Новые опасные видения - Харлан Эллисон Страница 2

«Вы держите в руках не просто книгу. Если нам повезет, это революция».

Прошло полтора года. На 12 марта 1969-го «Опасные видения» продались тиражом свыше шестидесяти тысяч в общем издании и в издании книжных клубов, вместе взятых. Книга принесла многим авторам целый урожай «Хьюго» и «Небьюл» – и даже особое посвящение от 26-го Всемирного конвента научной фантастики. (А оно, на минуточку, гласит: «Харлану Эллисону, редактору „Опасных видений“, самой важной и скандальной фантастической книги 1967 года».)

Как вам такое, мечтатели мечты? Может, все-таки есть на свете Бог. Те тридцать пять писателей, художников и редакторов решили создать самую важную и скандальную книгу года – и чтоб мне провалиться, если им не удалось.

С другой стороны, если «Опасные видения» – это прорыв, почему столько людей ругают книгу? Почему библиотекари по всей стране отказываются ставить ее на полки? Почему бывшему редактору «Книжного клуба НФ» возвращают тысячи экземпляров вместе с возмущенными письмами от мамочек, вожатых, учителей и священников, требующих объяснить, почему эта гнилая книжонка вдруг загрязняет драгоценные телесные жидкости их дитяти? Откуда вдруг в жанре выросло контрреволюционное движение с неким Джоном Джереми Пирсом во главе, которое объявило «священную войну», чья цель – стереть с лица земли «Опасные видения» и подобные им книги? Почему критики поливают этот сборник грязью на симпозиумах от Беркли до Бронкса? Почему одна уважаемая критик взяла на себя право назвать «Опасные видения» библией некой, по ее мнению, «Новой Волны», а потом еще несколько страниц объясняла читателям, как эта «волна» отвратительна?

А с третьей стороны (у нас же тут мир научной фантастики, может быть столько сторон и измерений, сколько мы захотим), почему рецензент одной газеты говорит: «„Опасные видения“ находятся в числе лучших антологий в жанре за последнее десятилетие. И мне кажется, эту корону у них не заберут еще долго»? Почему почти каждый автор из книги говорит о своем участии с гордостью? Почему ваш скромный редактор получил больше трех тысяч писем, начиная с таких, от миссис С. Блитмон из Филадельфии:

Дорогой мистер Эллисон!

Когда я взяла вашу книгу «Опасные видения» в библиотеке и прочитала два предисловия, я решила, что это прекрасная книга. Словами не передать, как меня замутило после [и здесь она назвала два рассказа]. Вы говорите, ваша бабушка – еврейка (как и у меня), но мне в это не верится; да она наверняка из Вьетконга, иначе как бы вам пришли в голову такие мерзости. Стыд вам, стыд и позор! Научная фантастика должна быть красивой. А с вашим разумом (?) впору чистить туалеты, и то я слишком великодушна. Искренне…

заканчивая такими, от Монти Дэвиса из Нью-Йорка:

Дорогой мистер Эллисон!

Ух ты!!! И еще много таких восклицаний, которые я оставляю вашему воображению и которые все должны донести мысль, что «Опасные видения» – это чертовски здоровская книга. Если отложить вашу дурацкую мысль о «чем-то новом», то ваш зверь в зеленой обложке – это просто-таки самая дико увлекательная вещь, что я встречал за много месяцев. Для человека (вроде меня), который изголодался из-за дефицита литературной или интеллектуальной новизны в журналах и из-за мучительно малого числа новых читаемых книжек, это полный и тотальный взрыв мозга…

И так продолжалось, и не прекратилось даже сейчас, полтора года спустя. Этой книге посвящались целые выпуски фэнзинов; профессиональные редакторы буквально ссорятся со своими авторами из-за рассказов, слишком похожих на «Опасные видения»; всего один рассказ в сборнике менял целую карьеру Больших Писателей; какие-то карьеры воскрешались – а одна карьера была задушена в колыбели. Но перемены в фантастике, которые начались после выхода «Опасных видений», еще поразительнее.

Благодаря своей популярности и скандальности книга открыла двери для целой вереницы антологий «оригинальных» рассказов, в обход узколобости многих редакторов журналов. Серия Orbit Деймона Найта зародилась раньше «Опасных видений», но, думаю, он не распнет меня за посягательство на его лавры, если я скажу, что «Опасные видения» расширили рынок для его серии, просветили многих авторов и во многом смели преграды для необузданных текстов, которые теперь и он выпускает в своих антологиях. Новый сборник оригинальных рассказов Nova от Гарри Гаррисона следует по пути, проложенному «Опасными видениями». «Дальние пределы» (The Farthest Reaches) Джо Элдера и «Алхимия и академия» (Alchemy and Academe) Энн Маккефри – это еще две антологии «оригинальных» рассказов, которые без «Опасных видений» могли бы и провалиться.

Авансы, которые писатели теперь получают после первопроходческого успеха «Опасных видений» и в твердой, и в мягкой обложках, удвоились и утроились.

Но самое важное – мы получили-таки свою революцию. Сомневаетесь? Просто скажите «новая волна» Сэму Московицу[3]. Сомневаетесь? Просто предложите Фреду Полу сделать спецвыпуск Galaxy о Новой Волне. И посидите на панелях фантастических конвентов: там по-прежнему идут достойные и интересные дискуссии на тему «Красный сдвиг как основа НФ-рассказов об астрономии», но теперь – вдобавок – вы услышите лекции вроде «Научная фантастика как литература эволюции», «Как написать кинетический мультимедийный НФ-роман», «Символические параллели у Джеймса Джойса и Филипа Хосе Фармера», «Табу в журнальной научной фантастике». Все заговорили хором, и благодаря этому диалогу наше время стало самым интересным периодом в истории фантастики. Критики и академики обнаружили, что у низкой «народной литературы» есть обоснованные претензии на нечто большее; что люди, посвятившие свою жизнь подобным произведениям, ничем не хуже варваров, прославляемым в списке бестселлеров NY Times.

И хотя еще опасно делать выводы об эффекте «Опасных видений» на жанр в целом или о долговечности этого эффекта, можно высказаться о самом уже фуроре, который вызвала книга при выполнении своей задачи: крышесносный.

В этом кратком предисловии ко второму тому в данном переиздании «Опасных видений» в мягкой обложке мне хотелось обозначить, что случилось со времени выхода издания в твердой. В следующей части я расскажу о продолжении, которое сейчас находится в работе, и на скольких писателей из этой первой книги-триады повлияло то, что они сделали в «Опасных видениях».

Но прямо сейчас вас ждут двенадцать мужчин и женщин, которые – с богохульством, добротой или черным юмором, – посмели быть охваченными своими особыми опасными видениями. Этим невозможно не наслаждаться.

До встречи в следующем томе. Оставайтесь с нами.

Харлан Эллисон

Лос-Анджелес

16 марта 1969 года

Предисловие. Нападение новых мечтателей

Харлан Эллисон

В 1844 году Дюма написал «Трех мушкетеров». По многочисленным просьбам общественности он написал два продолжения – «Двадцать лет спустя» в 1845-м и «Виконт де Бражелон» в 1848-м. Артуру Конану Дойлу набил оскомину Шерлок Холмс, и он закончил его карьеру криминолога (а также карьеру гениального преступника у профессора Мориарти) на прыжке в Рейхенбахский водопад в «Последнем деле». Публика не смирилась. Дойла прижали к стенке, и через три года он воскресил своего бессмертного