"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Асприн Роберт Линн Страница 111

– Это первый том.

– Мой бог, – Джонатан взвесил в руке несколько сотен страниц, старательно исписанных от руки, – это, должно быть, секретные данные.

– Это последние данные, – подмигнул капитан, пряча рукопись обратно в тайник.

Джонатан с Профессором не спеша вернулись туда, где сидели трое их товарищей. Любитель кофе по-прежнему спрашивал свою жабу, не рыба ли она, и, похоже, вовсе не был разочарован отсутствием ответа.

– Если тебя интересует мое мнение, – сказал Буфо, когда Джонатан с Профессором устроились за столом, – я по-прежнему думаю, что в этой стране полно безумцев. Мы еще не встретили ни одного нормального человека. По крайней мере, я не могу вспомнить ни одного.

Все согласно кивнули. В конце концов, было очень похоже, что это правда.

– У нас просто пошла такая полоса, – заверил его Джонатан. – Так иногда бывает.

– Это точно, – согласился Буфо. – У меня как раз была такая полоса. Помню одно лето, когда я за один и тот же день встретил Сквайра в шести разных местах. Было такое впечатление, что каждый раз, когда я выхожу из двери, он в нее входит. И он все время рассказывал мне анекдот про человека, который скрестил норку с обезьяной. Обалденное пальто, говорил он, но рукава слишком длинные. Потом он нагибался и начинал махать руками, чтобы изобразить человека, одетого в подобное пальто. После того как я встретил его в третий раз, он уже не пытался рассказывать весь анекдот. Просто проходил мимо со словами: «Рукава слишком длинные!» Потом я увидел его опять – это было в деревне. Он сказал: «Чересчур длинные», потряс головой и изобразил обезьяньи руки. Затем, вечером, я столкнулся с ним на дороге; я ехал на небольшой повозке в Уинкумс, а он шел среди зеленщиков, таская у них сливы и все такое прочее. «Сквайр!» – крикнул я. Он не произнес ни слова, а просто изобразил человека в обезьяньем пальто. И никак не унимался. Так и шел по дороге сгорбившись, как обезьяна. Самое забавное зрелище, какое я видел в своей жизни. Зеленщики, скажу я вам, прямо-таки попадали со смеху.

– А они слышали этот анекдот? – поинтересовался Джонатан.

– Нет, – ответил Буфо. – Не думаю. Это Сквайр их завел – расхаживал по дороге туда-сюда. Да, такое не каждый день случается. Это редкость, если хотите знать мое мнение.

– Пожалуй.

Профессор смотрел в свою чашку из-под кофе, словно ожидал увидеть в ней нечто величественное. Остальная компания после рассказа Буфо погрузилась в молчание. Однако было совершенно ясно, что Гамп ломает себе голову, придумывая какую-нибудь историю, которая могла бы соперничать с только что услышанной.

– Ты рыба? – спросил Профессор у своей чашки.

От неожиданности Джонатан чуть не поперхнулся. Майлз в ужасе и удивлении вскочил на ноги. Буфо выхватил чашку у Профессора, прежде чем тот успел сделать еще глоток.

– Окатите его водой! – закричал Гамп.

– Подождите! – воскликнул Профессор. – Это была шутка! Просто розыгрыш. Хохма. Я знаю, что это не рыба.

– Вы в этом уверены? – спросил любитель кофе, который все еще сидел за своим столом и тыкал пальцем в жабу. – Я мог бы поклясться, что вот это было рыбой. Каждая клеточка моего существа говорила мне, что это рыба. Я должен был как-то в этом убедиться. Наверное, это звучало так, словно я ненормальный. Да?

– Вовсе нет, – возразил неизменно дипломатичный Майлз.

– Я видел, что никакая это, к черту, не рыба. Но вот, с другой стороны, казалось, что она рыба, что она должна быть рыбой. Вы меня понимаете?

– Разумеется, – заверил его Майлз. – Разумеется.

– Прекрасно. – Его собеседник засунул жабу за пазуху. – Мне ведь нужно поддерживать свою репутацию.

Гамп подмигнул Буфо, сидящему по другую сторону стола:

– Правильно. А что это за репутация?

Человек с жабой, похоже, был озадачен.

– Он все еще выходит из этого состояния, – прошептал Профессор.

– Что вы имеете в виду? – спросил любитель кофе у Гампа. – Как вы можете знать, что у меня есть репутация, и не знать – какая?

