Николай Симонов - О завтрашнем дне не беспокойтесь Страница 230

Над безбрежной забайкальской (уйгурской) степью, превратившейся позднею весной в роскошный красочный цветник, простерлась глубокая ночь. Млечный путь опоясал темное небо бриллиантовым ожерельем. Со стороны границы созвездий Лиры и Геркулеса изливался метеорный дождь. Земля проходила сквозь орбиту распавшейся когда-то кометы и притягивала к себе маленькие частички вещества, сгоравшие в ее атмосфере с яркостью звезд кратной величины. Еще не высохли майские дождевые потоки, деревья от палящего зноя не лишились лиственного покрова, а травы не засохли. Расцветшие вьющиеся растения готовились принести плоды. Самцы антилоп, несмотря на ночное время, бродили, гордо подняв рога, по травянистым зарослям и вступали в единоборство с соперниками. Бесшумно, как тени, над землей, окутанной низко стелющимся туманом, пролетали степные совы, выискивая в траве мышевидных грызунов. Ровно 15 лет назад на этом месте у древнего кургана, называемого Змеиной Горой, вытоптав траву и порубив на дрова низкорослые деревья, расположились на ночлег люди — тысячи людей, пришедших сюда на великую битву, от исхода которой зависело будущее Прибайкальской Империи. На притоптанной земле, где были разложены уже догорающие костры, белели палатки, чернели силуэты стреноженных лошадей; в определенной последовательности на расстоянии, примерно, ста шагов друг от друга цепочками выстроились многочисленные повозки. Кое-где между цепочками повозок из земли торчали двухсаженные заостренные колья. Негромко перекликались друг с другом часовые и дозорные. Но сегодня в эту короткую майскую ночь, за два часа до рассвета, по бывшему полю битвы ходил и внимательно осматривался только один человек — седой 60-летний старик с царственной осанкой, который намеревался поведать потомкам о делах минувших дней. Ему удалось тайком скрыться от своих телохранителей и слуг, расположившихся на ночлег на берегу степной реки Ярки, чтобы теперь, в одиночестве, когда никто не отвлекает, непосредственно соприкасаясь с местом грандиозного исторического события, час за часом, реконструировать его последовательность. Звали этого человека Толемей-хан, и был не кто иной, как воспитатель наследного принца Арона, а также врач, географ, придворный историограф и советник матушки-императрицы Клементины.

Дорогому читателю он тоже известен. Это — тот самый знатный джурджени, который помогал орландам избавиться от хунхузов. В сражении у Змеиной Горы Толемей-хан не участвовал. В одном из дальних гарнизонов в провинции Микены произошла вспышка холеры, и его, как Главного санитарного врача сухопутных войск, их высочество принц Тезей-хан, направил на ее ликвидацию: установление карантина, оказание лечебной помощи и т. д. Как раз в это время в степях южного Забайкалья появились парсы, и соседи-кочевники уйгуры обратились к императору Агесилай-хану IV с просьбой о военной помощи.

На самом деле этнические парсы составляли лишь незначительную часть конгломерата разноязычных племен и народов, которых они себе подчинили. Нескончаемым потоком, преодолев южные отроги Большого Уральского хребта, эти люди направилась по лесостепной полосе в сторону Великого Восточного океана. На своем пути завоеватели приводили в покорность многочисленные, оседлые и полуоседлые, племена Предуралья, которые прежде платили администрации Агесилай-хана IV «ясак», то есть откупные: — только за то, чтобы их оставили в покое и не вмешивались в их дела. Над Прибайкальской Империей, образно говоря, сгустились тучи.

Первая, более или менее достоверная, информация, которую государственные мужи Прибайкальской империи получали о потенциальном противнике, была скудной, противоречивой и изобиловала сказочными сюжетами и вымыслами. Но постепенно картина прояснялась, — во многом, благодаря вездесущим купцам. Во-первых, стало известно, что парсы умеют обрабатывать железо и ковать оружие, образцы которого: мечи, кинжалы, шлемы и кирасы, — ценились в пять раза дороже бронзовых, да и по качеству их превосходили тоже.[34] Во-вторых, выяснилось, что они — прекрасные наездники. Парсы изобрели, или заимствовали у кого-то стремя и седло с высоким луком. Именно такое снаряжение обеспечивало их всадникам устойчивость — достаточную, чтобы атаковать противника длинным копьем на полном скаку. Джурджени и южные забайкальские кочевые племена не знали даже стремян, их кавалеристы (витязи) сидели на коне, как на табуретке, поэтому в бою могли лишь подскакать к пешему воину, остановиться и нанести рубящий удар секирой или колющий — копьем. Впрочем, уйгуры умели ловко бросать волосяные арканы, против которых джурджени уже давно придумали устройство в виде двух дугообразных, вертикально крепящихся к седлу оглобель, к которым для устрашения противника крепились лоскуты разноцветной материи, очень красиво и устрашающе развевающейся на ветру. Группа военных советников во главе с их высочеством Тезей-ханом, добравшись под видом купцов до юго-западного Предуралья, с удивлением узнали, что Уфимский перевал Большого Уральского хребта из-за климатических сюрпризов последних лет стал доступен для прохода в любое время года. Побывали они и в походных лагерях, где мигранты-переселенцы останавливались на отдых, чтобы затем отправиться в путь в сторону восходящего солнца. Они видели усталых, голодных и изможденных людей, многие из которых за время многодневных переходов потеряли родных и близких. Пообщавшись с переселенцами, их высочество Тезей-хан и его советники смогли выяснить причину, которая заставила людей Запада сняться с насиженных мест и пуститься в далекие странствия. Оказывается, обширные северные территории по ту сторону от Большого Уральского хребта внезапно ушли под воду. Великое переселение народов было равносильно стихийному бедствию.

По инициативе их высочества Тезей-хана государственные и муниципальные органы Прибайкальской империя приняли срочные меры для защиты подданных от порабощения и истребления. Для отражения нашествия народов Запада на всех перевалах за окружающими Байкал горами спешно воздвигались крепостные сооружения. После завершения строительства Великой речной плотины пойма впадающей в Байкал с юга полноводной реки Селенги превратилась в непроходимое болото. За год до появления парсов в забайкальских степях Государственный Совет империи выделил значительные средства на перевооружение армии.

Были созданы отряды тяжелой кавалерии и специализированные подразделения пехоты, вооруженные пиками и алебардами. В армейских частях и войсках самообороны стали уделять больше внимания профессиональной подготовке лучников, пращников и арбалетчиков.