Развод по жизненным показаниям - Амира Гиреева Страница 15

Алина смотрит на меня огромными темными глазами.

— Спасибо вам... — шепчет она, забирая вещи.

— Давай, беги.

Глава 19

Минут через десять Алина возвращается. Умытая, относительно спокойная, в моих широких синих штанах, подвернутых снизу.

Мы вместе застирываем пятно на ее джинсах и вешаем их на горячую трубу батареи.

Я усаживаю ее обратно на кушетку, достаю из тумбочки пачку печенья. Подливаю еще горячего чая. Алина греет о бока кружки пальцы с облупившимся синим лаком и робко спрашивает про Дашу — в каком она классе, чем увлекается. Напряжение в комнате постепенно тает, развеянное сугубо женским разговором.

Ровно до того момента, пока дверь в сестринскую не открывается.

На пороге появляется Тимур.

Он выглядит смертельно уставшим: хирургическая шапочка скомкана в кулаке, на лбу влажная испарина, а на щеках отпечатались красные следы от тугих завязок медицинской маски. Под глазами залегли тени после сложной многочасовой операции.

— Алина? — он хмурится, переводя напряженный взгляд с дочери на меня. — Валя сказала, ты прибежала в слезах. Что стряслось? Тебя кто-то обидел?

Он делает шаг в комнату. Голос звучит строго, но с явным оттенком отцовской тревоги. Алина вжимает голову в плечи, мгновенно краснея до корней волос. Ей явно стыдно признаваться отцу в истинной причине своего появления.

Я решаю и тут ей помочь.

— Тимур Сергеевич, всё в порядке. Небольшое женское ЧП в школе. Мы уже во всем разобрались.

Судя по выражению лица, он быстро складывает два и два. Его взгляд скользит по медицинским штанам на Алине и джинсам на батарее.

В итоге он с шумом выдыхает, проводя ладонью по лицу.

— Черт... — бормочет себе под нос, а затем смотрит на меня. В его глазах безмерная благодарность за то, что я избавила его от необходимости неловких объяснений. — Лена... Спасибо. Я у тебя в долгу.

— Глупости. Девочке просто нужна была помощь.

Телефон на моем столе начинает вибрировать, и я отвлекаюсь на него.

Пришло сообщение от мамы.

Я машинально смахиваю уведомление, пробегаясь взглядом по тексту, и чувствую, как пол уходит из-под ног.

«Игорь звонил. Он купил торт и приедет к семи часам мириться. Приведи себя в нормальный вид и будь дома вовремя. Дашке я уже сказала».

Мгновенно становится нечем дышать.

Я перечитываю строчки снова и снова, отказываясь верить глазам.

Неужели она пошла на этот подлый шаг и пригласила его? Очень вряд ли он сам додумался напроситься, да еще и с тортом!

Мама… Ну как ты можешь оправдывать человека, который поднял на меня руку и притащил в дом пьяное быдло к своей же дочери?

Она позвала его на ужин в квартиру, где мы пытались спрятаться.

Что это, если не предательство?

Я живо представляю эту картину: мама накрывает на стол, достает лучшие чашки. Игорь сидит на кухне, строя из себя раскаявшегося, идеального мужа, и посматривает на часы. А в соседней комнате сидит Даша, которая не хочет выходить из спальни.

Меня накрывает такой волной отчаяния и паники, что темнеет в глазах. Пальцы сжимают телефон до хруста корпуса. Я не могу туда вернуться. Это ловушка.

— Лена? — голос Тимура выхватывает меня из оцепенения. — Что случилось? На тебе лица нет.

Я поднимаю на него взгляд.

В голове бьется только одна мысль: нужно вытащить оттуда Дашу до того, как на пороге появится Игорь.

Гордость? Страх быть кому-то обязанной? Нежелание принимать помощь от малознакомого мужчины?

Всё это сейчас кажется таким жалким, надуманным и ничтожным, что сводит скулы. К черту гордость и независимость.

— Тимур Сергеевич... — голос предательски дрожит, и я заставляю себя сделать глубокий вдох, прежде чем продолжить. Я смотрю прямо в его карие глаза, ища в них спасение. — Ваше предложение... насчет пустующей квартиры сестры. Оно еще в силе?

Тимур не задает лишних вопросов. Не просит объяснений, не спрашивает, кто мне написал и почему я так резко передумала. Он просто сканирует взглядом мое побелевшее лицо и коротко кивает.

— В силе.

— Это замечательно, — выдыхаю я, и с плеч словно груды камней осыпаются. — Мне нужно съехать от матери прямо сегодня. Я буду очень благодарна вам за помощь. Я всё оплачу, как только...

— Ключи лежат у меня в машине, — перебивает меня Тимур. — Когда наша смена закончится, я отвезу тебя. Заедем за твоей дочерью и вещами. И это не обсуждается.

Глава 20

Остаток смены тянется мучительно долго и словно в тумане.

Я работаю на автомате, механически выполняя обязанности, а в голове пульсирует только одна мысль: забрать Дашу.

Успеть до того, как этот спектакль начнется.

Ровно в семь вечера я выхожу на парковку. Черный внедорожник Тимура уже ждет.

Я сажусь на пассажирское сиденье, и двери с глухим щелчком отсекают меня от уличного шума.

В салоне пахнет кожей и легким ароматом кофе. Тимур не пытается завести светскую беседу, а сразу заводит мотор и выруливает с территории больницы. За это молчание я готова сказать ему отдельное спасибо.

Пока мы едем, я достаю телефон и быстро набираю сообщение дочери:

«Даша, я подъезжаю. Оденься, возьми наши сумки и жди меня в комнате. Мы уезжаем».

Ответ приходит через секунду:

«Я уже готова, мам. Бабушка на кухне, готовит».

Машина тормозит у подъезда.

— Я быстро, — говорю я, берясь за ручку дверцы. Пальцы слегка подрагивают от волнения. — Только заберу дочь и вещи.

— Сумки тяжелые?

— Я справлюсь. Ждите здесь, Тимур Сергеевич. Пожалуйста.

Он коротко кивает, и я выскакиваю на улицу.

Взлетаю по ступеням на третий этаж, перепрыгивая через одну. Достаю свой ключ и открываю квартиру.

Едва я переступаю порог, в нос бьет смесь запахов: запеченного мяса с чесноком и ванильной выпечки.

В квартире жарко.

Даша выглядывает в коридор, едва за моей спиной захлопывается дверь. На ней уже надета ветровка, в руках она сжимает лямки рюкзака.

Я сразу же направляюсь к ней, но в этот момент из кухни выплывает моя мама.

На ней нарядная бордовая блузка, волосы аккуратно уложены лаком, а на губах — свежая помада. Она вытирает руки о новое полотенце.

— Явилась! Лена, ну что у тебя за вид? Джинсы какие-то, свитер растянутый! Иди быстро умойся, хоть ресницы подкрась! Он с минуты на минуту будет!

Я смотрю на нее, и внутри всё обрывается.

Она действительно накрыла стол и приготовилась встречать дорогого