На тринадцати ветрах. Книги 1-4 - Жюльетта Бенцони Страница 220

настолько полон собой и лишен воображения, что ему было трудно понимать других. А Лорна, испытав все безумства своей молодости, испытав любовь, которой она так и не была удовлетворена, хотя у нее было много любовников, решила теперь стать герцогиней Ленстэр. Лучше будет подождать: когда она будет замужем, она без труда убедит Томаса и он предоставит ей свободу действий. Тогда она сможет жить так, как ей хочется.

Когда пришла минута прощания, она обняла брата, поцеловала его в лоб и прошептала ему на ухо:

– Не забывайте, что я вам сказала... и постарайтесь быть умницей!

– Я не забуду... но я ничего не обещаю!

Усевшись рядом с Гийомом в экипаж, мальчик даже не повернул головы, чтобы в последний раз посмотреть на замок и парк, где прошла вся его жизнь. Он держался очень прямо, не касаясь спиной подушек, и смотрел перед собой. Конечно, ничего не видя. Довольно долго оба пассажира молчали, пока Гийом, глядя на упрямый профиль мальчика, не сжалился и не проговорил мягко:

– Садитесь поудобнее, Артур. Мы приедем в Лондон лишь к вечеру...

– Тем более что он почти не спал в эту ночь, – подтвердил мистер Брент.

И, чтобы не смущать больше своего воспитанника, он решил перевести разговор на другое:

– Вы рассчитываете остаться в Лондоне несколько дней, месье Тремэн?

– Нет. Благодаря письму, которое дал мне лорд Астуэл, адресованному высокопоставленному чиновнику с таможни, все формальности с обменом паспорта и прочие будут значительно облегчены. Мы проведем ночь на борту судна, чтобы отплыть утром, когда начнется прилив. Но, может быть, вы сами хотите сделать какие-нибудь покупки или попрощаться с друзьями?..

– Благодарю вас, но у меня есть все необходимое и мне ни с кем не надо встречаться. Во всяком случае, в Лондоне. Мои малочисленные родственники живут в Эксетере, в Девоне...

– Другими словами, переезжая жить ко мне, вы будете ближе к ним, чем к Астуэл-Парку, – сказал, улыбаясь, Тремэн. – Вы сможете поехать туда, когда захотите: у меня всегда найдется для вас судно.

Пухлое лицо молодого наставника, похожего на ангелочка, порозовело от удовольствия.

– Прошу простить мне мой вопрос, и не сочтите меня излишне любопытным: у вас есть корабли?

– Несколько. Я судовладелец. На одном из моих судов мы и отправимся во Францию...

Наблюдая за реакцией сына уголком глаза, он заметил, что тот уже не сидел, как статуя, а явно заинтересовался их разговором. И добавил:

– Это судно только что вернулось с Антильских островов с грузом сахара, рома и индиго, и я тотчас же повернул его на Англию. Другие суда ловят треску у Новой Земли...

Он продолжал говорить красивым низким голосом, перечисляя названия дальних стран, понимая всю магию этих слов для мальчика, который, как ему сказали, бредил морем, как когда-то бредил он сам.

Когда он замолчал, Артур, который теперь удобно сидел на диване, прислонившись спиной к подушкам, закрыл глаза и заснул, снова превратившись в маленького мальчика, которым он и не переставал быть. Гийом смотрел на него несколько мгновений, потом достал из кармана портсигар и предложил сигару Джереми Бренту.

– Надеюсь, – прошептал он, – я сообщил ему достаточно сведений, чтобы больше не жалеть об английских морских силах?

Приехав в Лондон, они лишь на несколько минут заехали на улицу Патерностер, чтобы поздороваться с миссис Бакстер и пригласить Франсуа Ньеля провести Рождество у них в имении На Тринадцати Ветрах.

– Мои будут рады познакомиться с тобой, – заверил его Тремэн. – К тому же я надеюсь отпраздновать этот Новый год с особым блеском, ведь моя семья выросла.

– Я не приеду лишь в том случае, если Ла-Манш совершенно разбушуется, – пообещал канадец.– Я буду очень рад приехать и познакомиться с твоими.

Как он и надеялся, Гийом без труда получил обратно свои документы и смог вернуться на корабль. Служба по делам иностранцев готова была расстелить красный ковер под ноги друга знаменитого вельможи, приближенного канцлера Казначейства.

Пока лодка везла путешественников к кораблю, даже черная вода Темзы, в которой кое-где отражались фонари, казалась Артуру необыкновенной, и он вдыхал полной грудью запахи тумана и тины, угля и отбросов. Река, загроможденная судами всех размеров и прибывших со всех концов света, была продолжением тех морей, которые ему так хотелось увидеть, и жила своей особой жизнью. Одни суда выглядели потрепанными и бедными, другие были великолепны. И Артур с беспокойством ожидал, каким же окажется их корабль.

Внезапно перед ними возник трехмачтовик с черным корпусом, компактный и немного вытянутый. Несмотря на темноту, можно было разглядеть орудийные люки, сейчас закрытые, а ведь это было не военное судно. А под бушпритом– на носу– чье-то лицо с развевающимися волосами.

– Ну вот мы и прибыли! – сказал Гийом.

Но прежде чем он взял в руки рупор, чтобы позвать дежурного на корабле, Артур открыл рот. Это было впервые со времени отъезда. Он спросил Гийома с заметными нотками уважения в голосе:

– Это ваш корабль, месье?

– Да. Вам он нравится?

– Он мне кажется красивым, насколько можно судить о нем в такой темноте. Как он называется?

– «Элизабет».

Тремэн тотчас же почувствовал, как мальчик снова замкнулся, и виной тому было женское имя, которое, как он подумал, могло принадлежать мачехе. Тогда Тремэн как-то вскользь сказал, как будто это не имело никакого значения:

– Это имя моей старшей дочери. Элизабет пятнадцать лет, и я надеюсь, что вы с ней подружитесь и будете чувствовать себя в своей семье. У меня еще есть сын, на несколько месяцев старше вас. Его зовут Адам...

Артур подумал, что этой Элизабет очень повезло, раз в ее честь назван такой большой корабль. Она, конечно, очень избалованная и взбалмошная, как все девчонки, каких он знал. Может быть, мальчик окажется лучше. Желая узнать побольше о своей новой семье, он небрежным тоном спросил:

– Вы ничего не говорите об их матери. Какая она?

– Ей отрубили голову во времена Террора, – ответил Гийом очень сурово, и Артур вдруг покраснел. – Это была знатная дама...

– Прошу извинить меня за бестактный вопрос. Я не знал...

Лодка причалила к борту корабля. На палубе замелькали огни. Была спущена веревочная лестница. Гийом схватил ее, чтобы та перестала раскачиваться:

– Поднимайтесь, Артур! Как только вы будете наверху, вы окажетесь на территории Франции, и, хотите верьте, хотите нет, я говорю вам: добро пожаловать...

Мальчик молча внимательно посмотрел на него, как будто не решаясь сделать этот решительный шаг, потом, ухватившись за веревочный трап, он, как кошка, вскарабкался наверх.

Он был очень доволен. Это было как бы знаком Судьбы, ответом на его