Печать безумных. Солнце поражения - Екатерина Ивановна Гичко Страница 101

— Что произошло? Мне доложили, что на ваш дом напали, но что здесь делал Ёрдел?

— Увы, мы не успели выяснить, зачем он заглянул, — Шерех с неудовольствием смотрел на лицо супруги, помеченное уродливой длинной раной. — Вероятно, проходил мимо…

— О, нет-нет! — затараторил молодой оборотень. — Мы не мимо проходили. Мы как за этими двумя следили! Я правда не знаю, почему господин к ним привязался. Он же, — парень опасливо посмотрел на домоправителя, — не объясняет ничего.

Мариш помрачнел, Шерех взглянул на парня с неудовольствием: чего раньше молчал?

— Чем-то они ему не приглянулись. Да и мне тоже странными показались. Парень ещё ничего, нормальный на вид. А вот баба у него какая-то примороженная. Харен Ранхаш рядом с ней прям живчик! — оборотень сообразил, что сравнение могло понравиться не всем и виновато оглянулся на старого консера. Но нехорошо на него посмотрел только Фоший. — Ни разу не слышал, чтобы она по-нашему говорила. Да и она почти не говорила, больше молчала. А порой и двигаться ленилась. Замирала как столб и стояла, не шелохнувшись. Бр-р-р, — парень передёрнул плечами. — Жуть такая! Будто она и вовсе не совсем живая. Но красивущая… А потом они сюда пошли. Я-то думал, мы просто мимо проходим, они, видать, нарочно путь сюда держали. Баба эта раз! И одним прыжком на стену заскочила! А мы далеко стояли, пока опомнились… ну, я точно не сразу пришёл в себя!.. они уже оба за стеной скрылись. И господин сюда почесал! Мы малость в парке вашем заплутали, пока шли. Срезать решили. Когда пришли, драка с этой уже на улице была. А она водой правит, как кнутом хлыщет… Господин к ней. Вроде даже управился с ней. А тут этот, второй, себя показал. Как что-то ахнуло, и мы все на траву попадали. А он к консеру, — парень кивнул на Шереха, — и хвать младенца. А его самого господин жрец тоже хвать и мальчишка какой-то. Мне ещё тогда почудилось, что вместе с ними ещё кто-то ухватился. Но свет вспыхнул, всё затмил. А как глаза продрали, их уже никого не стало.

— Где они? — Мариш требовательно уставился на Шереха.

Тот раздражённо посмотрел в ответ.

— Надеюсь, что хотя бы боги об этом знают, — отозвался он. — На территории дома их точно нет. Нужно прочесать город, но пока ждём вестей из храма.

— Из храма? — поразился Мариш.

Его спутники озадаченно нахмурились. Скажи это кто-то другой, они, может быть, и съязвили бы. Но к словам старого консера Вотого следовало относиться серьёзно.

— Они пришли за дочерью моего внука Руахаша, — раздражённо отозвался Шерех, — малышкой Мианой. К несчастью, с деточкой связано какое-то суеверие в стране, в которой она родилась. Руахаш исчез вместе с ней, полагаю, он успел зацепиться за похитителей.

Мариш малость расслабился. Он не то что бы действительно переживал за своего пришибленного преемника, но Лоэзия точно расстроится из-за пропажи своего бесполезного мужа. Беременная, уязвимая Лоэзия. Стоило Маришу подумать о положении госпожи, и гнев опять накатил на него.

Но если с ним жрец — спутник бога, — вряд ли кто-то сможет нанести им существенный вред. Тем более, этот поганец почти неубиваем! Взгляд скользнул по закрытому светильнику, который лежал на столике среди мазей и повязок, и Мариш заскрежетал зубами. Ещё и цацку свою посеял!

— Ваше счастье, что он не один, — с угрозой протянул Сумеречный хайнес, но Шерех лишь холодно взглянул на него.

— Мариш! — госпожа Жадала возмущённо распахнула глаза. — Я не ослышалась? Ты смеешь угрожать мне?

— Неконкретно вам, госпожа… — досадливо поморщился Мариш.

— Тогда оставь эти двусмысленные фразы, — строго повелела волчица.

И даже спутники Мариша невольно выпрямились под её взором.

— У нас украли ребёнка. У рода Вотых посмели украсть дочь, — ноздри женщины негодующе затрепетали. — Твой сын…

У Мариша стало такое выражение лица, словно вот ещё чуть-чуть и его удар хватит.

— … благородно пришёл на помощь. Конечно же, мы не оставим его в беде! Он нам нечужой, он брат нашей Майяри. Член семьи! И мы будем искать его так же, как и нашу дочь. Мы в одной лодке, мой мальчик. И нам не стоит сейчас портить отношения и ругаться.

В другое бы время Шерех позлорадствовал. Но сейчас настроение было не то.

Мариш только и смог с достоинством ответить:

— Ёрдел мне не сын.

— Он твой преемник, — госпожа Жадала даже не поморщилась, когда вокруг раны начали наносить обеззараживающую мазь, — это почти то же самое. Ещё и муж твоей драгоценной деточки. Ох, Лоэзии сейчас не стоит так переживать… Я сама съезжу и поговорю с ней. Вы, мужчины, совершенно не умеете подносить плохие вести.

И лицо Мариша ощутимо смягчилось.

— Думаю, — задумчиво протянула госпожа Жадала, — не стоит девочке в её положении знать истинную причину отсутствия Ёрдела. Скажем, что ему пришлось срочно отбыть по заданию хайнеса на… продолжительный срок.

— Понять бы ещё, в какую сторону рыть, — Шерех, заложив руки за спину, прошёл к окну и посмотрел на поливаемый дождём ночной парк.

Множество огней расцвечивали тьму, охрана продолжала прочёсывать территорию. Скоро здесь станет совсем шумно, когда начнёт собираться многочисленное семейство. Шерех чувствовал, как в груди тлеет чёрный, злой огонь. Многие века он положил на то, чтобы Вотых защищала их репутация. Он приложил огромные усилия, чтобы его потомки жили спокойнее. Но вот появился кто-то, кто посчитал, что может бросить им вызов.

И укусил так, что старый волк, несмотря на задубевшую в многочисленных испытаниях шкуру, ощутил болезненность укуса.

Но кто этот зубастый?

— А вы, госпожа, знаете, на кого перекинуть ответственность, — в гостиную широким шагов вошёл хайнес в сильно промокшем плаще.

Чужие экипажи на территорию дома сейчас не пускали. Сильнейший вообще-то мог потребовать пропустить его, но отчего-то решил пройтись от ворот через весь парк под дождём. Следом вошла Лирка, взволнованная и почему-то почти сухая.

— О, Риш! — консери протянула к хайнесу руки.

— Госпожа Жадала, кто посмел сотворить это с вашим лицом? — Риш с негодованием посмотрел на рану и, не заметив протянутых рук, подошёл ближе, чтобы осмотреть лицо волчицы.

— Небольшая ссадина, — величественно отмахнулась госпожа Жадала.

— Господин… — Лирка осеклась, заметив господина Мариша и его спутников. Нервно поклонилась им и встревоженно посмотрела на мрачного консера. Ей ещё не приходилось видеть господина Шереха в столь неприятном настроении. Казалось, он любые невзгоды переносит со снисходительной улыбкой.

— У