После развода. Исцеление любовью - Лисавета Челищева Страница 5

молодёжный центр к полудню, чтобы подготовить всё необходимое для сегодняшнего дня, и к тому времени, когда начинается основное мероприятие, почти все уже здесь. Гриша и Тоха из моей команды помогают младшим ребятам настроить снаряжение, пока я расставляю ограничительные конусы и действую как судья. Приходится сократить стандартную длину поля в два раза, так как младшие ребята с трудом справляются с полем полного размера.

— Матвей! — Тоненький голос Коли заставляет меня резко обернуться, и я вижу не только Колю, но и Егора с Настей, которые идут ко мне.

Настя одета в белое льняное платье, которое всего на пару тонов светлее её бледной кожи, её тёмно-каштановые волосы собраны в свободную косу, свисающую через левое плечо, а её огромные медово-карие глаза сияют на солнце.

— Привет, ребята! Рад, что вы пришли!

Лицо Коли сияет от восторга. Егор при этом выглядит так, будто старается не выглядеть взволнованным, но выражение лица Насти заставляет меня на мгновение замереть. Она улыбается, но я вижу, что её что-то беспокоит.

— Я пойду посижу на трибуне. Коля, слушайся Матвея и делай, что он говорит, хорошо?

Коля кивает, пока Егор обнимает Настю и шепчет ей что-то на ухо, от чего она закатывает глаза и насмешливо улыбается ему, прежде чем повернуться и направиться к трибунам.

Мы сразу же окунаемся в игру, давая Коле краткий курс по основам футбола с другими ребятами из его возрастной группы, большинство из которых новички, так что ему легко удаётся втянуться.

К концу игры уже три часа дня, и все дети отправляются попить воды и перевести дух, но Егор и Коля, несмотря на усталость, сразу же бросаются помогать мне собирать инвентарь.

— Эй, с твоей мамой всё в порядке? — Я не собирался спрашивать это Егора, но я успел заметить, как расстроенно Настя выглядела, когда думала, что никто не смотрит. Теперь мне стало любопытно, что же её так тревожит.

— Не знаю. Дедушка звонил сегодня утром нашему папе, и там всё... сложно. — Расплывчатый ответ, но по крайней мере он вносит ясность.

Егор помогает мне собрать все конусы и убрать остальное, прежде чем подойти к матери. Я смотрю на них, а в это время Гриша и Тоха подходят ко мне.

Я смотрел на Егора и видел себя в его возрасте. Та же злость, то же желание защитить мать, та же неспособность контролировать ситуацию. Мне потребовались годы, чтобы понять: иногда лучшее, что можно сделать, — это просто быть рядом и ждать, пока человек сам решит открыться. Я не собираюсь давить на неё. Если ей нужна помощь, она попросит. Но я буду здесь, готовый выслушать.

— Так, как там твоя фотомоделька? — Гриша часто использует это слово, но по какой-то причине меня бесит, когда он так говорит о ней. Тем более, мужик в свои сорок лет, называющий женщину «фотомоделькой», — это просто верх пошлости!

— Она живёт по соседству со мной. Её муж — козёл. У неё только что был развод, и она очень уставшая женщина. Отвали от неё.

Гриша поднимает руки в жесте капитуляции, но улыбается. Тоха настолько увлечён игрой ребят на поле, что не замечает нашего разговора. Там, на трибуне, сидят мальчики с Настей, и создаётся впечатление, что у них там серьёзный разговор.

Всё внутри меня сжалось, когда я невольно огрызнулся на Гришу. Я не ожидал, что буду защищать женщину, которую знаю всего сутки, так рьяно. Но я не мог иначе. Я видел, сколько боли она скрывает за своей улыбкой.

Может быть, я слишком остро на всё реагирую, но я устал смотреть, как хороших людей топчут те, кто не заслуживает даже их внимания. И если для того, чтобы дать ей передышку, мне придётся отчитать собственного друга — что ж, я готов пойти на это.

— Я так понимаю, развод был скандальным? — Тоха произносит это скорее как утверждение, чем как вопрос, но я даю ему быстрый ответ, основываясь на том, что успел узнать от Егора.

— Её бывший муж изменял ей с её же сводной сестрой, а потом просто оставил Настю и мальчишек, когда она его застукала. Дети переживают это очень тяжело, насколько я вижу, но я с ними знаком всего сутки. — Тоха кивает, прекрасно понимая, так как сам недавно пережил развод, тоже по причине измены.

— Чёрт, да она красотка! Почему мужик стал бы изменять, если у него дома ждала такая женщина? — Гриша прав, ни капли не ошибается. Настя — потрясающая женщина, но также невозможно не заметить, как сильно она любит своих сыновей.

— Понятия не имею. Она кажется очень милой женщиной, и дети у неё отличные.

Мы все смотрим, как Егор отворачивается от Коли и матери, и тут я замечаю, что по щекам Насти текут слёзы, которые Коля пытается стереть.

Мы смотрим, как она что-то говорит Коле, и, хотя он колеблется с минуту, затем медленно переходит туда, где сидят в траве несколько других ребят, ожидая, пока за ними приедут родители.

— Я пойду проверю, как она.

Гриша дарит мне насмешливую улыбку, пока Тоха кивает, явно соглашаясь с моим решением.

Я сделал шаг в её сторону. Я не знал, что скажу ей, но точно знал: я не могу позволить ей плакать на глазах у чужих людей, когда она думает, что никто не смотрит.

Глава 4

Глава 4

Я подхожу к ней, надеясь, что моё вмешательство не сделает всё только хуже, но не могу просто сидеть сложа руки и игнорировать тот факт, что эта бедная женщина находится на грани полного эмоционального срыва.

Я не привык к чужим слезам. За годы службы я научился не показывать слабость, а тут... женщина, которую я почти не знаю, плачет на глазах у прохожих. Но я видел в её глазах не просто боль, а ту самую усталость, когда человек перестаёт верить, что кто-то может прийти на помощь. Я не