Дотянуться до легенды - lanpirot Страница 49

[1]На самом деле фразы «Ну и рожа у тебя, Шарапов!» в фильме Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя» не существует — Жеглов говорит: «Ну и рожа у тебя, Володя!» и «Ну и видок у тебя, Шарапов».

Глава 17

— Слушай меня, братишка, — произнёс гауптманн быстро, тихо и очень серьёзно, присев рядом со мной на корточки. — Ты жить хочешь?

Вот оно! Сейчас главное не спугнуть и не наделать ошибок – опыта агентской работы у меня не было, да и актёр из меня, наверное, так себе. Никогда себя в подобном амплуа не пробовал. Не доводилось как-то.

— Х-хочу... А кто ж… не хочет?

Я даже слегка зашевелился, показывая, что эта новость придала мне кое-каких сил.

— Ты же понимаешь, что если ничего сейчас не предпринять – то тебя… А, скорее всего, и меня тоже... — он сделал паузу, словно нагнетая и без того напряженную обстановку, — ...пристрелят. Понимаешь?

— П-понимаю... — кивнул я, подтягивая себя повыше.

Вебер с одобрением качнул головой, понимая, что силы у меня еще остались.

— Значит, нам надо отсюда сваливать! — наконец выпалил он. — Понимаешь? Уходить. И как можно быстрее... Пока нас здесь не кончили комиссары.

То, чего ждали Егор Фомич и Фёдор Игнатьевич, произошло - Вебер сам заговорил о побеге. Теперь нужно узнать конечную точку – куда он так стремился попасть.

— А к-куда мы побежим? — простонал я, старательно изображая человека, который уже ни во что не верит. — Да нас на любом посту без документов…

— Будешь меня слушать и помогать – выживешь! Есть у меня в Рославле несколько хороших знакомых, которые нам помогут. Такие же, как мы с тобой — которые понимают, что красные комиссары - зло. Они нам помогут - сделают документы. Настоящие. И спрячут до поры, если нужно будет залечь на дно.

Я внимательно слушал, стараясь не упустить ни слова. Если у Вебера есть «люди», которые «делают документы», значит, речь идёт о серьёзной сети. Однако, пока он не сказал ничего конкретного, кроме того, что этим «людям» ненавистен советский режим.

— И что я должен сделать? — хрипло спросил я.

— Помоги мне выбраться отсюда, — произнёс Вебер. — Хотя бы попробуй – тебе терять нечего! А когда мы доберёмся до своих — я устрою твою жизнь. В город мы сумеем проскользнуть незамеченными - везде сейчас такая неразбериха... А в мутной воде, братишка, легче всего ускользнуть. Главное из-под охраны выскользнуть.

— А если поймают? — хрипло спросил я, отводя взгляд, изображая смятение. — Расстреляют же…

— А тебе не один ли чёрт – за что тебя хлопнут? Но если получится - я устрою твою жизнь. Клянусь! Решайся, парень...

Он отстранился, давая мне время «на подумать». В голове лихорадочно крутились мысли. Перво-наперво - Вебер поверил, что я на его стороне. А вот конкретики пока никакой. Только то, что в Рославле есть некие «люди», способные «помочь» этому гаду. И всё. На все мои последующие расспросы, Вебер технично уклонялся, обещая, что решит все проблемы, едва оказавшись на воле.

Я медленно, с видимым усилием, кивнул. В моих глазах, по моей задумке, должны были читаться и страх, и отчаянная, цепкая надежда на спасение.

— Х-хорошо... — прохрипел я, цепляясь рукой за его гимнастёрку. — Я помогу. Только... только не обмани...

Вебер с облегчением выдохнул – он мне поверил. Только вот что дальше? Никаких конкретных сведений он мне не выдал.

— Держись, парень, — произнёс Вебер, помогая мне перебраться с земляного пола на нары. — Приходи в себя побыстрее, и мы отсюда свалим…

Он не успел договорить, как дверь открылась и на пороге появился уже очень хорошо знакомый мне младший политрук:

— Еремеев, на выход!

— Надеюсь, что меня сразу к стенке не поставят, - шепнул мне на ухо псевдо-Еремеев, - и я еще вернусь. После этого он вышел из землянки под конвоем особистов.

Минут через пять после того, как увели Вебера, дверь землянки снова скрипнула, и на пороге появился полковой комиссар Егор Фомич. Комиссар бегло оглядел тесное и темное помещение, а затем уселся на нары рядом со мной.

— Ну что, «Мастер огня», докладывай. Удалось что-нибудь вытянуть из этого гада? Понимаю, времени прошло всего ничего, но мы должны были сразу после тебя дёрнуть его на допрос, чтобы не порождать сомнений.

Я тоже уселся на нары – до возвращения Вебера играть роль полумертвого бедолаги больше не имело смысла.

— Поверил он мне, Егор Фомич, — произнёс я, стараясь говорить чётко, несмотря на распухшую губу, — полностью поверил. Сам предложил побег. Сказал, что в Рославле у него есть «люди»,