Я выбрал тебя - Татьяна Дин Страница 33

– А вот я именно так бы их и назвала.

Шерил с надеждой в глазах взглянула на подругу.

– Думаешь?

– Она ещё спрашивает!

Лаура взяла корзину с постиранным бельем и вышла на берег. Шерил тем временем достирывала покрывало. На противоположном берегу появились всадники, возвращающиеся в лагерь. Они переходили реку, как один всадник отделился от общей группы и поскакал в сторону Шерил. За стиркой Шерил совсем не обращала внимание на происходящее вокруг. Наклонившись, она прополаскивала покрывало, как вдруг мимо неё пронеслась лошадь, и всадник, свесившись с коня, окатил её водой. От неожиданности, она, как рыба, беззвучно открыла рот и выпучила глаза. По лицу стекали ручейки воды. Тут же раздался ликующий крик. По нему она сразу поняла чья это была выходка.

– Ну что, ты ещё сомневаешься? – услышала Шерил за спиной голос подруги.

Следующим утром Шерил следила за тем, как Кохэна собирается на охоту. Она ждала, когда он наконец-то уедет из лагеря. Как только индеец скрылся из виду, она тут же оседлала Ветер и отправилась на близ лежащий пруд, предусмотрительно взяв с собой кожаную сумку. Достигнув водоема, она спустилась с лошади и спешно принялась рвать мох и складывать в сумку. Наполнив её до верху, Шерил вернулась в лагерь. Первым делом она убедилась, что Кохэна ещё не вернулся. Незаметно прокравшись в его типи, она откинула шкуру, на которой тот спал и вывалила весь мох на пол. Разровняв его, снова уложила шкуру на место. Довольно похлопав руками, Шерил так же незаметно вышла из типи. Она присоединилась к индианкам, что занимались рукоделием. С этого места она могла отлично видеть типи Кохэны.

Пришлось ждать не менее часа, прежде чем он вернулся. Кохэна почистил на реке мустанга, отвёл в загон, а после, наложив в чашку овощей и мяса, ушел к себе. Хотя Шерил уже порядком надоело сидеть на солнцепёке, но желание увидеть его реакцию на неприятный сюрприз, перевешивало все неудобства.

Шерил мысленно представила, как Кохэна с чашкой в руках садиться на шкуру. Это вызвало ехидный смех.

Вскоре она увидела, как полог, закрывающий вход, откинулся и из типи полетели куски мха. Значит её месть удалась, радовалась она. Кохэна со шкурой в руках вышел на улицу и направился к сушилке. Вид у него был явно недовольный, но Шерил больше не боялась его. Когда он проходил мимо, она не удержалась и спросила:

– Ты что, намочил её?

Её вопрос прозвучал так двусмысленно, что рядом сидящие женщины захихикали.

– Ну ты у меня сейчас получишь! – взорвался Кохэна.

Он тут же бросил шкуру и погнался за ней. В одно мгновение Шерил слетела с места и бросилась бежать. Она старалась спрятаться за стоящими индианками, а он пытался схватить её. Наконец, он уловчился и ухватив её за руку, потянул к себе. Шерил изо всех сил упиралась, но в этой схватке сила была на его стороне. Он завернул её руку за спину, отчего ей пришлось согнуться.

– Ну, говори, кто намочил мою постель?

– Ой-ой-ой.. – только и смогла проохать она.

В это время за спиной Кохэны появился вождь. Кто-то из индейцев, стоявших рядом, произнес: «Кхе-кхе», тем самым подав знак. Кохэне хватило лишь беглого взгляда в сторону, чтобы понять, кто стоит за ним. Он тут же отпустил Шерил.

Разогнувшись, она встретилась взглядом с Вихо. Молодые люди потупили взор, ощущая перед вождём неловкость, но тот не произнеся ни слова отправился по своим делам. Они переглянулись и разошлись. Кохэна поднял шкуру, валяющуюся на земле и как ни в чем не бывало понес к сушилке. Шерил же вновь уселась за рукоделие. Счастливая улыбка играла на их лицах.

Присев на медвежью шкуру, Кохэна понял, что его штаны намокли, отчего пришел в недоумение. Откинув шкуру, увидел разложенный мох. «Ну женщина!» – воскликнул про себя. Вначале он хотел сделать вид, будто ничего не произошло, но когда она посмела посмеяться над ним, он уже не смог сдержаться. Если бы не вождь, он бы наказал её, она бы умоляла отпустить её.

Кохэна с каждым днём всё больше надеялся, что Шерил изменилась к нему. Его не раз посещала мысль поговорить с ней, предложить быть вместе. Он даже пару раз порывался подойти к ней, когда она была одна, но стоило ему сделать шаг, как воспоминания прошлого останавливали его. Что если своим предложением он снова оттолкнет её? Что если она по-прежнему не хочет быть с ним? Тогда он только всё испортит. Сомнения жгли душу, он то надеялся на скорое счастье, то погружался на дно безнадёжности. Когда-то он уже пытался напором и хитростью заполучить её, но ничего хорошего из этого не вышло. Теперь он просто не мог позволить себе совершить ошибку. Главное – набраться терпения и пусть всё идёт своим чередом, тем более что только такой подход даёт результат.

Перед самым сном Кохэна сообразил, что его постель по-прежнему висит на сушилке. На улице уже стемнело, когда он отправился за ней. Он протянул руку, чтобы стянуть шкуру с жерди, как заметил чью-то фигуру, сидящую на нижней перекладине сушилки.

– Кто здесь?

– Это я, – услышал он голос Шерил.

Его лицо вытянулось от удивления.

– Что ты здесь делаешь?

– Разглядываю звезды.

Кохэна поднял голову и уставился в ночное небо, пытаясь понять, что она там хочет разглядеть. Он уселся на другой конец сушилки.

– Когда я была маленькой, – вдруг заговорила она – моя кровать стояла у окна и я часто рассматривала звёзды на небе. Они казались такими завораживающими. Мне даже казалось, что они живые и смотрят на нас.

Кохэна молча слушал. Первый раз за все время она делилась с ним чем-то личным. Он боялся заговорить и всё испортить.

– Я представляла, что среди звезд могли быть мои папа и мама и они наблюдают за мной. Я ведь их совсем не помню, – с тоской в голосе произнесла она.

– Что с ними случилось?

– Умерли от тифа. Мне тогда два года было. А ты помнишь своих родителей?

– Помню. Мы с братом были ещё мальчиками, когда они погибли. На наше племя напала банда белых. Хотя мы отбились от них, но мать успели застрелить, а отца зарезать.

Кохэна вспомнил, как после смерти родителей ненавидел всех белых. Он тогда и представить не мог, что полюбит белую женщину.

– Мне жаль, – сочувствующе произнесла Шерил.

Кохэна взглянул на неё, хотя из-за темноты было трудно разглядеть черты лица. Она смотрела куда-то перед собой. Ему хотелось обнять её, крепко прижать к себе и