Я и есть Мориарти - Лидия Антонова Страница 19

На этот раз я стала пользоваться потайным ходом, а вышла через парадные двери, ведущие в сад.

Мой маршрут был простым и бесцельным. Я вышла за ворота поместья и свернула в городской парк. Я шла, не спеша, вдыхая влажный воздух, иногда останавливаясь, чтобы проверить: идут за мной или нет.

Дойдя до небольшого пруда, присела на скамейку, делая вид, что любуюсь утками. Сердце колотилось где-то в горле. А если он не придёт?

— Леди Офелия, я удивлён, что вы вышли на прогулку в столь ранний час.

Его бархатный голос прозвучал прямо у меня за спиной. Хоть я и ждала его, но всё равно вздрогнула, на этот раз почти неподдельно.

Он стоял, заложив руки за спину, в своём безупречном тёмном костюме. Его светлые волосы были убраны в простую косу, а изумрудные глаза смотрели на меня с лёгким любопытством учёного, смотрящего на интересный эксперимент.

— Лорд Элион, — выдохнула я, прижимая руку к груди. — Вы стремились меня напугать?

— Вовсе нет, — он мягко улыбнулся. — Я просто заметил вас и решил проводить.

Истину я прочитала между строк: «Я решил за тобой проследить»

— Сегодня мне захотелось прогуляться и подумать, — сообщила ему и устремила задумчивый взгляд на озеро.

Отменить покушение я уже не смогу. Элион просто обязан прийти меня спасать. Шансы пятьдесят на пятьдесят меня не устраивают. Необходимо создать интригу, чтобы он хотел выяснить, не оставила ли я подсказок другому следователю.

— Понимаю, — он сделал шаг и сел на скамью рядом со мной. — И о чём же вы думали, гуляя в одиночестве?

Допрос начался, в его голосе послышалась мягкость, располагающая к откровенности. Я решила пойти ва-банк, смешать правду с ложью и посмотреть на его реакцию.

«Ври лучше» — напомнила я себе.

Вздохнув чуть глубже, я смяла в руке платок и отвела глаза. Это не укрылось от эльфа. Он меня придержал, заставив посмотреть ему в глаза.

— Леди Офелия, вы что-то вспомнили?

— Нет, но иногда ко мне приходят… ощущения, что за мной наблюдают. Что в доме кто-то есть, кто не должен там находиться.

В его позе не дрогнул ни один мускул, но я почувствовала, как внимание его обострилось. Я посмотрела ему прямо в глаза. В них не было ничего, кроме вежливого интереса.

— После пережитого покушения такие мысли естественны.

— Я несколько раз видела… тени. Мне кажется, что за мной следят.

Я вложила в эти слова всю искренность, на которую была способна. Потому что это была чистая правда. За мной следили, и он был одним из тех, кто это делал.

Элион отвернулся и посмотрел на дерево, его пальцы постукивали по колену.

— Дом Хауардов стар и полон слуг. Вы могли видеть кого-то из них. Думаю, вам лучше прекратить ночные прогулки по дому.

Это замечание заставило меня напрячься: насколько плотно кольцо слежки?

Я позволила себе лёгкую усмешку, звук получился еле слышным. Он повернулся ко мне, и его взгляд стал твёрже. Я постаралась ему слабо улыбнуться. Всё же Элион хороший следователь, любой разговор он приводит к интересующей его теме.

— А как же чай? — поинтересовалась я.

Он неожиданно поддался ко мне: глаза сузились, мышцы напряглись, губы искривились. Мне оставалось только отшатнуться. Правда, места на лавочке для манёвра не хватило, а путь к отступлению загородил он.

— И что же побуждает вас ходить за чаем ночью?

Слово «чай» он произнёс с нажимом, словно имел в виду что-то другое. Он же не подозревает, что я бегаю к мужчине? Даже не знаю, плохо это или хорошо? Хотя если подумать, то хорошо. Подозревая, что я кого-то покрываю, и желая выяснить кто это, он придёт меня спасать.

Лицо Элиона оставалось каменным, но в глубине изумрудных глаз что-то мелькнуло. Быстро, как тень, но я это поймала. Он быстро сел ровно, но, прежде чем к нему вернулось полное самообладание, я заметила, как дёрнулась его щека, искривив краешек губ.

— Позвольте, я уточню: вы подозреваете, что кто-то из слуг причастен к покушению на вас?

— Да, — не стала отрицать я.

Раз я не могу сказать ему правду, то хоть приведу его в дом. Тогда он выяснит всё сам. Или же он ничего «не заметит». В этом случае, я буду знать, на чьей он стороне.

— Вы говорили об этом лорду Хауарду?

— Я не решилась.

— Ваш дядя — глава семьи. Его долг — защищать вас, — произнёс он.

Это прозвучало как заученная фраза, которой пытаются успокоить не в меру впечатлительную девицу.

Стоит признать, что всё пошло немного не по плану. Элион явно не из тех, кто безоговорочно сочувствует жертве. Скорее, слабость и нежелание озвучивать подробности, вызывают у него раздражение. Жертва мешает поймать преступника.

Самое время для неожиданного хода, чтобы подогреть его интерес.

— А ваш долг — находить преступников, — парировала я. — Так нашли вы тех, кто пытался меня убить? Или… может быть, вы уже близки к разгадке?

Я смотрела на него, пытаясь прочесть хоть что-то на его идеальном лице. Он слегка прищурился. Я поднялась, делая вид, что намереваюсь уйти.

— Будьте осторожны, леди Офелия. Доверяйте только тем, чья преданность не вызывает сомнений.

Это прозвучало как предупреждение.

— А вам можно доверять, лорд Элион? — поинтересовалась я.

— Я всегда на стороне правды, какой бы неудобной она ни была.

Какая интересная игра слов: правда — вещь двуликая, с какой стороны ни посмотри, у каждого она своя.

Он поднялся со скамьи и протянул мне руку:

— Позвольте проводить вас. Утренний воздух свеж, но для ослабленного здоровья вреден.

Я не стала спорить и руку приняла. На миг его пальцы сжались сильнее, чем было необходимо.

Когда ворота поместья показались впереди, он остановился. Он склонил голову в прощальном кивке и, развернувшись, ушёл.

Я не удержалась и посмотрела ему вслед, сжимая руки в кулаки.

* * *

Вернувшись в свою комнату, я обнаружила на столе новое платье: нежно-сиреневое, с серебряной вышивкой. Рядом лежал футляр. В нём была изящная серебряная подвеска в виде лука и стрелы, оперенье которого заканчивалось клиновым листом. Герб Лансеров, я не сомневалась, что это он. Рядом лежала записка от тётушки Гвинет: «Немедленно переоденься и подвеску не снимай».

Мне оставалось только вздохнуть. Сейчас придётся подчиниться. Всё для того, чтобы усыпить их бдительность. А дальше придётся бежать.

«Ладно, Офелия,