Лучший травник СССР 3 - Сергей Александрович Богдашов Страница 14

Что-то такое я ему и высказал перед тем, как сначала отправить Мамина к жене, чтобы она прочитала ему кратенькую лекцию по правилам сбора пары трав, а потом потребовалось состыковать их с Воландом. Причём так, чтобы пёс его всего лишь охранял, а не изображал из себя охотничью собаку.

Так-то, у нас лето сейчас, но тайга есть тайга. Летом зверь сытый и неагрессивный. Издалека тебя услышит и уйдёт. Но когда ты идёшь с Воландом, то шансы неприятной встречи и вовсе стремятся к нулю. Чуют в нём звери серьёзного соперника и вообще стараются не показываться. Зачастую моей собаке достаточно пару раз грозно гавкнуть по пути и в лесу можно гулять, как по парку. Безопасно.

Короче, отправляю я Мамина на сбор трав. Пусть путь травника с первых шагов начнёт. Идти ему недалеко, но в гору. На склонах горы Ягодной полно полянок, где эти травы можно найти. А уж когда матушке возгорелось прогуляться, то я выдал ей лукошко под ягоды. Гора у нас не просто так ещё издавна Ягодной названа. Земляники на полянах, и черники вокруг них столько, что встав на колени можно и не подниматься. Знай собирай, переползая с места на место.

Какому зелью я собираюсь обучить родственника? Похоже, самому ему нужному, как хирургу. Из тех двух трав, что он соберёт, с небольшой добавкой из моих гербариев, выйдет замечательная мазь. Как утверждает Ратибор, со свежими небольшими послеоперационными рубцами и шрамами она дня за три — четыре справится. Останется лишь светлый след на коже, который пройдёт с первым же загаром.

Самому мне её приготовлением заниматься некогда, да и смысла нет. Для меня — не ходовой товар. И срок хранения у неё невелик. От силы пара недель в погребе. Зато Мамину — в самую тютельку. Если научится, может даже в городе её готовить. Мазь в изготовлении довольно простая и вложений Силы много не требует. Короче — мечта хирурга, да и только! Особенно в тех случаях, когда швы и шрамы на лице предполагаются.

Когда я ему, под вечерний расслабон всё подробно разжевал, то мой новый родственник по документам, готов был в ночь в лес помчаться. А уж как копытами бил — куда там лосям во время гона. Пришлось успокаивать, напомнив, кто из нас ученик.

Снабдил я их антикомарином на следующий день после завтрака, ещё раз всё объяснил Воланду и Мамину, и отпустил с чистой совестью. Чую, быть к ужину пирожкам с ягодами! Матушка же небольшое лукошко забраковала и следующее выбрала, побольше. А и пусть! Дождик же хороший недавно прошёл. Значит и ягода будет сочная и крупная.

Оформленные заявки на корма у меня давно были готовы, просто времени не хватало, чтобы сгонять в райцентр, так что я решил исправить эту оплошность, пусть и не особо надеясь на результат. Так-то, у меня уже вовсю работает альтернативный вариант сенокоса, и успешно, а впереди ещё ожидается целая банда охотников, которых пришлют на отработку.

Что-то от государства получу, что-то сам организую, с чем-то охотники помогут, а там и ещё соображу, где чего раздобыть, но запас на эту зиму у меня точно должен оказаться побольше.

Такие вот нехитрые, вполне себе крестьянские мысли у меня про службу и выполнение её требований, невзирая ни на что.

Вы представить себе не можете, как я офигел, когда привёз в районную канцелярию свои заявки, а там сам начальник, этакий румяный колобок, выскочил из своего кабинета, чтобы выхватить их из рук пожилой делопроизводительницы.

— Прошу ко мне в кабинет. Признаться, я давно и с удовольствием наблюдаю за вашей работой! — слащаво заявил он, с явным перебором, — Вам чай или кофе?

Так-то, я ещё года не проработал, какое «давно»?

— Кофе, — выбрал я машинально, чтобы развеять это чудо.

— Эллочка, нам два кофа, — произнёс пухлячок, и даже выжидательно посмотрел на меня, предлагая оценить его изысканные манеры и выражения.

— «Редкий дебил, но подыграть стоит», — определился я, врубая армейский опыт.

— А у вас тут… неплохо… Прямо чувствуется сопричастность к важному государственному делу, — показательно оглядел я его кабинет, с иконостасом членов Политбюро на стене, вырезанных из журнала и вставленных в рамочки.

— Общую программу Партии выполняем. Согласно всем решениям и замечаниям последнего Партсъезда! — бодро отчитался местный начальник.

— Неужели весь объём заявки на корма будет выполнен качественно и в срок? — показательно «ахнул» я.

— Можете не сомневаться, пока я здесь в начальниках, — важно поднял пухлячок указательный палец, — А к вам правда генерал приезжал? — спалился он этим вопросом напрочь.

— Я не про всё могу рассказывать, но зимой у меня уже был один генерал. Я его на медведя водил, и он его сам взял, — не стал я врать, а лишь подал часть правды.

— А правду говорят…

— Правду, — перебил я его, — Но поверьте, с кем и где я в Москве чаи гоняю, вам лучше не знать, да и я не стану рассказывать. Или вы тоже не под одним десятком подписок? Вы же меня понимаете?

— Конечно — конечно, я вовсе не это имел в виду, — залепетал начальник, сообразив, что он залез куда-то не туда.

— Можете поверить мне на слово, если мои заявки будут выполнены в срок и качественно, то мы с вами станем лучшими друзьями.

— Можете не сомневаться. Лично прослежу! — истово закивал пухляк.

— Лично. Это слово мне нравится, и я его запомню, — заверил я, допивая последний глоток далеко не лучшего растворимого кофе, — Но не стану вас дальше отвлекать. Наверняка у вас ещё много дел. Спасибо, что уделили мне столько времени! — в мягкой форме послал я его в трещину, и откланялся.

Надо же, какой обходительный человек… И где он в прошлом сезоне скрывался, когда мне больше половины заказанного недодали…

Глава 6

Новые рубежи

Зельеварение Мамину давалось сложно, но он знал и понимал, на что я его натаскиваю, оттого лишь кряхтел, упорно исправляя ошибки, и вместе с Воландом безропотно гонял к своей лиственнице на подзарядку. Первое пристойное зелье у него вышло лишь с восьмой попытки.

Повезло. Как раз на нём вся им