Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 13 - Сергей Алексеевич Евтушенко Страница 86

Внешним воздействием, даже с учётом полного захвата территории, нельзя было уничтожить сердце вечного замка. Но остановить в нём любые процессы, не дать участвовать в общем деле — запросто. Если дать Наблюдателю возможность, его армия затопит всю округу, а затем и Полночь. Гвардия, вооружённая драгестолом, будет сражаться ожесточённо, но шансы отнюдь не в нашу пользу.

Точнее, так было бы при иных обстоятельствах. К примеру, если бы мы вовремя не нашли надёжных союзников.

Крылатые тени пронеслись над полем боя — одна настолько громадная, что на миг закрыла яркий лунный свет. Бродор, Гроза Обречённых, сегодня в полной мере отвечал своему прозвищу, первым обрушив ярость пламени на ближайший разрыв в пространстве. От этого не могли спасти ни профессионализм солдат, ни мастерство магов — против драконьего огня защищал лишь Покров, да и то лишь частично. Войска Наблюдателя вместе с не успевшими разбежаться гончими обратились в пепел — а спустя пару секунд та же судьба постигла следующий разрыв. Драконы действовали строго в соответствии с указаниями — дождаться прорыва вражеских сил, затем оборвать приток подкреплений.

Раз уж он пошёл ва-банк с масштабным вторжением, то не станет отсиживаться в своём логове. Давай, сволочь, покажись лично. Вымести тысячелетнюю ненависть, докажи, что ты чего-то стоишь!

Увы, вместо этого у Наблюдателя для нас тоже нашлись неприятные сюрпризы.

Рёв Бродора, в котором смешался гнев и недоумение, застал меня врасплох. Левое крыло огромного дракона плотно обхватила какая-то тёмная дрянь, заметная даже на фоне его антрацитовой чешуи. Обхватила и сжала с такой силой, что крыло схлопнулось, заставив его обладателя дёрнуться и рухнуть на землю с немалой высоты.

Падение, даже столь неудачное, не могло причинить серьёзного вреда взрослому дракону, а вот моментально скопившиеся вокруг вражеские войска вызывали некоторую тревогу. По счастью, остальные драконы не дремали, моментально зачистив пространство вокруг сородича. Бродор, рыча и изрыгая проклятия, пытался разорвать колдовские путы, но те не поддавались.

Я знал лишь одного мага, способного настолько качественно навредить взрослому дракону. И никак не ожидал нового его возвращения.

Над лесом поднялась мрачная фигура на длинных паучьих ногах, сплетённых из живых теней. Бертрам фон Харген, худший из моих предков, второй раз за последние пару лет принял участие в штурме Полуночи.

Помнится, Эргалис как-то говорила, что Полночь не сможет восстановить чёрную душу хозяина, если та сгорит в пламени древнего дракона. А вот Наблюдатель справился — хотя что-то не было похоже, что Бертрам тому сильно обрадовался. Мой предок выглядел даже ужасней, чем в нашу последнюю встречу — изуродованный до неузнаваемости труп, кое-как поддерживаемый в вертикальном положении собственной магией. Тела-то от него точно не осталось, но тело — дело наживное. И обычно оно выглядело бы малость получше.

— Душа тиран повреждена, — сказала Лаахиза с невыразимым презрением. — Без надежда, без возврат. Тело отторгает. Призрак же развеется, если не поймать вновь.

— Колдовать он от этого не разучился.

— Нет. Но пока тиран занят дракон, он уязвим. Позволь мне?

— Одна ты не справишься, Лаахиза.

— Одна? Нет. Плеяда идти со мной, с нами.

Хадриан Морвелл поспешно закивал в подтверждение её слов, его глаза горели неподдельным — и слегка нездоровым воодушевлением.

— Это потрясающая возможность, лорд Виктор! Невероятная удача! Мы и представить не могли, что лорд Бертрам вновь почтит Полночь своим визитом. На его личном почерке всё ещё завязано множество автоматических процессов лаборатории и львиная доля охранных формул!

— Мы не брать его живым, — сухо сказала Лаахиза, прерывая своего не в меру восторженного коллегу. — Мёртвым тоже. Мы снять отпечаток с аура, это помочь, сильно помочь. Заодно убедиться, что тиран больше не вернётся.

— Истинно так. — Хадриан наконец-то глубоко вздохнул и взял себя в руки.

Я мог бы вмешаться и сам, окончательно стерев этого урода с лица Полуночи. Но я раскусил стратегию Наблюдателя: пока я выманивал его армию и помощников, те в свою очередь должны были измотать меня, заставить слегка растратить новое могущество. Казалось, что источник бесконечен, но в противостоянии одному из сильнейших Знающих могла понадобится каждая кроха, и это понимали обе стороны.

Лаахиза, с другой стороны, была весьма уверена в себе. Но что главное — уверена в своих коллегах.

— Идите.

Никогда не думал, что буду вживую следить за тем, как драконы и некроманты сражаются плечом к плечу. Лаахиза и Хадриан совместными усилиями освободили крыло Бродора, и тот вновь взмыл в небеса, готовый сполна отплатить за временную беспомощность. Бертрам в свою очередь не просто мог колдовать, он был силён как никогда, даже разваливаясь на куски. Легионы искажённых теней восстали за его спиной и ринулись вперёд, скручивая и кромсая всё, до чего могли дотянуться! Их встретило драконье пламя, самое могущественное оружие во всей вселенной, несущее погибель древнему злу.

Стоило Бертраму промедлить — и уже его собственные конечности оказались в плену у костяных оков, не давая творить теневую магию направо и налево. Некроманты Плеяды во главе с Хадрианом и Лаахизой заметно уступали в могуществе гению запретного искусства, но их было много, они были замотивированы, и на их стороне оставались драконы. Бертрама попытались прикрыть другие вражеские маги, но их тут же испепелили Ава и Ян, кружащие над своим заклятым врагом, как пара охотничьих соколов.

Соотношение сил склонялось не в пользу моего предка. Но тут Наблюдатель задействовал свой второй сюрприз — и из разверстых небес на некромантов рухнула другая крылатая фигура. Теперь уже Бертрам воспользовался замешательством врагов и освободился, отбежав в сторону на непомерных паучьих ногах.

Лаахиза, Хадриан и находившаяся рядом Армитемис переключились на новую проблему — что в одиночку угрожала перебить половину Плеяды. Исполинская фигура, закованная в начищенные до блеска латы, орудовала чудовищным двуручным мечом и нагло игнорировала все направленные заклятия, бьющие практически в упор. Я сразу узнал эти доспехи. Знал, кто скрывается под закрытым шлемом, и что лицо его вряд ли сильно уступает нынешней внешности Бертрама.

Сэр Ланселот Авалонский, собственной персоной.

Некогда сильнейший, благороднейший из рыцарей Камелота, первый защитник императора Артура. Помешанный на своём авторитете, ослеплённый гордыней и в итоге проигравший судьбоносный поединок хозяину Полуночи. Мне, то есть. Наблюдатель буквально вытащил его из