Лекарь из Пустоты. Книга 12 - Александр Майерс Страница 4

Я пока создам основную часть артефакта, а вы найдите хоть какое-то вещество, способное хранить не просто энергетический слепок, а полноценную энергетическую копию. А я уже потом поищу возможность обмена данными между ядром из этого вещества и остальной частью артефакта, которая будет не только визуализировать полученный результат, но и делать копию ауры, которая будет храниться в ядре.

Савелий Игнатьевич метнулся к столу, схватил лист бумаги и карандаш и начал что-то быстро рисовать, бормоча под нос. Я подсел ближе и тоже включился в работу.

Следующий час мы провели, склонившись над листами и набрасывая идеи. Я объяснял, как ведёт себя живая аура, опираясь на опыт ауральных операций. Громов переводил это на язык артефакторики, предлагал технические решения.

Это было увлекательно до дрожи.

— Значит так, граф! — подытожил Громов. — Работа предстоит долгая. Месяца три, а то и больше, если делать по уму. Материалы понадобятся редкие и недешёвые.

— Деньги не вопрос. Составьте список — обеспечу всё, что нужно, — отмахнулся я.

— Тогда по рукам! Признаться, ваше сиятельство, вы мне подкинули дело, о котором я мечтал полжизни. Давно я так не загорался! — широко улыбнулся артефактор.

— Это вам спасибо, Савелий Игнатьевич. Без вас эта идея так и осталась бы идеей, — искренне ответил я, пожимая его крепкую руку.

Я покидал мастерскую окрылённый. До готового артефакта было ещё далеко, но первый шаг сделан. Если всё получится, я не только докажу свою теорию о тайной энергии, но и дам целителям инструмент, который поможет сделать ауральную хирургию полноценной дисциплиной, а значит — спасти множество жизней. Главное сейчас — найти нужное для ядра вещество, но моя интуиция мне подсказывает, что рано или поздно я найду то, что требуется.

Российская империя, город Новосибирск

Граф Вяземский стоял у панорамного окна в арендованном офисе, где располагался его предвыборный штаб. В последнее время здесь было тихо, а ведь в начале княжеской гонки круглые сутки кипела деятельность. Но после всего случившегося боевой дух людей Вяземского сильно упал.

Вот только он сам не собирался сдаваться.

Игорь Николаевич смотрел на ночной город. Огни Новосибирска раскинулись до самого горизонта — красивое зрелище, которым в другое время он бы залюбовался. Но сейчас ему было не до красот.

Он проигрывал выборы.

Ещё месяц назад всё складывалось иначе. Граф Вяземский, бывший дипломат с безупречной репутацией, уверенно лидировал в гонке. Опыт, связи, умение договариваться и найти подход к каждому — всё было при нём. Рода тянулись к нему, как к самому очевидному кандидату. Победа казалась вопросом времени.

А потом всё пошло наперекосяк. Один кризис за другим, компромат, разоблачённые интриги…

Теперь на первое место вырвался граф Кутайсов. Солдафон без капли политического чутья, который просто честно делал своё дело — и на фоне остальных кандидатов выглядел безупречным рыцарем.

Люди любят таких. Простых, «своих». Поначалу Кутайсова побаивались и считали слишком прямолинейным. Но затем вдруг оказалось, что эти качества даже плюс.

Вяземский скрипнул зубами. Прямые атаки на генерала ничего не давали. Компромата на Кутайсова почти не было, а тот, что имелся, ломаного гроша не стоил.

Значит, нужно действовать иначе.

Вяземский отвернулся от окна и подошёл к столу. За долгую карьеру дипломата он усвоил одну важную истину: если противника нельзя сломить силой, его нужно перехитрить. Заставить оступиться. Или самому исподтишка плеснуть в него грязью.

И у графа уже созрел план. Точнее, целых два, которые прекрасно дополняли друг друга.

Первый план Игорь Николаевич уже пустил в ход через подставных лиц. Скоро по городу поползёт слух, а следом всплывут и «доказательства»: якобы генерал Кутайсов с самого начала был в сговоре с китайскими триадами. Что те самые наёмники из «Золотого треугольника», которые атаковали Новосибирск, были наняты самим генералом.

Для чего? Да чтобы потом героически их победить.

Вяземский улыбнулся. Ложь, конечно. Однако она объясняла показное геройство генерала, которое он проявил на ступенях Совета родов. Играла на страхах горожан, ещё не отошедших от нападения, и превращала героя в циничного манипулятора.

Доказательства были поддельными, но состряпаны мастерски. Лучшие специалисты, которых можно купить за деньги, постарались на славу. А даже если кто-то и заподозрит подделку — осадок всё равно останется. В политике осадок иногда важнее правды.

Однако этого было мало. Вяземский слишком хорошо понимал: слухи — оружие ненадёжное. Их можно опровергнуть, замять, перекричать.

Нет, чтобы гарантированно свалить генерала, требовалось нечто куда более весомое. Удар, от которого Кутайсов уже не отмоется.

История с «похищением» сына барона Соболева сработала безупречно. Соболев, обезумевший от страха за сына, легко поверил в то, что это якобы провернул Кутайсов.

— Почему бы не повторить хороший приём дважды? — пробормотал Игорь Николаевич себе под нос и ухмыльнулся.

Только на этот раз нужно что-то масштабнее… Такое, чтобы содрогнулся весь город.

Вяземский опустился в кресло. Идея была совершенно чудовищной, но графа это не смущало. На кону стоял княжеский титул. А ради такой добычи он был готов на всё.

Дети — удобная мишень, как он уже убедился. Значит, нужно найти подходящую дворянскую школу… И, например, подмешать в еду в столовой особый эликсир, который вызовет тяжёлое отравление, но подействует не мгновенно.

Так, чтобы оставалось время разыграть спектакль до конца.

Когда дети будут отравлены, надо разослать их родителям одно и то же послание: ваши отпрыски умрут в муках, если вы не отдадите свои голоса за генерала Кутайсова.

Родители, само собой, впадут в панику. Но кто-то может решить, что это блеф или что они сами вылечат своих детей. Такого допускать нельзя.

Значит, как минимум одному ребёнку придётся умереть. Увеличить дозу, чтобы эликсир убил его тем же вечером. Чтобы все поняли — это не шутки.

А дальше — самая красивая часть замысла. Вяземский первым забьёт тревогу и оплатит пострадавшим детишкам лечение в лучшей клинике Новосибирска.

— В клинике графа Сереброва, — вслух озвучил граф и рассмеялся.

Серебров ни за что не откажет. А главное — он непременно захочет выяснить, кто и чем отравил детей. Его служба безопасности начнёт копать.

И конечно, им аккуратно подкинут следы, ведущие к Кутайсову. Серебров, сам того не желая, станет орудием в руках Вяземского. Он найдёт «правду», в которую поверит, и после этого отвернётся от генерала вместе со своими вассалами.

Граф протянул руку и нажал кнопку на селекторе.

— Прохор, зайди, — коротко бросил он.

Через минуту в кабинет вошёл его доверенный человек.

— Звали, ваше сиятельство?

— Присаживайся,