Жена – калека дракону (не) нужна - Кристина Юрьевна Юраш Страница 103

Руаль сначала посмотрел на меня. Затем на открытый футляр Вейрена. На обгоревшую штору. На подсвечник.

Его взгляд задержался на нём немного дольше, чем мне хотелось бы.

— Что произошло? — спросил он.

— Госпожа ночью ходила, — снова объявила Мелли.

Вейрен резко обернулся к ней.

— Я сам собирался сообщить! — строго произнес он.

— Простите. Я подумала, что так будет быстрее, — совершенно смутилась Мелли.

— Мне кажется, но эти новости должна сообщать я, — произнесла я, глядя на Вейрена.

Руаль ничего не сказал. Несколько мгновений просто смотрел на меня, словно пытался понять, не ослышался ли.

— Вы ходили? Это правда?

— Немного, — смутилась я.

— Без помощи? Одна? — голос герцога выдавал не просто удивление. Скорее, шок.

Я взглянула на Мелли.

— Сначала без помощи. Потом Мелли поддерживала меня, когда мы возвращались к кровати… Но я шла. Сама.

Его лицо осталось неподвижным. Только зрачки сузились, превращаясь в тонкие вертикальные щели.

— И вы не позвали лекаря? Меня? Вы не позвали никого? — в голосе герцога слышалась обида.

— Было поздно. И я устала. А если бы позвала, то было бы много разговоров. К тому же меня тошнило… Немного. И голове кружилась… — оправдывалась я.

— Вы упали? — спросил герцог, нависая надо мной коршуном.

Я слишком долго молчала.

Руаль всё понял.

— Флорис.

— Не сильно. На ковёр, — произнесла я, облизав пересохшие губы.

По его запястью пробежала тонкая полоса чешуи. Вейрен недовольно кашлянул.

— Если вы закончили выяснять подробности ночных приключений моей пациентки, я хотел бы проверить, способна ли она повторить произошедшее сознательно.

Руаль перевёл взгляд на него.

— Вы хотите снова поставить её на ноги после падения? — зарычал герцог.

— Именно поэтому я сначала проведу осмотр. Я должен убедиться, что это ей не приснилось! Это сильно меняет план и прогноз лечения! — спорил Вейрен.

— Вы только что сказали, что всё стало хуже.

— Я сказал, что всё стало ещё более невозможным. Это немного другое, — доказывал доктор.

— Объясните нормально, — голос Руаля был похож на рык.

Вейрен поднял кристалл.

— Каналы работают так, словно мы лечим её не несколько дней, а несколько месяцев. Чувствительность восстанавливается слишком быстро. Двигательные импульсы проходят почти без задержки. Это великолепно. Это ужасно. И это полностью противоречит всему, что я знаю о подобных травмах.

— Значит, лечение помогает, — произнёс Руаль.

— Моё лечение не способно давать такой результат. Оно должно было осторожно восстанавливать повреждённые связи. Медленно. Постепенно. А здесь словно кто-то вливает в каналы дополнительную силу, заставляя их срастаться быстрее.

Мне стало холодно. Внезапно и резко. Словно кто-то открыл окно, а оттуда в жаркую комнату хлынул холод зимней стужи.

Я опустила глаза на собственные руки. Внутри, под рёбрами, едва заметно дрогнула знакомая нить.

Руаль посмотрел на меня.

Я почувствовала его взгляд, но не подняла головы.

— Это опасно? — спросил он. — Это быстрое выздоровление?

— Я пока не знаю. Поэтому и хочу увидеть, как работают мышцы под нагрузкой. Не под воздействием страха, дыма и желания спасти дом от пожара, а сейчас. Когда мисс Моллард спокойна.

— Я спокойна, — заверила я, глядя на герцога. Тот стоял задумчивый, но при этом я чувствовала, что с ним что-то не так.

Три пары глаз одновременно посмотрели на мои пальцы, сминавшие край простыни.

— Относительно, — исправилась я, пряча дрожь в руке.

Вейрен приказал поднять изголовье кровати и усадить меня. Потом долго проверял пульс, заставлял напрягать мышцы живота и несколько раз проводил кристаллом по позвоночнику.

Наконец он поставил перед кроватью кресло.

— Сначала вы просто спустите ноги на пол. Никаких попыток немедленно вскочить и бежать к окну.

— Я и не собиралась, — обиделась я.

Мелли подбежала ко мне, но Руаль перегородил ей дорогу.

— Я сам.

— Ваша светлость, я уже помогала госпоже. Я знаю, как её держать. Вы что? Мне не доверяете? — расстроилась Мелли.

— Если ноги подогнутся, вы упадёте вместе с ней. Вы на себя посмотрите! Такая же… маленькая, как она! — резко произнес герцог, смерив взглядом Мелли. — Не хватало, чтобы посреди комнаты завалилась и герцогиня, и ее горничная.

Я хотела было сказать, что она — не горничная, а моя сестра, но поняла, что сейчас не то место и не то время.

— Я удержу! — гордо произнесла Мелли.

— Нет, — отрезал Руаль. — Не удержите.

Мелли вспыхнула, а потом она внимательно посмотрела на Руаля. И сделала какой-то странный знак глазами. На ее лице появилась загадочная улыбка.

— Я держала её всё это время! — спорила Мелли, но, скорее для виду.

— И делали всё, что могли. Но сейчас нам нужен человек, способный принять на себя весь её вес, если она начнёт падать! — отрезал герцог.

— Вообще-то я нахожусь здесь, — напомнила я. — И мне чрезвычайно приятно слушать, как вы обсуждаете, кто лучше справится с моим весом.

Руаль повернулся ко мне.

— Простите. Но я не доверю это никому. Я знаю, что смогу удержать вас. Я в этом уверен. Так что позвольте мне.

Он произнёс это сразу, без раздражения и попытки доказать собственную правоту. Мелли снова загадочно улыбнулась и сделала вид, что изучает горелую штору. Она повернулась лишь на секунду, чтобы глазам показать на герцога и тут же закусить губу.

Я вспомнила ее слова: «Кажется, он в вас влюбился!». И мне вдруг стало немного не по себе.

Руаль подошёл к кровати и протянул руки, но не коснулся меня.

— Можно?

— Можно.

Одна ладонь легла мне на талию. Вторая поддержала под локоть. От его прикосновения по коже пробежало тепло, никак не связанное с возвращающейся чувствительностью.

Вейрен помог спустить мои ноги с кровати. Ступни коснулись пола.

Я почувствовала прохладное дерево даже через тонкую ткань чулок. Ощутила давление собственного веса, пока ещё небольшого, потому что почти полностью опиралась на кровать.

— Не торопитесь, — предупредил Вейрен. — Ваша светлость, не поднимайте её. Только страхуйте. Я должен понять, сможет ли она встать сама.

— Если она начнёт падать…— резко повернулся к нему Руаль.

— Тогда поймаете. До этого — не мешайте. Пусть она делает это сама! Я настаиваю!

Рука