Печать безумных. Безымянные - Екатерина Ивановна Гичко Страница 163

— А мы пока поговорим, — Узээриш сладко прищурился в сторону Лирки.

— Моя ученица пойдёт со мной, — не согласился с ним Илиш.

Ещё и выпрямился, сложил руки на груди и с лёгкой улыбкой посмотрел на хайнеса. Ничего такого, что могло бы оскорбить монаршую особу, но Узээриш слишком хорошо знал Илиша. Они вместе проходили военное обучение при Салейском военном корпусе подготовки высших чинов и успели неплохо сдружиться. И для вреднющего Илиша статус наследника страны никогда не был препятствием. Сколько раз они сцеплялись…

Но сейчас, когда Риш хайнес, а сам Илиш мастер, устраивать драку было как-то несолидно. Хотя так хотелось…

Занервничавший мастер Жейш правильно истолковал выражение лица артефактчика и поспешил вмешаться:

— Сильнейший, мы ещё не осмотрели библиотеку, и я хотел познакомить вас с нашим новым мастером, преподавателем полётов на драконах. Приняли по личной рекомендации госпожи Майяри.

— Серьёзно? — Риш встрепенулся и уставился на директора чуть ли не с испугом. — Госпожа Майяри до сих пор пристёгиваться к седлу не научилась. Кого она порекомендовать могла⁈

Саврий тоже правильно считал настрой своего господина и решил поддержать директора.

— Тогда тем более стоит с ним познакомиться.

Илиш исподлобья взглянул на Орлида, и ученик встрепенулся.

— Я видел его у восточных ворот. Позвольте провожу.

Риш перевёл взгляд на бледную Лирку. Ничего не сказал, только посмотрел. Не стал возмущаться, даже не разгневался, но женщине почему-то показалось, что он… словно что-то задумал.

— Хорошо, пойдёмте, — и лёгкость, с которой он согласился оставить её в покое, насторожила ещё больше.

Господин Илиш проводил его спину насмешливым взглядом и весело посмотрел на Лирку.

— Поймает позже, — предрёк мастер. — За мной, парни.

Ханён тут же отлепился от матери, но крепко схватил её за руку и потянул за собой, нетерпеливо посматривая на неё через плечо. Мхян шёл вровень с Лиркой и энтузиазмом идти в гости к оборотню с двухголовой химерой в зверях не горел. Чисто мальчишеское любопытство светилось на его лице, но уже взрослеющая осторожность тоже не дремала, всё же воспитывали его в отряде хорошо. Он успел заметить, как испугалась Лирка, когда мастер назвал Ханёна «тёзкой». И почему «тёзкой»? Может, у имён «Илиш» и «Ханён» значение одно и то же?

Попавшиеся навстречу ученики — или будущие ученики — испуганно отшатывались прочь с дороги почти голого артефактчика, который без стеснения широко вышагивал в повязанном на бёдра кафтане. Лирка невольно смотрела на болтающиеся рукава, блестящие серебряной нитью, и ловила себя на глупой мысли, что вот что-то подобное и должен носить хайнес.

Мастер отвёл их не к преподавательскому общежитию, а к учебному корпусу и провёл на второй этаж в свою мастерскую, которая примыкала к учебному классу. Мальчишки тут же распахнули рты, увидев множество станков, инструментов, ящиков с материалами, кипы свитков и стопки книг, завалы артефактов и… кучу всего, что пробуждало в юных любопытных душах жажду исследования.

— Можете трогать всё, что хотите, — щедро разрешил артефактчик, а Лирка тут же показала ребятам кулак. Она уже увидела парочку довольно опасных артефактов. С везением этой парочки, они обязательно их активируют.

— Ой, да брось ты! — увидел её жест господин Илиш. — У меня тут стадо тупоголовых будущих магов, которые пролезут даже туда, куда не могут пролезть самые выдающиеся мастера. Ничего опасного здесь не держу, — а проследив за взглядом Лирки, добавил: — Ничего опасного работающего. Пойдём лучше поможешь мне рубаху зашить, а то я порвал, пока оборачивался.

Ханён было вскинулся, но причина усыпила его бдительность. Дяди часто просили маму помочь со штопкой. Лирка неохотно последовала за мастером в кабинет, из которого ушла не так давно. На столе всё ещё лежал графит, а вот лист с расчётами мастер прибрал.

— Где рубашка? — женщина осмотрелась.

— Рубашку я сам себе зашью, — хмыкнул мастер, подбирая совершенно целый предмет одежды с пола. — Я не для этого тебя звал. Садись.

Лирка присела и отвела досадливый взгляд в сторону. Из мастерской доносились довольные голоса пацанов, господин Илиш шлёпал босыми пятками, собирая по кабинету разбросанную одежду и сапоги.

— И как же так вышло? — мастер кивнул в сторону мастерской.

Лирка пожала плечами.

То, что Ханён никакой не медвежонок, первой заметила бабушка Ехи. Лирка никак не ожидала подобного. Откуда взяться химере? Тем более переменчивой.

— Не знаю. Это стало сюрпризом. Мне неоткуда было ждать такого… подарка.

Словно было мало ударов судьбы!

— Отец? — лаконично спросил мастер, натягивая штаны.

— Он из благородных, — тряхнула головой Лирка. — У знатных родословная ведётся чуть ли не с самого основания рода. Нет у него таких предков.

— Ну не скажи… — с сомнением протянул господин Илиш, бряцая пряжкой ремня. — Благородные порой тоже… секреты имеют. Мало ли кто в предках грех имел да скрыл.

— Думаю, с моей стороны, — неохотно ответила женщина. — В простых семьях не принято вести родовое древо. Мы и не помним, кем были наши предки. И во время войн простые самыми первыми страдают. Я женщин имею в виду.

— Мужчины-химеры не могут принуждать женщин к близости, — с лёгкой обидой протянул мастер. — У нас в инстинктах крепкий блок. Мы иначе не размножаемся, зверя передать не можем.

— Ханён… — Лирка закусила губу, — не такая химера, как вы. Он из изменчивых.

Мастер так и замер с одним сапогом в руке. На его лице появилось напряжённое, задумчивое выражение, он словно что-то перебирал в уме.

— Ты с северо-востока, да? — наконец выдал он.

— С севера.

— Где-то три тысячи лет назад… или даже больше?.. Братья-химеры там хозяйничали. И семени они своего разбросали изрядно. Действительно с твоей стороны могло выплыть, — мастер закивал. — Со стороны родителей или дедов-бабок был кто-то странный?

— Мама, говорят, болела. Но она умерла рано, я её не очень запомнила. Отец рассказывал, что у её медведицы одна лапа была короче другой, мол, увечная. Но сам отец был медведем… Точнее, я не помню, чтобы в облике его зверя был какой-то недостаток.

Господин Наэш в своё время заставил её вспомнить всех дедов-прадедов и прапрапрадедов. Вывернул её память наизнанку. И всё же пришёл к выводу, что кровь переменчивой химеры могла проснуться именно в её матери. Сходилось просто многое: то, что она болела, что у неё лапа короткая и что умерла рано.

— Ну если за её ростом никто не следил, то она могла вырасти увечной, — покачал головой мастер, — и оттого умереть рано. Переменчивую химеру растить сложно, нужно следить, чтобы оборотами она себе не вредила, а то и органы местами перепутаются, и вырастет внутри что-нибудь лишнее… У тебя братья-сёстры есть?