Регрессор: Я сокрушу ваше будущее. Книга 2 - Александр Кронос Страница 63

Джесур уже забыл, когда последний раз нормально спал. Личного состава не хватало настолько, что последние несколько дней никто считай и не покидал работу. Ложились прикорнуть на диване, а потом снова в бой.

Теперь же ещё и проблема с братом. Двоюродным, но всё равно родственником. Пропал со связи и двое суток, как никому не отвечает. Родители у него в Измире, сестра сейчас в Анталье — менеджером отеля работает. Звонить самому полицейскому они постеснялись и попросили разведать ситуацию у отца. Только куда он со своей сломанной ногой?

Именно поэтому сейчас он стоял перед дверью квартиры, которую снимал Хакан. На стук никто не отозвался, так что Джесур нашёл запасной ключ на выступе наверху и вставил в замок. Провернув его, осторожно приоткрыл дверь. И тут же отпрянул назад, опустив руку на пистолет.

Что за странный запах? Откуда?

Вонь стояла такая, будто здесь… Айдын даже сравнения подходящего подобрать не смог. Таких «ароматов» ему вдыхать ещё не приходилось.

Чуть подумав, недавно повышенный до комиссара мужчина, решил помедлить с вызовом подкрепления. Достав пистолет, снял его с предохранителя и держа его стволом вниз, шагнул за порог.

Спустя несколько метров, оказался около дверного проёма, за которым открывался вид на гостиную. Было расслабленно выдохнул, увидев брата, который набивал что-то на клавиатуре. Но тут же сразу напрягся — на его появление родственник никак не отреагировал, а шторы на окнах были плотно закрыты.

— Хакан? Ты меня слышишь? Что там у тебя такого интересного, что отвлечься не можешь, брат?

Джесур попытался добавить в голос мягких интонаций. Работать с людьми в состоянии срыва их тоже обучали. С ними нельзя рубить сплеча. Могут внезапно сорваться и устроить такое, что мало потом никому не покажется.

— Эй? Брат?

Видя, что Хакан не реагирует, полицейский сделал аккуратный шаг внутрь. Теперь голова родственника на самом деле повернулась.

— Империя Османов требует возрождения. Мы снова должны стать великими…

На то, чтобы переварить услышанное, у Джесура ушло не меньше пяти секунд. Потом ещё столько же, чтобы прийти к очевидному выводу — у Хакана имеет место быть психическое расстройство. А судя по голосу, он уже очень давно не спал. Скорее всего и не ел толком.

Уверенно шагнув к шторам, отдёрнул одну из них, позволяя проникнуть внутрь вечернему свету. За спиной тут же раздалось странное шипение и полицейский обернулся.

Брат отворачивал лицо от солнца, прикрывая глаза рукой. А из его затылка… Да не может этого быть! Что за чёрная шевелящаяся нить, которая ещё и блестит от влаги? Что это?

Пистолет всё ещё был в руке — Джесур вскинул его на голых рефлексах. И правильно сделал — в момент, когда затылок Хакана взорвался фонтаном кроваво-костяного крошева, полицейскому лишь оставалось нажать на спуск.

Остановился он только после пятой пули. Постоял, смотря на мерзкое создание с крыльями, которое лежало на полу, прошитое свинцом. Глянул на тело Хакана, который однозначно был мёртв.

Следом в голове ожило воспоминание об атаке на Берлинский аэропорт и комиссар потянулся к рации. Крутнув колёсико громкости, которое поставил на минимум, когда поднимался сюда, нажал кнопку. И озвучил код, который полиция Стамбула ещё ни разу не использовала. «Апокалипсис».

* * *

Громадная птица с крыльями размаха на восемь метров и сверкающими перьями, которые ничем не уступали броне драконов Чёрного мира. В чём-то, пожалуй даже превосходили её.

— Врассыпную! Под оптическую иллюзию и воздушные щиты. Не вздумайте высовываться.

Прокричав команду, я сам сформировал иллюзию и развернул воздушный щит. Удобнее перехватил копьё. Как минимум, она была «эпсилоном». Возможно и «дзетой» — шестым рангом.

— Если вдруг что, уводи остальных в лес. Не сражайся. И не вздумайте помогать.

Первые две фразы были адресованы Франсуа, последняя — Дмитрию с Ольгой. Хотя больше последней — активность матери моего «премьера» впечатляла и здорово удивляла.

Оказавшись в Золотом мире, женщина проявляла недюжинную инициативу, охотясь и истребляя всё, что попадалось на пути. В процессе рассуждая о том, что неплохо бы в каждом из двенадцати миров по ферме организовать. Или целые угодья, которые распахивать и регулярно собирать урожай. Не знай я, что относительно скоро человечеству грозит полное истребление, это бы даже показалось интересным.

Защитники кинулись в разные стороны, укрываясь под деревьями. Я же уставился на стремительно приближающуюся птицу Рух. Она чувствовала менос и в теории могла броситься на кого угодно из нас. Но я был уверен — птица ринется прямо на меня. Атакует самый мощный источник энергии, чтобы зачерпнуть максимум.

Секунда. Ещё две. Громадная тварь совсем рядом. Вот-вот ударит своей способностью — воздушным прессом, что обрушивается сверху вниз и либо убивает, либо парализует жертву, не позволяя двинуться с места. Сам я, скорее всего из-под такого выберусь. Однако не настолько быстро, чтобы выжить.

Импульс включился ровно в тот момент, когда она начала чуть задирать гигантский клюв. Верный признак того, что сейчас обрушится её способность. Миг и движения вокруг замедлились, а в ушах тяжело заухала кровь.

Рывок по прямой — обувь снова разлетелась клочьями, оставаясь позади. Теперь подпрыгнуть и развернуться прямо в полёте.

Такой манёвренности, птица не ожидала. Сама она тоже ускорилась, но недостаточно — я всё равно был быстрее. Мышцы разрывало болью из-за нагрузки, но следующим прыжком я взмыл над ней.

Сверкающие перья. Один из лучших вариантов брони Золотого мира. Защита, которую не могут пробить его природные враги. Моё копьё тоже было бы бесполезно. На первый взгляд крылатый монстр, был идеальной машиной для убийства. Выверенной и продуманной, будто эволюция специально создала его для этой задачи.

Тем не менее, слабые места есть у всех. Даже у таких неубиваемых противников, как птица Рух.

Я позволил телу просесть вниз, уходя из поля зрения птицы. Та как раз начала разворачиваться, чтобы атаковать меня вновь — этот манёвр немного сбил её с толку.

Следом оттолкнулся от прессованного воздуха и рванулся вверх. А из правой руки, под максимальным давлением, вырвалась нить прессованной кислотной крови. В следующий миг она уже врезалась в то единственное место, которое было уязвимо у птицы Рух, кроме её глаз.

Вопль, который издал крылатый противник, наверняка был слышен над всеми руинами. Птица взмыла вверх, крутясь вокруг своей оси и совершая безумный кульбит, чтобы