Айзек Азимов - Стальные пещеры Страница 249

— Ты хочешь сказать, что на Землю прибудут роботы, читающие мысли? — перебил Бейли.

— Вовсе нет. И вы имели право встревожиться. Прямое участие роботов означало бы возведение тех самых стен, которые обрекают Аврору и другие космомиры на паралич. Землянам придётся осваивать Галактику вообще без роботов. Это означает неимоверные трудности, опасности и беды — всё то, что роботы попытались бы предотвратить, — но в конечном счёте люди колоссально выиграют, добившись всего собственным трудом. И, может быть, когда-нибудь в далёком-далёком будущем роботы снова внесут свою лепту. Кто знает?

— Ты провидишь будущее? — с любопытством спросил Бейли.

— Нет, сэр, но, изучая человеческие мысли, я смутно ощущаю, что существуют законы, которые управляют человеческим поведением, как Три Закона управляют поведением роботов, и, возможно, благодаря им когда-нибудь начнут в какой-то мере оформлять будущее. Человеческие законы несравненно сложнее Трёх Законов, и я не знаю, как они действуют. Возможно, они статистические по своей природе, и плодотворно изучать их необходимо на человеческих массах огромной численности. Не исключено, что они очень рыхлы и обретают смысл только тогда, когда эти массы ничего не знают об их действии.

— Скажи, Жискар, это ведь та психоистория, о которой говорил доктор Фастольф? — спросил Бейли.

— Да, сэр. Я очень осторожно внедрил эту идею в его сознание, чтобы начался процесс её изучения. В ней возникнет нужда — рано или поздно. Ведь теперь существованию космомиров с их долгим сроком жизни и роботизированной культурой подходит конец, а новая волна экспансии человечества, осуществляемая людьми с коротким сроком жизни — без роботов! — вот-вот начнётся.

А теперь, — Жискар поднялся с земли, — я думаю, сэр, нам пора вернуться в дом доктора Фастольфа и приготовиться к вашему отбытию. Разумеется, никаких упоминаний про то, о чём мы говорили, не будет.

— Всё останется строго между нами, можешь мне поверить, — сказал Бейли.

— Совершенно верно, — невозмутимо добавил Жискар. — Но пусть вас не пугает мысль о ложащейся на вас ответственности. Я позволю вам помнить, но у вас никогда не возникнет желания рассказать о нашем разговоре — никогда и ни малейшего.

Бейли только поднял брови, покоряясь неизбежности, и сказал:

— Жискар, ещё одно, прежде чем ты заткнешь мне рот. Присмотри, чтобы Глэдии спокойно жилось на этой планете, чтобы её не третировали за то, что она солярианка и считала робота своим мужем, и… и пусть она даст согласие Гремионису, хорошо?

— Я слышал ваш последний разговор с мисс Глэдией, сэр, и я всё понял. Об этом не тревожьтесь. А теперь, сэр, можно мне попрощаться с вами, пока нас никто не видит? — И Жискар протянул ему руку таким человеческим жестом, какого Бейли у него прежде не видел.

Бейли пожал её — твердую и прохладную.

— Прощай, друг Жискар.

— Прощай, друг Элайдж, — сказал Жискар, — и помни, хотя название это принято давать Авроре, с этого момента истинный Мир Зари — это Земля.

Примечания

1

Декларация прав человека. — Прим. пер.