Хранитель подземелья - Сергей Восточный Страница 9

— Хороший квест, — сказала она, глядя на вход в пещеру. — Столько беготни, столько крови, а награда — хрен знает что.

— Награда будет отличной, — ответил я. — Я чую.

— Хорошо бы. — усмехнулась девушка.

Этот квест мы вели уже вторую неделю.

Началось всё с обрывка карты, найденного в кармане убитого разбойника. Старый пергамент, испещрённый старыми письменами, указывал на то, что по всему королевству Бролгайн — а именно в нём мы сейчас качались — разбросаны семь ключей. Семь кусочков головоломки, которые в сумме давали координаты сокровищницы одного старого графского рода.

Каждый ключ был спрятан в разных концах королевства. Один — в затопленных шахтах, где под метровой тощей кипящей воды выплёскивалась на поверхность расплавленная магма, испепеляющая всё, к чему прикасалась. Второй — в Лабиринте Лжи, где стены двигались, а проходы вели в тупики, из которых не возвращались. Третий — в Храме Павшего Солнца, под охраной големов, которые несли там свою вечную стражу.

Общую картинку мы собирали буквально по кусочкам. Бегали по всей локации, отбивались от групп, которые тоже охотились за ключами, теряли опыт, воскрешались, снова бежали. И вот, наконец, собрали все семь. Клочки пергамента, найденные вместе с ключами, сложились в карту, указав точку на склоне этого ущелья, у входа в пещеру, где, по легенде, покоилось наследие убитого графа.

— Говорят, там не просто золото, — мечтательно протянул Кот, покачиваясь на пятках. — Говорят, там лежит артефакт, который даёт доступ к скрытому классу.

— Скрытый класс, ага, — фыркнул Шмель. — За скрытые классы топ-кланы сражаются. А тут так, хорошо если рарочку дадут.

— Рарочка тоже неплохо… — отозвался я, крутанув в руке молот. — Ладно, — я оттолкнулся от камня, поднимаясь на ноги. — Пет откатился?

— Откатился, — кивнул Кот.

— Тогда призывай и идём.

Дождавшись, пока Кот призовёт и забаффает своего питомца, мы двинулись к пещере. Я впереди, с молотом на плече. Следом Вихра — стрела на тетиве, взгляд насторожённый. Далее, боевой питомец Кота, а затем, на значительном расстоянии, его хозяин. Последним шёл, всё ещё обиженный на потерю опыта, Шмель. В очередной раз умерев, он стал гиперосторожным и держался позади. Но надолго его не хватит. Час-другой — и он забудет о своих клятвах не лезть на рожон, и вновь высунется под удар.

Пещера встретила нас холодом и запахом древней пыли — сухой, едкой, щипающей нос. Выложенные каменной плиткой стены и пол были покрыты мхом. Где-то в глубине капала вода, и этот звук разносился по залу, многократно усиленный эхом. Каменные наросты на потолке пещеры под тусклым светом факелов переливались от бирюзового до тёмно-зелёного цвета, завораживая взгляд.

— Красивое место, — прошептала Вихра.

— Зловещее, — поправил Шмель.

Мы углубились внутрь, переступая через камни, обходя провалы. Впереди мерцал свет — тусклый, зеленоватый, как гнилушка на болоте.

— Туда, — сказал я, указывая на него.

Мы шли, и стены расступались, открывая длинную, комнату. Её стены и потолок от пола до самого верха были покрыты паутиной. На противоположном конце ворота из чёрного обсидиана. Одна створка была приоткрыта, из неё вырывался тусклый могильный свет, тот самый что привлёк наше внимание.

Мы замерли. Все смотрели на противоположный конец зала.

— Нам похоже туда, — выдохнул Кот, пройдя немного вперёд.

— Не торопись, — сказал я, поднимая руку. — В таких местах всегда есть ловушки.

Я сделал шаг. Ещё один. Ещё. Тут пол под ногой дрогнул. Где-то в стенах что-то щёлкнуло, и из темноты, из каждой трещины, из-под каждого камня полезли пауки. Маленькие, быстрые, с горящими красными глазами и хитиновыми панцирями, которые мерзко скрежетали при каждом движении. Их было много. Сотни. Тысячи.

— К бою! — крикнул я, поднимая молот.

И мы вступили в последнюю битву за сокровище.

Пауки лезли отовсюду.

Они окружали нас. Разделяли друг от друга. Зажимали к стене, лишая возможности для манёвра.

— За мной! — крикнул я, прорываясь к центру зала, где пространство было чуть шире. — бейте массухами! Не жалейте заклятий! Ману не жалейте! Не дайте себя окружить!

Шмель не заставил себя ждать. Его посох взметнулся, и первый огненный шар ударил в самую гущу твари. Пауков разметало в стороны, их хитиновые тельца вспыхнули, как сухая трава. Маг ухмыльнулся, и следующие заклинания полетели одно за другим. «Огненный дождь», «Круг пламени», «Волна жара» — массовые заклинания ложились идеально, выкашивая ряды за рядами. Пауки сыпались десятками, не успевая даже добраться до нас. Но это стоило дорого. Уже через полминуты боя уровень маны Шмеля был меньше двадцать процентов.

Я тоже не стоял на месте. Молот «Горного Короля» гудел в руках, и каждый мой удар сокрушал сразу несколько врагов. Пару раз прокнула молния — синий разряд скакал между пауками, убивая первых и снося больше половины хилого здоровья последним. Это было красиво: вспышки, треск, хитин, разлетающийся осколками.

Вихра сначала пыталась бить точечно. Стрела уходила в цель, пробивала паука насквозь, но на его месте появлялись двое. Бесполезно. Потратив с десяток боеприпасов, она выругалась в эфире и сменила тактику.

— Уходите с линии! — крикнула она.

Мы с Шмелем отступили в стороны, и над нашими головами пронёсся «Град стрел». Десятки маленьких смертоносных игл обрушились на полчища пауков, выкашивая их плотными рядами. Следом прилетела «Взрывная стрела» — яркая вспышка, грохот, и в центре зала образовалась воронка, усеянная обгоревшими лапками и хитиновыми осколками.

На этом её успех кончился. Применение подобных навыков требовало особых стрел, стоящих довольно дорого. Поэтому когда первый, самый отчаянный, напор врага спал, Вихра опустила лук, отступив за наши спины.

Кот со своим питомцем тоже не скучал. Маленький белый зверь носился между пауками, как угорелый, разрывая их когтями и зубами. Он явно наслаждался процессом — мяукал, подпрыгивал, кусал, и каждый его выпад уносил очередную тварь. Кот стоял чуть поодаль, периодически восстанавливая своему питомцу здоровье и ману.

— Твой кот — монстр! — крикнула Вихра, наблюдая, как питомец в одиночку разбирает группу из десятка пауков.

Да уж. Судя по счастливой морде питомца, подобный бой для него был скорее игрой, развлечением.

Через несколько минут натиск пауков начал стихать, а через пятнадцать всё вовсе кончилось.

Я огляделся. Пол зала устилал слой хитиновых останков. Воняло гарью и какой-то сладковатой падалью — смесь, от которой подкатывала тошнота. Я опёрся на молот, переводя дыхание. Шмель прислонился к стене, вытирая пот со лба. Вихра перезаряжала колчан, пересчитывая уцелевшие стрелы. Кот чесал за ухом своего