Салейские хроники - Екатерина Ивановна Гичко Страница 24

— Я из-за вас замуж теперь не выйду. Кто рискнёт отбить у наследника возлюбленную?

— Викан.

— А кто за него рискнёт выйти замуж? — ещё больше окрысилась девушка.

— За меня, значит, не хочешь?

— Я, может, глупая, но не настолько, — Лийриша фыркнула.

— Ну хорошо, что ты осознаёшь, что я тебе не по зубам.

— Не по зубам, — не стала спорить лисичка, не уточняя, какой несчастной чувствует себя, только представляя, что хайрен стал её мужем. Отношения у них и так не лучшие, зачем портить ещё больше?

— Но замуж хочешь? — прищурился наследник.

— Хочу.

— Ну, подобных тебе здесь было много. Может, — Узээриш окинул её взглядом, — не таких честных, но много. Обворожительных самочек, корыстно мечтающих удачно выйти замуж.

— И что с того, что я корыстная? Я тоже хочу быть счастливой.

— Но вот и строй своё счастье где-нибудь в другом месте, но не в правящей семье.

Первые несколько секунд Лийриша непонимающе смотрела на хайрена, переваривая сказанное, а затем возмущённо округлила глаза.

— Что⁈ Да я и не собиралась выходить замуж в вашу семью! Вы мне неровня!

Она имела в виду, что правящая семья превосходит её и по богатству и уж тем более по влиянию, но Узээриш воспринял ответ иначе и был обескуражен её высокомерием.

— Это вообще идея хайнеса — назвать меня невестой правящего рода! Не нравится, иди к нему! Мне это тоже не нравится, но меня никто не слушает.

Узээришу в это верилось слабо. За четыреста лет он повидал «охотниц» самого разного рода, которые пытались проникнуть во дворец, привлечь внимание кого-нибудь из правящей семьи и увлечь его в храм. Один раз это почти удалось: кузены Риша из четвёртого колена едва не попались на удочку двух сестёр. Девиц отправила в правящий дом на должность помощниц лекаря мачеха, якобы чтобы избавиться от докучливых дочерей мужа, и девушки очень трогательно искали защиты и утешения. Как выяснилось позже, обедневший род принял смелое — и безрассудное — решение попытаться поправить свои дела с помощью союза с правящей семьёй.

Подобные алчные устремления были для правящей семьи не в новинку. Но всегда крайне обидно, если корыстные дамочки успевали тронуть сердца.

— Совсем точно не нравится? — ехидно уточнил наследник.

— Я даже никого не знаю из правящей, кроме тебя… вас и хайнеса!

— Знаешь, — уверенно заявил хайрен. Он сам видел, как мелкая вчера о чём-то говорила с его дядей. И озадаченный вид лисы его не обманет.

— И мне вообще уже нравится кое-кто другой, — запальчиво заявила девушка, припомнив Орана. — И это спокойный, добрый и очень вежливый мужчина!

Узээриш ощутил неприятное чувство узнавания.

— Ты моего отца имеешь в виду⁈ — поражённо выдохнул он.

— Нет! — Лийришу охватило не меньшее изумление от его предположения, она даже отшатнулась и едва не вывалилась наружу, но наследник по привычке подался вперёд и успел схватить её за локоть.

Скривившись, он всё же вдёрнул девушку назад. И та неблагодарно на него окрысилась:

— Как можешь меня обвинять ты! Тот, кто дурит женщинам головы! Думаешь, я не знаю, что о тебе говорят? Ха! Да по крайней мере я если и завлекаю кого-то, то с чистыми намерениями! Я не собираюсь, в отличие от тебя, бросать мужчин с попранной честью. Я собираюсь честно выйти замуж!

— А я никогда и никого не обманывал! — зарычал в ответ Узээриш. — Ни разу не завлекал сказочками о браке. Если они обманывались на мой счёт, то сами!

— А ты и рад их поддерживать в этом! — не сдавалась Лийриша и припечатала: — Блудодей!

Пока Риш обескураженно хлопал глазами, смотря на разъярённую рыжую девчонку, в коридоре появилось новое действующее лицо.

— Так, что вы здесь устроили?

Скандалисты разом обернулись и недовольно уставились на приближающегося хайнеса.

— Мы просто говорим, — попытался улыбнуться Риш.

— Вы орёте, — не согласился хайнес.

Спорщики напряжённо замерли, не зная, что ответить. Узээриш молчал, понимая, что отец его не поддержит и примет сторону девчонки. Лийриша молчала, потому что была уверена, что хайнес займёт сторону сына. Он же ему родной.

Но надолго её терпения не хватило.

— Вы представляете, что он мне сказал? Что я хочу за вас…

— Замолчи! — зарычал Узээриш.

— Сам молчи! — ощетинилась девушка.

— Риш, Риша, прекратите!

И сын, и воспитанница одновременно зашипели:

— Не называй её так!

— Не называйте меня так!

Иерхарид поспешил встать между ними, оттесняя девушку к стене.

— Риш, — он с укором посмотрел на сына, — идея оставить Лийришу во дворце всецело принадлежала мне. Я же тебе говорил, девочке угрожала опасность. И свидетельством этого может служить уже её травма.

— Боги, там этой травмы… — запальчиво начал Узээриш, но осёкся, вспомнив, что ушиб девчонки не видел и судить о нём не может.

— Если бы ты видел, то не говорил бы так, — покачал головой отец.

А вот Лийриша изумлённо распахнула глаза. Она тоже не считала свою травму особо серьёзной. И услышав заявление наследника, девушка поразилась: а он-то откуда это может знать? Он же не видел…

Вспомнилась большая белая сова на ветке, которая с бесстыжей наглостью рассматривала её обнажённое тело. До этого Лийриша надеялась, что это был деликатный хайнес, то теперь… теперь… Она поняла, что это не так.

— Это был ты! — она обличающе ткнула в наследника пальцем из-за плеча хайнеса. — Это ты подсматривал за мной!

— Чего? — изумился Узээриш.

— И ты меня смеешь обвинять⁈ Сперва смотрел на меня, потом наябедничал отцу, а теперь винишь меня же в том, что я оказалась во дворце!

— Да когда я на тебя смотрел⁈ — гаркнул Риш.

— А откуда тогда тебе знать, что ушиб несерьёзный? Ты всё видел!

— Госпожа Риша, — Иерхарид смущённо посмотрел на неё через плечо, — мой сын неединственный сов…

Но разгневанная и до слёз смущённая девушка его не слышала.

— Да пусть у тебя, извращуга ты этакая, все перья в крыльях вылезут!

С этими словами девушка вскинула руку вверх, призывая в помощь небеса… и толкнула кулаком длинную ножку масляного светильника. Тот накренился, горячее масло золотистой волной плеснулось на голову и плечи хайнеса, огонь скакнул… и повелитель вспыхнул.

— Ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы…

Страдающая девчонка сидела, вытянув забинтованные руки перед собой, и рыдала. Громко. Навзрыд. С искренней горечью и чувством вины.

— Да умолкни ты уже! — рычал на неё бесящийся у дальней стены Узээриш.

— Ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы… — ещё горше завыла лисичка.

Перепугавшаяся девчонка бросилась тушить вспыхнувшего хайнеса голыми ладошками. Напрыгнула на него сзади, накрывая вспыхнувшую спину грудью, а голову — руками. И теперь рыдала от страха перед содеянным и боли.

Иерхарид,