Будет больно - Лана Пиратова Страница 11

ощущение, что в чём-то подвох, не отпускает. Где Басманов? Эта мысль крутится в голове, мешая сосредоточиться. Я невольно начинаю перебирать варианты: может, он заболел? Или специально решил пропустить урок, чтобы не пересекаться со мной? Но это не в его стиле.

— Ты чего такая напряжённая? — тихо спрашивает Катя, наклонившись ко мне.

Я оборачиваюсь к ней. Её взгляд насторожен, но в то же время в нём читается поддержка.

— Да так, — мямлю я, — просто кажется, что всё слишком спокойно. Не похоже на наших.

Катя пожимает плечами, пытаясь улыбнуться, но её улыбка выходит какой-то натянутой. Она явно чувствует ту же напряжённость, что и я.

Звонок на урок звучит неожиданно громко.

В кабинет заходит учитель, и все мгновенно рассаживаются по местам. Я ловлю себя на том, что всё ещё смотрю на дверь, словно ожидая, что Басманов вот-вот ввалится, как обычно, опоздав.

Но он так и не появляется. Нет его и на втором, и на последующих уроках.

И я чувствую облегчение. Не хочу с ним встречаться.

Но и мысли о том, что же с ним, не оставляют. Ругаю себя, но постоянно думаю, а вдруг он заболел? Может, я сильно ударила? Бред.

Он на голову выше меня. И сильнее. Навряд ли моя пощечина могла причинить ему хоть какой-то вред.

— Лиля, не поможешь мне с инглишем?

Я даже замираю, когда за спиной слышу этот голос. Резко оборачиваюсь и таращусь удивлённо на Коровина.

Ну, во-первых, но впервые меня по имени назвал. А, во-вторых, он меня просит помочь ему? Серьёзно?

— Чего молчишь? — усмехается он, не дождавшись ответа.

— Чего ты пристал к ней? — вступается за меня Катя.

— Тебя не спрашивают! — рявкает на неё Коровин и хмурится. — Иди отсюда!

— Чего тебе? — прихожу в себя и, нахмурившись, смотрю на него. — Что ты задумал опять? Учти, я молчать не буду! Всё расскажу! Дай пройти! — и, взяв Катю за руку, обхожу его.

— Придурошная! — шипит он мне в спину.

Глава 17. Неожиданное предложение

— Чего они цепляются к тебе постоянно? — спрашивает меня Катя, когда мы на перемене сидим с ней на широком подоконнике в самом конце коридора, подальше ото всех.

Тут мало кто ходит и поэтому можно спокойно поговорить.

— Не знаю, — пожимаю плечами, глядя в окно на завхоза, который подстригает кусты в школьном дворе. — Наверное, потому что не из мажоров. Не такая, как вы, — поворачиваюсь к Кате.

Она хмыкает.

— Я бы предпочла тоже быть сиротой, — произносит внезапно.

Испуганно смотрю на неё.

— Что ты такое говоришь? — спрашиваю строго. — Так нельзя. Вот у меня никого нет, кроме бабушки. И я так скучаю по маме с папой, — вздыхаю. — А у тебя есть мама и папа и ты такое говоришь!

— Мачеха, — тихо произносит Катя, уткнувшись подбородком в коленки и снова отворачиваясь к окну.

Вопросительно смотрю на неё, но молчу.

— У меня мачеха, — продолжает она. — И отец, который тупо верит только ей, а меня вообще не любит. Я для них обуза. Понимаешь? У мачехи скоро ребёнок будет. Наверное, от отца, — с грустью усмехается Катя. — Хотя я не была бы так уверена на его месте. А я им мешаю. У них своя семья. Понимаешь? — смотрит мне в глаза.

— Может, ты всё не так понимаешь?

Она хмыкает.

— Моя мама умерла два года назад. У неё рак был, — рассказывает Катя. — Пока она болела и в больнице лежала, у отца уже была эта сука, — лицо Кати становится серьёзным и злым. — Я её ненавижу! Впрочем, — горькая усмешка, — она меня тоже. Думает, как бы избавиться от меня. Вот, в интернат этот долбанный сослали. Чтобы видеть только на выходных!

— Кать, — придвигаюсь к ней и чуть приобнимаю её за плечи. — Может, в тебе обида за маму говорит? Всё образуется…

— Ромашкина! Лиля! — раздается голос Ирины Владимировны, нашей учительницы по английскому. — Ты?

Я спрыгиваю с подоконника и выхожу на свет.

— Да, Ирина Владимировна, это я. Что-то случилось?

— Ищу тебя, ищу. А ты, вон, где! Подойди, пожалуйста.

Я беру рюкзак и иду к ней.

— Лиля, ты у нас в классе самая сильная по языку. У меня к тебе просьба будет. Просьба-поручение, — говорит Ирина Владимировна. — Надо с одним мальчиком позаниматься. Подтянуть его. А то не сдаст, завалит всё.

— Я? Но я… — удивлённо смотрю на неё.

— Это очень поможет тебе при сдаче экзамена, Лиля, — многозначительно смотрит на меня. — Нельзя, чтобы Басманов плохо сдал. Понимаешь?

— Басманов?! — не могу скрыть удивления. — Я с ним должна позаниматься?!

— Да, а что такого? — приподняв бровь, Ирина Владимировна изумлённо смотрит на меня. — Данияр хороший мальчик. Только, вот, английский ему не даётся, — вздыхает тяжело. — Мы с ним уже всё обсудили и решили, что стоит попробовать ему с тобой позаниматься. Может, так быстрее усвоит материал, чем с репетитором.

— Но я… я не могу…

Я так ошалела от этой новости, что и сказать ничего не могу толком.

— Почему? — строго смотрит на меня Ирина Владимировна.

— Я… мне готовиться надо… у меня реферат по биологии, — вспоминаю я.

— Я поговорю с вашим учителем биологии, Лиля. Об этом можешь не переживать. Папа Данияра очень переживает, что у сына так плохо с английским. Понимаешь? — проникновенно смотрит. — Если поможешь, мы в долгу не останемся. Поможем тебе с оценками и с аттестатом, — тихо добавляет она. — Ты же хочешь поступить в наш институт?

Киваю.

— Ну, вот, — улыбается она. — Мы поможем. Если… если ты поможешь нам.

— А если я откажусь? — смотрю ей в глаза.

Вижу, как меняется выражение её лица. Улыбка сходит моментально. Появляется холодная маска равнодушия и недовольства.

— На твоём месте я бы даже не спрашивала об этом, Лиля, — говорит она жёстко. — Как ты будешь относиться к лицею, так и к тебе будут относиться. Напомню тебе просто, что далеко не все наши выпускники поступают в институт. Далеко не все…

Смотрю на неё и понимаю, что у меня нет шансов. Просто нет.

— Хорошо, я согласна, — вздыхаю. — Тогда я хотела бы, чтобы наши занятия с Басмановым проходили у вас в кабинете. Сразу после уроков. Мне… мне так удобнее будет.

— Замечательно! — легко соглашается она.

Я знаю, что в кабинетах установлены камеры, поэтому будет не так страшно. Да и что он мне там сделает?

Понимаю, что уговариваю себя. Но я не могу отказаться. Просто не могу.

Я хочу поступить в этот чёртов институт! И сделаю всё для этого! Даже если нужно будет заниматься с этим придурком! Просто надо подготовиться.