Архитектор света. Том 1 - Евгений Николаев Страница 30

Потом неожиданно улыбнулся.

— Похоже, ты действительно пришёл не за подковой.

— Нет. Если всё получится, таких деталей понадобятся десятки. Потом сотни.

Гром тихо присвистнул.

— Тогда придётся делать оснастку, чтобы каждый раз не вымерять заново. Сделаем шаблон, по нему согнём одинаковые детали. Так будет быстрее, дешевле и красивее.

Я невольно улыбнулся, он мыслил, как инженер. Какими бы разными ни были миры, люди, которые годами занимаются своим ремеслом, рано или поздно начинают мыслить одинаково.

— Есть ещё одна просьба.

— Слушаю.

— Я не хочу, чтобы новые фонари выглядели как обычные железные столбы. Сейчас городу не до украшений, я это понимаю, но если есть возможность сделать основания немного красивее… добавить простой орнамент, листья, завитки или хотя бы аккуратную кромку, то хотелось бы именно так.

Гром усмехнулся.

— Значит, решил ещё и красоту в городе навести?

— Свет должен не только разгонять темноту. Он должен показывать людям, что наш город может быть теплым для каждого.

Кузнец молча посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на пылающий горн.

— Знаешь… обычно ко мне приходят за дверными петлями, ножами, топорами или гвоздями. Иногда просят сделать прочнее, иногда дешевле. А ты первый, кто просит сделать красивее.

Он подошёл к стойке, достал несколько старых металлических накладок и положил их передо мной.

— Вот смотри.

На пластинах ещё угадывались остатки чеканного рисунка. Где-то сохранился виноградный лист, где-то переплетающиеся линии, а на одной пластине можно было различить голову какого-то фантастического зверя, почти полностью стёртую временем.

— Я стараюсь экспериментировать и повышать свой навык, — негромко сказал Гром. — Но людям нужна деталь, функциональность. Все хотят быстрее и дешевле.

Я осторожно провёл пальцами по холодному металлу.

— Я не могу пока заплатить за работу столько монет, сколько хотел бы, но точно смогу заплатить больше, чем за простую заготовку, а при следующих партиях надеюсь всё изменится.

Кузнец впервые широко улыбнулся.

— Мне только на радость. Сделаю тебе такие основания, чтобы люди, проходя мимо фонаря, хоть на мгновение поднимали голову, а не только смотрели себе под ноги.

Мы пожали руки, договорившись об изготовлении первого образца и я покинул кузню вытирая ладонью пот со лба.

Я медленно пошел в сторону нижнего города, а пока думал и осматривался не заметил, как стало темнеть, несколько мальчишек в стороне играли с деревянным колесом, но бросили его с криками: "Домой!", "Темнеет!".

* * *

Вечерний эксперимент N 3.

Из личных записей.

Не повторять!

Я совершенно не понял, что я сейчас сделал и как, но это повторять нельзя, ни для каких целей!

Если во время следующего опыта мне придёт в голову мысль: «А вдруг получится ещё раз», — перечитать эту запись дважды и проводить только на открытом месте. В идеале — очень далеко от любых построек.

Глава 12

На пороге дома я встретил Прохора, он так же, как и я, только возвращался. У старика в руках была пара бумаг.

Я пропустил его вперед и аккуратно закрыл за собой дверь.

— Плохие новости, — сказал сразу он.

Я даже не сразу отреагировал. Плохие новости в последние дни стали чем-то вроде нового бытового фона. Почти как скрип половиц или шум из-за стенки.

— Насколько плохие? — спокойно спросил я.

Прохор показал мне жестом на свою дверь и прошли в комнату и сели всё за тот же круглый стол. Старик положил перед собой сложенный лист бумаги, не пергамент или что-то изящное. Обычная плотная бумага, исписанная неровным почерком и какими-то цифрами, перечёркнутыми и снова исправленными.

— Я выбил меньше, — сказал он. — Намного меньше, чем ты просил.

Я молча взял лист. Сначала цифры не складывались в смысл. Судя по всему о нормальном оформление документа в этом мире никто ничего не слышал.

Когда я все таки разобрался в этих записях тихо выдохнул через нос.

Я провёл пальцем по строкам. Типы кристаллов, количество, цена.

И рядом — аккуратно приписанные ограничения.

“Не более такого-то объёма”, “Только партиями”, “Только через посредника”.

— Это… — я поднял взгляд, — это не меньше. Это в три раза меньше. А цена наоборот, как будто ты выбил больше.

Прохор дёрнул плечом.

— Думаешь меня обманули? — От такого поворота событий у меня даже глаз дернулся, надо же так всё выставить! А старик тем временем продолжил. — Я же сказал тебе сразу: тяжело.

Он замолчал на секунду, потом добавил уже тише:

— Там люди не любят, когда кто-то начинает резко скупать кристаллы. Всё распределено, ведь весь добываемый объем и без твоих закупок уходил.

— Так половина кристаллов, которые я попросил, всегда мусором считались! Мы их даже во время добычи не вытягивали, скидывали в сторону. Если и выносили, то только чтобы шахту очистить для дальнейших работ!

Я отложил лист, а Прохор замялся.

— Достаточно, чтобы ты не остановился.

— И недостаточно, чтобы разогнаться.

Он кивнул. Редко когда он так честно соглашался, совладав с раздражением я снова подхватил лист и посмотрел на лист.

Еще раз обратив внимание на цену я обреченно покачал головой.

Не потому что не ожидал дороговизны, а потому что впервые отчётливо увидел, как сильно ломается вся экономика моей идеи.

До этого всё выглядело просто, линейно и даже красиво.

Я ещё раз пробежался глазами по цифрам, что-то во всем этом не давало мне покоя, даже не сами цены.

Передо мной лежал обычный лист бумаги, исписанный рукой Прохора. Ни печатей. Ни подписей. Ни имён. Ни единой отметки, по которой можно было бы понять, что эти цифры вообще существовали где-то за пределами этой комнаты.

Я медленно поднял взгляд на старика. Прохор спокойно пил чао, будто разговор уже закончился.

А ведь если задуматься… Откуда мне знать, сколько на самом деле стоят эти кристаллы?

Я ведь никогда их не покупал, никогда не видел торговых книг и не разговаривал с владельцами шахты.

Да вообще не знал местных цен практически ни на что. Я невольно вспомнил Землю.

Там любой поставщик присылал коммерческое предложение. Можно было запросить ещё три, сравнить стоимость, сроки, условия. Здесь же всё сводилось к одному человеку, который говорил: «Цена такая».

Мысль оказалась очень не приятной, ведь я же сам предложил Прохору заниматься закупками, местами даже уговаривал, убеждая, что ему это по силам.

Сам только что перевёл его с процентов на постоянное жалование, а теперь впервые поймал себя на том, что полностью завишу от информации, которую не могу проверить.

Я сконцентрировался на лице старика. Мог ли он соврать? Конечно, мог.

Любой человек может, но вопрос был в