Наталья Новаш - В КОРОЛЕВСТВЕ КИРПИРЛЯЙН. Сборник фантастических произведений Страница 163

«Земля поможет. Пройдет пять, десять лет, и они выйдут наружу. Все. Они никогда не будут равны и одинаковы, они все разные: умные и глупые, красивые и некрасивые, счастливые и несчастные. Они станут просто людьми… Так что же, выходит, Дежурные были правы? Они сохранили цивилизацию… Да, правы. По-своему. И наружники по-своему правы. Наверное, и я тоже…»

Он улыбнулся. И посмотрел в небо, где, обрастая сверлящим уши свистом, росла тусклая, раскинувшая острые крылья точка.

— Вот и все… Арчи, Тири…

Они взглянули друг на друга. Арчи кивнул, отводя глаза, прошептал:

— Ты нас не забывай…

Дима улыбнулся. Крепко сжал протянутые ему руки. И, не оглядываясь, пошел вперед, к маленькому, мягко зависшему над песком кораблю. Старый многое повидавший трудяга космоса. Обгорелый керамзит, потускневшие дюзы… А он видел не только его. Он видел тысячи кораблей, корабли всех планет, большие и маленькие, те, в которых он летал, и те, в которых уже никогда не полетит.

Люк корабля раскрылся перед ним. Широкий, удобный люк. Пассажирский. Но перед тем, как шагнуть в него, он обернулся и вскинул руки. Две фигурки вдали ответили тем же жестом. И он крикнул, крикнул то, последнее, что должен, обязан был им сказать, крикнул, то ли доказывая, то ли напоминая:

— Фэт рэгел! Фэт! 

ПЕРВЫЙ ШАГ

Александр ПЫХТИН [1]

ТОЧНОСТЬ

Я подключил только что установленный в комнате материализатор желаний к электросети и занял место за пультом.

Приборная доска поблескивала лампочками, и, в ответ на включение микрофона, динамик громогласно спросил:

— Чего тебе?!

— Соль.

— Задание неточно.

— Пластмассовую линейку.

— Задание неточно.

Я недоумевал. Ведь все было правильно! В чем же тогда дело? Медленно обвел глазами пульт. Ну, все, абсолютно все было в порядке! Материя на входе? Нормально. Напряжение? Тоже нормально

— Ура! — вдруг вскрикнул я от радости. Как же я не учел такой простой вещи! Пластических масс ведь великое множество, солей тоже. Если бы аппарат выдал мне линейку из синтетического меха, он был бы прав.

Я решил заказать алмаз. Рекордный алмаз! Пораскинул мозгами и выкрикнул в микрофон:

— Кристаллический углерод на пять тысяч карат.

— Задание неточно, — бесстрастно ответил автомат.

Это уже вывело меня из себя и, помянув черта, я стукнул со злостью кулаком по пульту.

— Задание выполнено! — прогремел динамик.

— Уф, наконец-то образумился, — выдохнул я и в поисках алмаза стал осматривать комнату. Алмаза я не увидел, но зато в кресле напротив, блаженно закрыв глаза, сидел… черт! 

Константин АНАНИЧ [2]

РЕПУТАЦИЯ ФИРМЫ

«Вчера, 17 декабря, в своем кабинете был убит Гарри Шенх. Рядом обнаружен изуродованный корпус робота-секретаря. Смертельный удар был нанесен кувалдой, взятой в гараже. Убийце удалось скрыться. Расследование ведется».

В четверг, около десяти утра, в кабинет Шенха кто-то позвонил. Хозяин открыл дверь. За ней, покачиваясь на реактивных струях воздуха, висел почтальон-кибер. Проскрипев: «Почта, сэр», он открыл люк с рекламой. Шенх взял несколько полосок реклам и захлопнул дверь.

Рекламные проспекты различных бытовых автоматов и механизмов привозились в любое время, как только их экземпляры появлялись в типографиях. Дело в том, что, несмотря на свои миллионные доходы, Шенх не имел в доме ни одного слуги, настолько он был нелюдим. Везде, где можно было, людей заменяли автоматы. Вот только хорошего робота-секретаря никак не удавалось купить. Их пока не производила ни одна фирма.

Вернувшись в свое кресло, Шенх стал рассматривать пачку реклам. Пишущая машинка с кибермозгом, печатающим под диктовку, — не то, это… уже есть… Вот! Это то, что нужно!

«Робот-секретарь РЕМ-456/ЗМ. Незаменимый помощник истого бизнесмена. Исполняет все функции человека-секретаря, сохраняет полную секретность полученных сведений, после смерти хозяина уничтожает свой электронный мозг. По заказам клиентов робот может иметь различное оформление».

Через несколько дней этажи дома наполнились гулом шагов двухметрового хромированного гиганта. Робот умел все: поджаривал тосты и играл на бирже (причем, никогда не ошибался), протирал пыль и, улучив момент, прибирал к рукам угольные шахты и нефтяные скважины, играл в карты с хозяином и подсчитывал доходы. И, главное, РЕМ очень мало напоминал человека. Шенх нарадоваться не мог на свое приобретение.

Уже через месяц робот был допущен в святая святых Шенха — кабинет. Реклама компании не обманывала. В этом убеждали и вечерние газеты. Под каждым некрологом о дельце шел некролог о его кибер-секретаре. Одна из газет писала о гибели президента крупной компании. В тот момент, когда автомобиль президента упал в реку, за тысячу километров оттуда у его «секретаря» вскипел жидкокристаллический мозг.

Реклама даже преуменьшала способности РЕМа. Гарри понял это, когда струя пламени из огнемета, предназначенная ему, ударила в грудь робота, а еще через секунду огнеметчик превратился в кровавое месиво под ударом хромированного кулака.

Прошли годы… Вечером Шенх, сидя в кресле, читал приключенческий роман. За спиной скрипнула дверь.

— Что тебе, РЕМ, — недовольно спросил Шенх, не отрываясь от книги.

— Очень сожалею, сэр, но мой мозг сильно изношен, я не смогу больше работать, и, чтобы не портить репутацию фирмы, я должен убить вас, — сказал робот.

Сердце Гарри Шенха остановилось раньше, чем кувалда опустилась на его голову. 

Алексей ВАСИЛЬЕВ [3]

МАНИЯ ВЕЛИЧИЯ

Иван Федорович Костин укоризненно посмотрел на сына и перевел взгляд на ценнейшую находку — неуклюжий допотопный сверхзвуковой МИГ-27. С тех пор, как Костин-старший начал собирать коллекцию антикварных самолетов (так тогда назывались ракетопланы), у него не было еще столь древнего экземпляра. «Подумать только — двадцатый век!» — восклицал удачливый коллекционер. Однако за своими радостями он не заметил, как его сын залез в кабину музейной редкости и решил поиграть. Двухминутная забава сына увенчалась успехом — самолет остался без крыльев. Иван Федорович поручил поставить их на место своему роботу. Тут-то и начались странности.