Комендантский час - Джейн Коуи Страница 45

что делать. Приняв накануне первую таблетку, она ожидала быстрой и драматичной развязки. Она думала, что пара часов – и все будет кончено. Но она не ощущала ничего, кроме подкрадывающегося чувства беспокойства и легкого дискомфорта в животе, который мог оказаться воображаемым.

Фармацевт советовала подождать сорок восемь часов, прежде чем принимать вторую таблетку, и выпить ее лишь в том случае, если первая не подействует. В ночь с субботы на воскресенье Элен почти все время просидела в кресле и, прикрутив звук, смотрела всякую чепуху по телевизору. Том не встал и не спросил, все ли в порядке. А проснувшись в воскресенье утром, никак не показал, что заметил, что она провела большую часть ночи без сна. Он оделся и, как обычно, ушел на футбольную тренировку.

Изводя себя вопросом, стоит ли принять вторую таблетку сейчас или выждать оставшиеся три часа, Элен что-то почувствовала, а когда пошла в туалет, увидела кровь. Она испытала и шок, и облегчение. Элен привела себя в порядок, нашла сумку, достала планшет и отправила сообщение Мэйбл. У нее возникло резкое желание не делать этого дома. Ей хотелось, чтобы все произошло в другом месте.

    Чувствую себя неважно. Приеду к тебе.

    Надеюсь, не помешаю.

Она поехала к Мэйбл, не дождавшись ответа. Элен словно плыла через толщу воды. Каждое движение, каждое принятое решение требовало гораздо больших усилий, чем обычно, но каким-то чудом она добралась до цели. Она вошла, радуясь, что Мэйбл доверяла ей настолько, что выдала ключ. Дом был пуст.

Мэйбл жила в маленьком красивом таунхаусе, доставшемся ей в наследство от бабушки. Она сохранила почти всю мебель и вещи. У стены стоял розовый бархатный диван, покрытый вязаным одеялом, а на полу был расстелен совершенно не подходящий к интерьеру ковер с цветком. Кухня пестрела всеми оттенками зеленого. Все здесь было знакомо, все успокаивало. Элен поставила греться чайник и почувствовала новый приступ боли.

На этот раз все шло по-другому, более напряженно, как будто прежние ощущения были подготовкой, репетицией. Чайник с шипением выпустил пар и выключился. Элен этого почти не заметила. Все внимание было приковано к судорогам в утробе. Боли немного прекратились, но тут же вернулись, еще более яростные, чем прежде, и отдались в поясницу и в ноги. Закружилась голова, и она ухватилась за край столешницы, стараясь сосредоточиться на дыхании. Элен отчаянно жалела, что приняла обезболивающее в пятницу. Тогда она считала, что следует опередить боль. Теперь она поняла, что сглупила. Нужно было ждать момента, когда обезболивание реально потребуется.

Следующий час она пролежала на диване с включенным телевизором. Чашка с чаем так и стояла нетронутая на полу. Боль бушевала, до предела сжимая органы и отпуская, но лишь для того, чтобы запустить процесс заново. Элен ворочалась, пытаясь найти удобную позу, но боль накрывала в любом положении. Ничего не помогало.

Она с трудом поднялась наверх и наполнила ванну, очень глубокую и очень горячую. Она надеялась, что вода принесет облегчение, хоть ненадолго. Каждый новый виток боли казался маленькой войной, происходившей внутри.

Когда вода начала остывать, боль достигла своего пика. Она стала непрерывной. Элен слышала, что рычит, низко и страшно, как животное. Остановиться было невозможно. Она вцепилась в края ванны. Внутренности раз за разом сжимал жестокий спазм. Потом боль стихла. Все было кончено.

Элен полежала еще некоторое время, одинокая и ошарашенная. Потом осторожно пошевелилась, вылезла из ванны и слила воду. Она вытерлась и завернулась в один из халатов Мэйбл, выцветший, лиловый, с вышитыми на кармане конфетками Starburst, и вымыла ванну.

Она заползла в кровать Мэйбл и лежала там, зарывшись в одеяло и уткнувшись в мягкую подушку, которая утешительно пахла подругой. Ноги казались невероятно тяжелыми. Каждая мышца тела болела. Она подтянула колени к груди и лежала, не шевелясь, тупо глядя на часы на прикроватном столике и наблюдая, как медленно текут минуты.

Когда Мэйбл пришла домой, Элен все еще находилась в этом положении.

– Элен? – с порога позвала Мэйбл и поспешила в комнату. – Извини, я была в гостях у родителей. Ты в порядке?

– Все, – прошептала Элен, выдавливая слабую улыбку. – Таблетки сработали. Все кончено.

– Как ты?

– Не знаю, – честно призналась Элен. – Устала.

– Оставайся на ночь, – предложила Мэйбл. – Приготовлю что-нибудь поесть. Наденем пижамы, сядем в постели и будем смотреть дрянные фильмы.

– Звучит идеально, – сказала Элен и еще раз заставила себя улыбнуться. – Спасибо, Мэйбл. За все.

– Я твоя лучшая подруга. Это моя работа. – Мэйбл наклонилась и убрала волосы с лица Элен. Ее пальцы были мягкими и бесконечно нежными. А что, если жизнь все-таки наладится? Худшее осталось позади, она это пережила. – Было ужасно?

– Да, – призналась Элен, закрыла лицо руками и заплакала, зарывшись в объятия Мэйбл. Позже та принесла ей тост, куриный суп и планшет, и Элен отправила Тому сообщение.

    Я у Мэйбл.

Когда вернешься?

    Не знаю. Поздно.

    Наверное, останусь здесь на ночь.

Он ответил не сразу. Она сидела в постели, согнув колени, обеими руками держала планшет и то и дело включала экран. Прежде она ничего не чувствовала, а теперь каждый мускул ее тела болел от напряжения. Она набрала три новых сообщения и удалила их. Ей не хотелось, чтобы он заподозрил, что что-то не так. Но обычно Том отвечал быстро. Чтобы отвлечь Элен, Мэйбл стала красить ногти на ее ногах новым, недавно купленным лаком.

Наконец, планшет загудел, и на экране появилось его сообщение.

Повеселись.

И все.

Люблю тебя.

В ответ Элен отправила ему сердечко.

Еще одно душераздирающее ожидание. К счастью, на этот раз ответ пришел быстрее. Написал, что тоже любит. В мире все сразу наладилось, и Элен снова смогла дышать.

– Ты ему расскажешь? – спросила Мэйбл.

– Нет. – Элен натянула одеяло повыше. Ей хотелось спать и совсем не хотелось говорить о Томе.

Но Мэйбл не отступала.

– Я понимаю, почему ты не хочешь ему говорить, Элен. На твоем месте я, скорее всего, поступила бы так же. Но…

– Но что?

– Меня беспокоит, что ты находишься в отношениях с человеком, с которым не можешь говорить о таких вещах, с человеком, от которого тебе приходится что-то скрывать. Отношения должны быть другими.

Элен села.

– Тебе-то откуда знать? Ты что – эксперт? Да ты за год ни на одно свидание не сходила. – Уже произнося это, она осознала, что боится не того, что Мэйбл неправа, а того,