Это был законный вопрос, но Гамп оказался в тупике. Буфо, удовлетворенный тем, что расследование Гампа вот-вот опять пойдет наперекосяк, поспешил вмешаться:

– Мы видим, что вы человек незаурядный во всех отношениях, сэр.

– Вот именно, во всех отношениях! – запальчиво крикнул обладатель жабы.

Майлз перегнулся к Джонатану и шепнул:

– Бога ради, не упоминай сейчас о Сикорском.

Джонатан покачал головой.

– Ваша одежда, – сказал Гамп. – Такой прекрасный костюм с этими круглыми лацканами и всем прочим. Покрой показался мне очень хорошим. О человеке можно судить по его одежде.

– Значит, вы знаете толк в хороших костюмах? Позвольте представиться: С. Н. М. Квимби, галантерейщик. Я из Лэндсенда. Ездил в деревню Твит по делам.

– Очень рад познакомиться, – сердечно отозвался Профессор и представил одного за другим остальных членов компании.

– А вы, ребята, откуда? – поинтересовался Квимби и, не ожидая ответа, продолжил: – Я не отказался бы еще от чашечки кофе.

– Будет ли это разумно? – спросил Профессор.

– Возможно, и нет, – ответил Квимби, запуская руку за пазуху и похлопывая свою жабу. – Откуда, вы сказали, вы родом?

– Мы не говорили, – откликнулся Джонатан.

– Ах да. Ну что ж, я всегда утверждал, что если человек может распознать хороший костюм, то ему на самом деле нет нужды быть родом откуда-либо. Вы понимаете, о чем я?

– До последнего словечка, – быстро заверил его Джонатан, надеясь, что Квимби не станет углубляться в эту тему. По правде говоря, единственными двумя названиями, которые он помнил на карте, были деревня Твит и Лэндсенд. И он знал о них не так много, чтобы утверждать, что он оттуда родом.

– Давно занимаетесь галантерейным делом? – просил Профессор, чтобы сменить тему.

– Достаточно давно, – гордо ответил Квимби. – По правде говоря, я создал себе неплохую репутацию.

– Неужели? – спросил Буфо.

– О да, – заверил его Квимби. – Если на всем протяжении Твита, вверх и вниз по течению, появляется какой-то особый заказ, то разговор бывает один – «пошлите их к Квимби». Это здесь вошло в поговорку.

– Особый заказ? – переспросил Джонатан, перед мысленным взором которого прошла вереница трехруких людей, занимающих очередь в лавку Квимби.

– О, они у нас бывают. Я мог бы кое-что вам рассказать. Неделю назад ко мне пришел человек, у которого был особый заказ. Я никогда еще не видел таких, как он. Невероятно толстый тип. В обхвате огромный, как не знаю что. Он вошел в дверь боком, но для него это не было чем-то странным. Боком, передом, задом – для него не было ни малейшей разницы. Я увидел, как он входит с улицы, и крикнул своему помощнику: «Принеси сюда тот дополнительный рулон и сотни полторы булавок! Гиглейский столп идет к нам на примерку!» Гиглейский столп. Именно это я ему и сказал. И этот рулон еще как нам пригодился, прежде чем мы довели дело до конца. Это был потрясающий костюм.

Гамп и Буфо вспыхнули, как лампочки.

– Значит, он был толстым, да? – спросил Гамп.

– Разве я только что этого не сказал?

– Точно. Сказали. А мой друг – вот он – замечательно изображает толстяка, идущего по дороге. Не просто обыкновенного толстого человека, разумеется, но настоящего необъятного толстяка. Покажи ему, Буфо.

Буфо взглянул на Гампа:

– Ты делаешь это намного лучше, чем я.

– Чушь, – возразил Гамп. – Ничего подобного. Я не встречал никого, кто мог бы так изобразить по-настоящему потрясающего толстяка, как ты.

Буфо бросил на Гампа еще один многозначительный взгляд, но все же поднялся и довольно правдоподобно изобразил Сквайра. По сути, стоило ему начать, и он тут же вошел в роль и начал расхаживать, переваливаясь с боку на бок, как бочонок, а для большего эффекта добавил несколько характерных для Сквайра странных жестов.

– Мой бог, здорово! – воскликнул Квимби. – В самую точку! Я бы поклялся, что вы с ним знакомы, если бы так могло быть.