Ненужная жена, или Развод по-королевски - Ани Марика Страница 17

— Я тогда отморозил все конечности! — встревает Морт.

— Это было смешно, — фыркает Люциус.

— Ну ладно, расскажи лучше, как ты на первом своём балу вместо вальса отправил партнёршу в полёт.

— Я убью тебя! — рычит Люциус, крепче меня обнимая.

— Так уж и быть, расскажу сам, — с иронией склоняет голову Морт. — Бал в честь независимости Элизиана. Приехали высокопоставленные гости из других королевств. Он должен был открывать вечер танцем с дочерью какого-то жутко важного лорда.

— Первого советника моего отца, — глухо бурчит эльф.

— Не мешай, Люц. В общем, вместо того, чтобы взять девушку за руку, Люциус наложил на неё заклинание левитации. Она весь танец провисела под потолком.

— Это получилось чисто случайно. Я нервничал. И мне было всего двенадцать лет.

— Вот это было смешно.

— Бедная девушка, — хихикаю я. — Она благополучно спустилась?

— О да. Вмешался король, а Люций потом всю неделю празднования прятался от отца.

— Да уж, вы оба были ходячими катастрофами! — со смехом замечаю.

Морт улыбается широко и кивает. Люциус тоже улыбается. Они продолжают вспоминать разные казусные истории из своего прошлого. Переругиваются друг с другом, но уже не так злобно, как раньше. Скорее как старые друзья, которые привыкли друг друга подкалывать. И странное дело, но мне это даже нравится. Их ворчание и споры отвлекают от собственных тяжёлых мыслей.

К обеду мы добираемся до города и, спешившись, идём на прогулку. Мужчины галантно предлагают локти помощи, охотно подхватываю их под руки. А дальше мы неспешно идём мимо пёстрых лавок.

Люциус рассказывает, чем славится эта местность. Здесь не действуют законы Авалора, как и Даркхолда или Элизиана. То есть здесь можно магичить.

В подтверждении своих слов Люциус выпускает разноцветных сияющих бабочек в небо. Завораживая меня. Я буквально с открытым ртом смотрю на кружащих вокруг меня крылатых созданий.

— Займись нашим обедом, Люций, — велит ему Морт, перехватывая мои пальцы.

— А ты куда собрался? — напрягается эльф.

— Мы сейчас придём, — отмахивается Эдриан и, притянув к себе, окутывает тёмным вихрем.

Не успеваю пискнуть или возмутиться, звуки шумной площади пропадают. А когда и тёмный вихрь растворяется, мы оказываемся в полутёмном помещении.

— Куда ты меня привёл? — спрашиваю, осматривая стеклянные витрины с антиквариатом и драгоценными украшениями.

Морт ничего не говорит, идёт к стойке с продавцом. Быстро показывает на некий предмет и, оплатив, поворачивается ко мне. Подхожу ближе, с любопытством разглядывая броши и кольца.

— Неужто обручальное кольцо решил прикупить? Поздновато, не находишь? — усмехаюсь я.

— Нет, не кольцо. У нас нет обручальных колец, — хмурится Эдриан и, забрав чёрную бархатную коробочку из рук продавца, отходит в сторону.

Мы выходим из лавки на шумную и залитую солнцем площадь. Устраиваемся в тени на лавке. И мужчина открывает коробочку.

— В тебе нет магии, а этот амулет защитит тебя в случае опасности. Он укроет и даст возможность переместиться в любую точку, какую ты пожелаешь.

— Ого, — выдыхаю и осторожно касаюсь небольшого каплевидного камня в серебряной огранке. Он переливается разными оттенками зелёного. От почти чёрного до лаймового. — Спасибо, Эдриан, это, наверное, очень дорогой подарок. И ты не обязан.

— Просто прими его от меня, и всё, — ворчит он, поднимая кулон за серебряную цепочку.

Послушно разворачиваюсь спиной и собираю волосы. Он застёгивает украшение на шее. Шершавыми пальцами касается кожи, аж мурашки бегут по позвоночнику и волнение неясное охватывает.

— Спасибо ещё раз.

— Всегда пожалуйста, Мира, — дёргает уголком губ мужчина. — Поспешим. Нужно отдохнуть и отправляться в путь.

— Да, конечно, — кивнув, поднимаюсь, и мы идём искать наш отряд.

— И где вы были? — встречает нас эльф, скрестив руки на груди. Ну вылитый ревнивый муж, ожидающий свою неверную жену с гулянки.

— Это не важно. Мы пришли. Я её не украл, как видишь. Давай поедим уже без твоего допроса? — раздражается Эдриан, подталкивая меня к накрытому длинному столу.

Люциус закатывает глаза и галантно отодвигает один из свободных стульев для меня. Остальной светло-чёрный отряд располагается сразу после нас. Этикет, наверное, какой-то.

Обед проходит намного лучше, чем завтрак. Эльфы и люди постепенно начинают коммуницировать. Принцы тоже не спорят друг с другом. Я ем, устала что-то. Очень энергозатратное утро получилось.

После сытной трапезы мужья решают проводить меня в номер, чтобы отдохнуть до вечера. Передвигаться по этой жаре тяжело, и так мы будем привлекать внимание, поэтому в путь отправимся после заката. Я с ними не спорю ровно до того момента, пока эти двое не заводят в один номер и не закрывают дверь не стой стороны.

— Вы что? — удивлённо оборачиваюсь и таращусь на них. — Останетесь здесь?

— Да, — кивает Морт, бросая свёрнутую карту на стол.

— Вдруг ты опять выйдешь в окно и сбежишь? — добавляет Люциус.

— Куда? Я ж не знаю местности.

— Неизвестно, что взбредет тебе в голову. Сумрака ты уже приручила, а он точно знает местность, — фыркает тёмный и, скинув ещё сапоги, падает на двуспальную кровать.

— Отличный, блин, отдых.

— Иди сюда, поспим, — и хлопает по покрывалу рядом с собой.

— Вот ещё! Я с тобой не лягу!

— Со мной ляжешь? — играет бровями эльф.

Глава 15

Глава 15

Мужья у меня, конечно, те ещё чудики-мечтатели. В себя поверили очень быстро. Но обломались. После грандиозного предложения тысячелетия разделить с ними одну постель на троих я сладко улыбнулась, невинно похлопала глазками и, обойдя Люциуса, вышла из номера. Оставив их проводить этот незабываемый отдых вдвоём.

Естественно, они тут же выбежали следом за мной, вопрошая, куда это я собралась. А я отправилась вниз, устроилась за столиком у окна и заказала себе горячего чаю. Около получаса оба товарища сидели рядом, ожидая, когда я напьюсь и всё-таки решу отдохнуть в номере. А потом сдались и заказали ещё две комнаты.

Добившись своего, я тут же рухнула лицом в подушки и уснула самым сладким сном. Просыпаюсь уже вечером, слегка потерянно обвожу взглядом полутёмную комнату, вспоминаю, где нахожусь, бонусом получаю все последствия долгой езды на живом транспорте. Болит всё