекаря тоже тронула легкая улыбка. — Как вы себя чувствуете? Вас не беспокоит тошнота? Странная тяжесть в животе или еще что-нибудь?

— Я будто заново родилась, чувствую себя превосходно, — сразу же ответила я, прислушавшись к своим ощущениям. Невероятная легкость в теле, свободная от ненужных мыслей голова!

— Судя по всему, вы и правда заново родились, — задумчиво ответил полугном-полуэльф. — Вы хотели со мной поговорить?

— Да, я хотела узнать, как часто вы сможете оценивать мое состояние и как будут проходить роды?

— Думаю, в ближайшее время я буду заходить каждый день. Чуть позже, когда мы точно будем уверены, что кризис миновал, постараюсь вам докучать поменьше. Скажем, раз в три-четыре дня. Вы не против, если сейчас мы с вами проведем диагностику?

Диагностику? Пожалуй, Фанрен вызывал если не доверие, то уважение точно.

— Да, конечно. Что мне нужно сделать?

Лекарь попросил меня лечь и максимально расслабиться. Прикрыть глаза. После я ощутила, как по моему телу разбегается множество приятных теплых мурашек. Они словно окутывали каждую клеточку моего тела, сосредотачиваясь на животе, и сливались воедино с магией малыша легкой, едва ощутимой вибрацией.

— Пульс в норме, артериальное давление в норме. Есть небольшая отечность, но вся лишняя жидкость должна выйти через пару недель — это реакция на… отравление. Тонус соответствует сроку. Ребенок тоже чувствует себя хорошо, но пока не занял нужное положение… — бормотал лекарь. — Удивительно.

— Что именно? — Я распахнула глаза. Промелькнула мысль, что такая диагностика ни в какое сравнение не идет с той, что была на Земле. Все же магия — очень полезная штука.

— Леди Ксана. — Лекарь бросил на меня чуть ли не восхищенный взгляд. — Ваш сын очень сильный. Он сам направляет мои чары, я почти ничего не делаю!

Хотелось бы мне сказать, что я мало понимаю в магии, что толком не знаю, о чем он говорит, но вместо этого я лишь погладила свой живот и направила малышу целое цунами материнской любви.

Еще какое-то время мы обсуждали мое состояние, витамины, которые мне стоит принимать, дыхательную гимнастику и многое другое. Потом лекарь вновь поклонился и предложил мне отдохнуть. Сказал, что если я почувствую себя плохо, то должна сжать выданный мне небольшой розовый кристалл, тогда он сразу придет.

— Слушай, а ты точно мальчик? — тихо спросила я, когда дверь за Фанреном закрылась. В последние дни я начала в этом сомневаться, уж слишком девчачьим казалось мне поведение малыша.

Почувствовала легкий толчок.

— Давай так. Если ты сыночек, то толкни меня еще разок, а если девочка… покажи мне свои чары.

В тот же миг я почувствовала, как мое тело накрыло уже знакомой волной мурашек. Не удержалась и громко рассмеялась.

— Вот ты хитрюша, — заметила я. И после добавила: — А папе мы пока ничего не скажем. Пусть будет сюрприз. Нам все равно пока есть чем заняться.

И начать стоит с поимки того, кто нас отравил.

Нейтан вернулся ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к горизонту, заливая комнату мягким рыжим светом. За это время я успела подремать и поесть принесенную лекарем еду: сытный сырный суп с гренками и легкий салат. Пожалуй, это был мой лучший обед за все нахождение в этом мире. Феечки, судя по всему, вовсю осваивали мои рецепты.

Даррсию, к счастью, я на горизонте не видела. После всего, что произошло, я никак не могла отделаться от мысли, что именно она причастна к нашему с дочерью отравлению. Слишком уж много фактов играло против нее: и странное отношение, и вечное пичканье «витаминами». Сегодня, во время разговора с лекарем, я выяснила, что никакие это не витамины. В голубых пузырьках обычно держатся травяные эссенции, различные магические зелья, но никак не местные аналоги витаминов.

И это стоило обсудить с правителем.

— Как вы? — первым делом поинтересовался он, мрачной тенью шагнув в комнату. Видимо, денек у него не задался.

— Чувствуем себя прекрасно. Думаю, завтра уже будем на ногах, — отрапортовала я.

— Пока мы не найдем отравителя, лучше не покидать комнаты. Хотя бы в ближайшие пару дней.

Он говорил аккуратно и мягко, без присущего ему приказного тона, как раньше. И это я оценила, потому кивнула. Меня тоже беспокоила наша с малышкой безопасность.

— Нейт, я думаю, что знаю, кто это мог сделать, — осторожно начала я. Понимала, что сейчас ступаю на тонкий лед. Но не дурак же Нейт, сможет расставить приоритеты. Кто ему важнее, в конце концов, какая-то там нянька или его собственный ребенок?..

Черт, а если он узнает, что там не сын, а дочка?

Малышка, по всей видимости, уловив мои эмоции, обеспокоенно толкнулась в живот.

«Милая, не переживай, я с тобой», — постаралась ее утешить.

— Кто? — Взгляд императора стал цепким, да и сам он как-то напрягся. Видимо,