Арт 2 - Константин Георгиевич Калбанов Страница 47

чём секрет скорострельности. Знал я в моем мире одного бойца, ходившего с вертикалкой Он умудрялся выдавать по двадцать выстрелов в минуту, при подаче гильз инжектором с последующем выниманием рукой. При их выбросе из патронника, отстреливал и все тридцать. Но у волхва явно получалось быстрее. Минимум сорок прицельных выстрелов.

— Хм. А что если всё дело в пространственном кармане, — выдал я вслух посетившую меня мысль.

Извлёк из «Котомки» ружьё того самого волхва и сдвинув рычаг переломил стволы. Следом достал два патрона, удерживая пальцы так, словно готов вогнать их в патронники. Получилось. Они возникли практически напротив стволов. Чуть практики, и буду попадать не глядя, останется только втолкнуть их и поднять приклад.

Теперь опять отжать рычаг. Переломить стволы. И что дальше? Хм. Указательный и средний палец коснулись донца гильз и через мгновение патроны переместились в пространственный карман. Сменить положение пальцев, и в них материализовалась другая пара патронов, которые осталось воткнуть в стволы. Вот и весь секрет. Просто как мычание. Но до чего же эффективно!

Это конечно не автоматический карабин, или девятистволка с их возможностью стрельбы очередями. И даже не наличие в «Котомке» нескольких заряженных и готовых к стрельбе ружей. Но мне это оружие и метод его применения однозначно нравится.

А ещё стволы у ружья длиннее чем у девятистволки на десять дюймов, в смысле двадцать пять сантиметров. А значит и скорость пули возрастёт. К тому же поганая сталь куда прочнее и, полагаю, способна выдержать увеличенную навеску пороха.

Отдача конечно тоже возрастёт, но я уже прибавил как в силе, так и в массе. К тому же, руны вполне работают, а потому, то что не уронит меня на задницу, сделает только сильнее. А уж падать я не собираюсь. Опять же, сейчас ведь я не падаю от дуплета, так что не думаю, что увеличившаяся навеска пороха сильно что-то изменит. К тому же о двойном заряде речь не идёт.

Ладно, это дела будущего, а мне следует подумать о том, что случится в ближайшее время. Для начала мне не хотелось бы размахивать своими возможностями как транспарантом. А значит придётся кое-что предпринять. В частности, я расстелил окровавленную попону убитой лошади и вывалил на неё все трофеи за исключением денег и амулетов. Последние светить не собираюсь ни при каких раскладах. В конце концов, нападающие ведь были волхвами.

Все лишние рунные перстни долой, надел только второго ранга. Затем извлёк из «Котомки» свой оружейный пояс с двумя шлеями. Пара пистолетов, патронные сумки, подсумки под гранаты, нож, та самая дуэльная сабля второго ранга. Ну и пока суд да дело, занялся перезарядкой своих девятистволок, одну из которых оставил в руках. Правда эту, в отличии от остальных зарядил дымарём, благо в нём сейчас недостатка нет…

Не прошло и часа как появилась помощь. Да ещё какая! Не меньше сотни дружинников во главе с сотником. И ещё какой-то довольно крепкий старик. Во всяком случае, в седле он держался вполне бодро и в подпорках не нуждался.

Одет просто, в ношеный, но всё ещё приличный сюртук, штаны с кожаной вставкой на заднице. Оружия не видно, но это вообще не показатель, «Котомка» рулит, а с рангами у него однозначно всё в порядке. Возможно княжеский волхв-лекарь, который по определению обладает минимум восьмым рангом. Спешившись он тут же поспешил к побитым дружинникам, только в его помощи уже нет никакой нужды.

— Сотник дружины князя Глинского, Развозов, Илья Константинович, — представился мне их командир.

За сорок, крепок, широк в плечах, атлетически сложён, как и положено состоящему на службе в княжеской дружине. Мужчина в самом расцвете сил, на пальце перстень с восьмым рангом. А такие вещи не могут не внушать уважение, ибо одной лишь медитацией подобных результатов в таком возрасте не получить. Так что, эти крепкие руки отправили к праотцам ни одного одарённого. В смысле, не один десяток одарённых. Так оно будет точнее.

— Дворянин тульской губернии Агапов Роман Тимофеевич. Художник, прибыл по приглашению его светлости.

— И можете это подтвердить?

— В кармане Ломакина должно быть письмо от его светлости с распоряжениями по моему поводу.

— Коротко, что тут произошло? — продолжил допрос сотник.

— На нас напали пятеро волхвов. Четверо умерли, последний сбежал. Вон там за холмом их ждали лошади. Под беглецом был пегас, — указал я рукой нужное направление.

— Уверены?

— Я их в живую прежде не видел, но трудно, знаете ли, спутать такого коня с обычным.

— Ляшко, — окликнул Развозов.

— Понял, Илья Константинович. Полусотня! За мной! — и половина всадников устремилась за своим командиром.

— Я так понимаю, вы знаете о ком речь? — спросил я Развозова.

— Слухи о том, что шляхтич Чесляк пробавляется заказами на убийство ходят давно. Но за руку его никто не ловил. А те, кто пытался бросить ему голословные обвинения, уже никого и никогда не обвинят.

— Он их убил?

— В честном поединке, — кивнул сотник, и уточнил. — Я удовлетворил ваше любопытство, сударь?

— Вне всяких сомнений.

— В таком случае, если позволите, мне хотелось бы услышать подробности, — попросил он.

Не вижу причин отказывать ему. Поэтому рассказал всё как было. Разве только с незначительными поправками. Время, чтобы всё обдумать, у меня имелось, поэтому версия звучала довольно правдоподобно. Тем более, что львиная доля была истинной правдой.

— То есть, ты, с-сопляк, стоял и смотрел пока моих людей резали как баранов? — хмуро бросил не представившийся полусотник.

Во время рассказа он стоял рядом с Развозовым чёрной тучей. На вид чуть старше сотника, но в остальном не уступит ему, а по моим ощущениям где-то даже превзойдёт. И держится достаточно независимо, словно Илья Константинович ему и не командир вовсе. Впрочем, если личный эскорт считать ближним кругом или как там ещё их называют, то он является отдельным подразделением, и тогда всё понятно. Полусотник скорее всего стоит вровень с воеводой, командиром дружины.

— А по вашему я должен был героически сдохнуть? — смерил я взглядом не представившегося офицера.

— Ты сейчас сдохнешь, — надвинулся он на меня.

— Остынь, Вадим. Брось он гранаты раньше, и «Панцири» легко отразили бы осколки. А взрывом достать, нужно, чтобы рвануло на теле. Как оно и случилось после. Так что, парень всё верно сделал. И это-то и удивительно. Сколько вам, сударь?

— Пятнадцать. И сразу отвечу, на границе взрослеют быстро.