2064: Зима - Сергей Твардовский Страница 63

Если бы Анна не проболталась — Лена, может, и не стала бы мешать. Она и сама любила азиатскую еду. Но…

Покачала головой. Вздохнула. Пошла следом.

Они вошли в кафе.

Анна шла целенаправленно, уверенно. Ни одного взгляда по сторонам. Знала куда идёт.

Она села за столик. В глубине зала. В самом углу.

Лена сразу поняла. Это был "тот самый" столик.

Плохо.

Очень плохо.

— …а потом он так вцепился в тарелку, — сквозь всхлип хохотнула Анна, вытирая глаза, — я думала, официант не сможет её забрать.

Лена задумчиво гоняла по тарелке одинокую горошину. Взглянула на Анну — та почти не притронулась к своей порции яки-собы.

— Ань, — Лена тихо положила палочки, — а ты что планируешь дальше?

Шипучка подействовала — голос у Анны звучал почти нормально. Только иногда срывался на хрип. Гланды успокоились, но связки ещё заживали. Слова давались с трудом. Каждый — как шаг по битому стеклу.

Видимо и успокоительное тоже, ведь она разговаривала. Почти живо, даже несколько раз засмеялась, вспоминая позавчерашний ужин.

— Я не знаю, Лен, — устало ответила она.

— Мне придётся уехать сегодня. И Люк… младший…

Анна резко повернулась. В глазах вспыхнуло что-то острое:

— Нет, ты… господи. Естественно. Ты и так слишком много сделала для меня.

"Слишком много сделала… но не остановила его… " — проскользнуло в голове Лены, и она тут же попыталась это вытеснить.

— Я… Ань, я просто боюсь, что ты сорвёшься. У тебя есть кто-то… кому ты доверяешь? Кто-то, с кем ты можешь побыть?

Анна скосила взгляд в сторону. Закусила верхнюю губу.

— Нет. Уже нет.

Пауза. Такая плотная, что в ней можно было задохнуться.

— Я не смогу взять тебя с собой… там у нас…

Анна замотала головой, будто отгоняя призрака:

— Даже думать не смей. Я справлюсь. — Сказано было жёстко. Не для Лены — для самой себя.

Лена криво усмехнулась. Глупая мысль — забрать её на ферму, в дом, где живёт Марсель. Это был бы способ добить её психику окончательно.

— И вообще, Лен, ты прости меня. У тебя ведь своё горе. А я даже… не могу что-то тебе сказать.

— Я… — Лена вздохнула. — Ань, веришь или нет, но ты спасла меня. Я не развалилась только потому, что тебе нужна была моя помощь. Никаких слов не надо. Скажешь потом. Сейчас мне просто… нужно было что-то делать. А ты дала мне эту возможность. Иначе я бы с ума сошла — пока они там…

Она замолкла, глотнула слёзы. Усталая. Истощённая.

— И сошла бы, уж поверь. А мне ещё Люку как-то… сказать. Господи, я даже представить не могу, как.

Анна кивнула. Слова приняты. Сохранены.

— Сколько ему?

— Двенадцать, — прошептала Лена, теперь уже закусывая губу сама.

— Моя мать погибла, когда мне было столько же. Упала с лошади.

Лена замерла.

— Ох… пр…

— Да брось, — фыркнула Анна. — Давно уже всё проработано.

— Как ты узнала?

Анна приподняла бровь. Смотрела в сторону. Лена поняла — сейчас прозвучит то, что не хочется слышать.

— Я это видела. Она занималась конным спортом. Скачки. Хобби. Плохо закрепили седло, и… мы с отцом были на трибуне. Видели всё.

— Господи… твою ж мать…

— Он умер через полгода. Сильно переживал. Много пил.

— Ань…

— Я тебе говорю, это было давно. Просто ты спросила… — теперь взгляд стал жёстким, твёрдым. — Люк справится. С такой сестрой — точно. Не сомневайся.

Она даже сжала Лену за запястье.

— За меня не беспокойся. Домой не поеду. Не могу. В отель этот тоже ни ногой…

— А куда? Снова не напьёшься?

Анна пожала плечами, но сказала:

— Нет.

— Так. Не смей, слышишь? — строго, почти командно сказала Лена.

Телефон Анны завибрировал. Она нахмурилась, посмотрела на экран.

— Кто?

— Неизвестный, — пробормотала Анна. — Не хочу…

— Дай я, — Лена потянулась. Анна без слов передала. Плечи — усталые, отпущенные.

— Алло?

— Анна Игоревна? — прозвучал скрипучий мужской голос.

— Нет, Анна пока не может говорить. Что ей передать?

— Понимаю. Передайте ей мои соболезнования. Это нотариус. Олег Алексеевич оставил завещание… потому я беспокою… Мы отправили ей пакет документов. Их нужно подписать в течение трёх недель, чтобы вступить в права наследования по воле Олега Алексеевича…

Лена почувствовала, как сердце замерло. Голос — сухой, деловой. Официальная смерть. Так быстро…

— Хорошо, я передам.

— Всё завещанное имущество и недвижимость перечислены в документах. Если будут вопросы — она может звонить по этому номеру. Без добавочных. Мои соболезнования.

Вызов завершился.

Анна смотрела на Лену. И по выражению лица уже знала — это было что-то важное.

— Ну?

— Нотариус. — Лена убрала телефон, — Сохрани номер. Олег оставил тебе завещание.

Пауза. Долгая.

— Чего?

— Ань… я не знаю, говорил про имущество и всё прочее. Не уточнял. Сказал, что нужно всё подписать в течение трёх недель. Не забудешь?

Та не ответила. Только смотрела — далеко, за горизонт.

— Кажется, я знаю, куда поеду, — тихо сказала она.

Глава 24

Уже пятый день Марсель не вылезал из теплицы.

Грибной субстрат, подошедший к сроку, не интересовался трагедиями. Урожай не подождёт. Контракт есть контракт. Приходилось работать.

В прошлый раз они сажали втроём. Сейчас — один.

График придётся сдвигать. Да и чёрт с ним — на этот раз можно списать на бурю.

Он проводил тут всё своё время. Нарушил больничный. Плевал на постельный режим, назначенный врачом. Даже ночевал дома лишь раз. В кабинете отца. Все остальные ночи — здесь, в куполе. В рубке управления, где в стене пряталась убирающаяся койка.

Так было проще.

Люк приходил — хотел помочь. Но Марсель отправил его обратно. Слишком тяжело парню было. Первая смерть. Настоящая. Он заперся в своей комнате. Не выходил. Даже не ел. Лена оставляла еду на табурете у двери.

Марсель помнил, как заносил его спящего на второй этаж. Лена дала ему успокоительное — сильное. Люк