Квест по мирам с принцем обмана - Анна Бахтиярова Страница 19

— Ясно, — пробормотала я и принялась за суп, надеясь, что организм не взбунтуется.

Суп впрямь оказался неплох. Немного напоминал по вкусу солянку, но бульон был гораздо прозрачнее. Мясо в пироге показалось жестковатым, у хлеба был слегка пряный вкус. Что до сока… Не могу сказать, что осталась им довольна. Смахивал на морковный, только горчил. Если уж у него имелся подобный дефект, я боялась даже представить, каким на вкус был чай, который принц раскритиковал.

— У тебя же есть, чем расплатиться за обед? — спросила я, вспомнив вдруг, что нас кормят не бесплатно.

— У меня нет. А вот у тебя точно должны быть местные деньги.

— Что-о-о? — вскричала я в ужасе.

Принц шикнул на меня, потом вымученно улыбнулся мужчинам-соседям, которые принялись коситься на нас с подозрением.

— Говорил же, не привлей внимание, — напомнил он, когда те отвернулись и озаботились собственными делами. — Загляни в рюкзак. Я не просто так велел освободить его в комнате.

Мысленно чертыхаясь, я сделала, что он хотел, и… открыла от изумления рот. Рюкзак, который я недавно полностью опустошила (не без помощи нахального спутника), оказался вовсе не пуст. Мало того, что появилась карта города и документы, на которых был мой портрет, так еще и мешочек с монетами овальной формы.

— Деньги лучше отдай мне, — принц протянул руку. — Женщинам здесь не по статусу расплачиваться.

Я скривилась, но отдала-таки ему мешочек. Он меня не кинет, сбежав с деньгами. Я же — проводник. Без меня, как было замечено, так и придется раз за разом возвращаться в этот мир с горьким чаем и не слишком дружелюбными местными жителями.

— Не могли бы вы позвать хозяина — господина Вирта? — спросил принц официанта после того, как расплатился за обед. — Хотелось бы перекинуться с ним парой слов.

— Позову, — кивнул тот. — Но придется немного подождать. Хозяин лично обслуживает важного посетителя. Но как освободится, подойдет.

— Хорошо, мы не торопимся, — принц выдавил улыбку.

Я только головой покачала. Ну да, не торопимся. То бежал, сломя голову, разыскивать осла, а теперь готов рассиживаться тут, пока Вирт не закончит расшаркиваться перед кем-то очень важным. Да, старик тут всех знает, но, наверняка, есть и другие способы найти Бердинанда.

А впрочем…

Раз уж мы тут застряли, можно воспользоваться моментом.

— Час прошел, — напомнила я.

— Какой час?

— Не прикидывайся идиотом. Час, который я тебе дала. Рассказывай обо всем. О заданиях, мирах и тех, кого не стоит упоминать при свидетелях. Ну же. Иначе встану и снова начну подпирать стену. И пусть местные думают, что хотят.

— Ладно, — принц тяжко вздохнул, изображая, как нелегко ему со мной приходится. — Слушай. Но потом не жалуйся, если что-то не по душе придется. Как я и говорил: наша вселенная — сад, а миры — растения. У сада есть сердцевина, с которой всё началось. Это мир разрушителей.

— Значит, разрушители главные? — уточнила я.

— Обязательно меня перебивать? — не пришел в восторг спутник.

— Это уточняющий вопрос, — я закатила глаза, пользуясь тем, что на мне очки, и он не видит реакции. — Ладно-ладно, молчу и слушаю. Продолжай.

— Разрушители не главные, — соизволил-таки ответить принц. — Больше нет. Знаешь, их не всегда так называли. Раньше они были создателями. Да, это они расширили сад. Создали нечто большее из сердцевины. Были среди них особые маги, способные творить новые миры. Только выродились они давно, а сад перестал быть единым целым. В смысле, он существует в единой плоскости, но каждый мир развивался сам по себе. В некоторых даже не подозревают, что они не одни. Сад — это круг. Создатели в основном занимались ближними мирами. Там знают правду. В дальних, как тот, в котором мы сейчас находимся, понятия не имеют ни о разрушителях, ни о соседях. Живут себе и живут, — он вздохнул и огляделся по сторонам, явно жалея, что оказался далеко от дома. — Когда особенные создатели выродились, их мир какое-то время просто существовал, как и все остальные. Обитатели занимались исключительно собой, ни к кому не лезли. А потом всё изменилось.

— Они захотели расширения, потому что израсходовали ресурсы? — не удержалась я от нового вопроса.

— И да, и нет, — на этот раз принц не рассердился. — Ресурсов впрямь перестало хватать. Но дело не только в этом. Их мир начал ломаться. Не спрашивай, как именно. Этого никто точно не знает. Починить своими силами его не получалось. Требовались ресурсы других миров. Некая энергия, насколько мы понимаем. Создатели сильнее остальных. Им не составляло труда проникать к соседям и творить мерзости. Они забирали всё, что хотели. Из жителей делали рабов. Так создатели и получили новое название — разрушители. Проблема в том, что одной поломкой дело не ограничилось. Стали появляться другие, и захват соседних миров продолжился. Но разрушители столкнулись с новой проблемой. Сильных магов, способных проникать к соседям, становилось всё меньше. Опять вырождение, представляешь? Мне хочется верить, что это было наказанием. Однако эти гады — предприимчивые. Выяснили, что, если скрещивать мужчин с хорошей родословной с женщинами из некоторых миров, могут родиться особенные дети с наборов определенных магических качеств.

— Значит, набеги на соседей не закончились?

— В последнее время, их не наблюдается. Была война с другим довольно сильным миром. Разрушители победили, но противники сумели проникнуть в сердцевину тайно и истребить все кланы, пригодные для скрещивания. Ходят слухи, что разрушители ищут новые способы решить свои проблемы за счет других. Но пока в саду затишье. Новых захватов нет.

— А что насчет меня? — я невольно коснулась шеи, вспомнив жуткое появление цепочки.

— Твоя побрякушка — доказательство, что ты — одна из потомков, появившихся в результате скрещивания, и располагаешь нужными разрушителям качествами. И, да, я собственноручно притащил тебя сюда из мира на самой границе сада. Но я понятия не имел, кто ты, пока не появилась цепочка.

— Хочешь сказать, что кто-то из моих родителей… — начала я и замолчала, испугавших продолжения фразы. Любого из вариантов.

— Кто-то из твоих родителей им не является, верно. Отец. Ведь с разрушителями скрещивали только женщин. Либо… они оба тебе никто. По крови.

Я поежилась и залпом допила остатки сока, ранее не осиленные.

— Мне жаль, что так вышло, лапуль. Но очень надеюсь, что ты не примкнешь к сородичам.

Я сердито фыркнула и отвернулось. Хотелось обнять себя руками.

— Мэр и его жена знали.

— Определенно.

«Мои родители