Изнанка мегаполиса. Всё тайное станет Навью - Софья Мирич Страница 5

— Нет, — она рассмеялась, глядя на его озадаченное лицо. — Они уже видели это и привыкли. Сегодня трястись будете только вы, коллега.

Ярослав на секунду замер, удивленный переходом, а затем расплылся в улыбке — впервые за весь день настоящей, свободной от напряжения улыбке.

— Значит, официально становлюсь «подопытным» с особыми привилегиями, — подытожил он. — Раз уж мы теперь в одной связке, может, отбросим официоз? Давай перейдем на «ты»? Всё-таки работать ещё, да и формальности меня никогда не прельщали.

Таисия просияла, и в этом жесте было столько искренности, что Ярослав почувствовал: между ними окончательно исчез барьер официальности.

— А давай! — живо отозвалась она.

Таисия, только что доевшая свой обед, изящно промокнула губы салфеткой и, улыбнувшись, подала знак официанту. Тот, словно зачарованный её манерой двигаться, мгновенно оказался у их столика. Пока он выписывал чек, Ярослав наблюдал за ней. Без халата, в легкой блузке, она казалась удивительно домашней, но стоило ему вспомнить, что она творит с пространством и памятью умерших, как в груди снова шевельнулся трепет — уже не животный страх, а здоровое профессиональное любопытство.

​Когда официант положил счет на стол, она потянулась к сумке за кошельком, но Ярослав чуть заметным движением накрыл папку со счетом своей ладонью.

​— Подожди, — мягко сказал он, глядя ей в глаза.

Девушка замерла, её рука зависла в воздухе. Она слегка склонила голову набок, и в её взгляде промелькнуло удивление, смешанное с привычной независимостью.

​— Ярослав, я сама могу заплатить за свой обед, — ответила она с легкой улыбкой, в которой читалась мягкая, но твердая установка. — Я не нуждаюсь в опеке.

​Он чуть приподнял уголки губ, удерживая её взгляд.

​— Я знаю, что ты можешь, — ответил он спокойно, не убирая руки. — И не сомневаюсь в твоей независимости. Но позволь мне сделать это. Пусть это будет небольшим жестом признательности за то, что ты согласилась со мной работать. И, честно говоря, мне просто хочется угостить коллегу после того, как я заставил тебя ждать сегодня утром.

​Таисия посмотрела на его руку, затем снова на него. Секунду она колебалась, словно взвешивала этот поступок на своих внутренних весах, после чего её плечи расслабились, и она едва заметно кивнула.

​— Хорошо, — она убрала руку от сумки и примирительно улыбнулась. — Но только на этот раз. В следующий — моя очередь.

Мужчина выдохнул, чувствуя, как этот простой момент окончательно стер остатки неловкости между ними. Он достал карту и передал её официанту, ощущая, что теперь, когда барьер пройден, они готовы к тому, что ждет их на месте преступления.

​— Ну что, коллега, — Таисия поднялась, грациозно поправляя сумку на плече. — Пойдем посмотрим, во что ты ввязался? Надеюсь, ты успел плотно поесть, потому что после снятия стазиса обычно становится очень... шумно.

​Ярослав поднялся, возвышаясь над ней. Он чувствовал, как внутри него просыпается азарт. Старая жизнь с её понятными протоколами осталась где-то там, за порогом этого кафе, а впереди ждало нечто, что он пока не мог описать словами, но к чему был готов.

​— Пойдем, — ответил он, кивая на выход. — Показывай, куда ведет эта кроличья нора. Только предупреждаю: если там будет так же холодно, как в морге, я буду ворчать.

​Таисия весело фыркнула, и они вышли из кафе обратно в гудящий, ослепительно яркий зной города, навстречу неизвестности.

Глава 2. Часть 2

Глава 2. Часть 2

Место преступления оказалось узким переулком, зажатым между кирпичными стенами старых домов. Тропинка, уходящая вглубь двора, была скрыта густыми кронами деревьев — даже в полдень здесь царил полумрак, который сейчас, в контрасте с июльским зноем, казался почти спасительной прохладой.

​Выйдя из машины, Таисия первым делом подставила лицо небу, позволяя случайному солнечному лучу, пробившемуся сквозь листву, запутаться в её волосах. Они были угольно-черными, с каким-то холодным, почти вороньим отливом, и на фоне бледной кожи казались почти нереальными, словно полотно, сотканное из самой ночи. Она выглядела настолько легко и естественно, что Ярослав на секунду залюбовался, забыв про кобуру и гнетущее предчувствие.

​Они хлопнули дверями машины и зашагали к патрульным. Те сидели на раскладном стуле в тени, выглядя разморенными и явно недовольными ожиданием.

​— Ты не говори, я буду, хорошо? — Таисия посмотрела на него снизу вверх, и в её глазах мелькнула озорная искра. — Они меня знают.

​— Хорошо, — кивнул Ярослав. Он приготовился к ледяному тону или язвительным замечаниям о том, что эксперты окончательно зажрались, опаздывая к трупам.

​— Добрый день! — Таисия широко и открыто улыбнулась, сразу перехватывая инициативу. Она затараторила мягко, уверенно, будто оправдывалась перед старыми знакомыми, с которыми рассталась всего час назад. — Извините за задержку, другой поступивший оказался на редкость сложным. А эти городские пробки — просто наказание! Как вы тут? Не слишком изжарились?

​Один из патрульных, мужчина с усталыми глазами, тепло улыбнулся и коротко рассмеялся:

— Ну, ты как всегда, Тая, заговариваешь зубы профессионально. Все в порядке, приступайте, пока солнце совсем не припекло.

​— Тогда может сходите перекусить или в прохладу? Хотя бы по очереди, а то вид у вас совсем измученный, — искренне предложила она.

​— Мы подумаем, — он кивнул, поднимаясь со стула и приподнимая сигнальную ленту. — Проходите.

​— Спасибо! — она хлопнула в ладоши, а затем обернулась к Ярославу: — Хочу представить вам Ярослава Велехова, он будет работать со мной.

​— Добрый день, рад знакомству, — названный протянул руку, стараясь держаться уверенно.

​— Добрый, Ярослав, — мужчина ответил крепким рукопожатием. — Не обижай нашу Таю. Мы её всем отделом оберегаем, так что смотри мне.

Он невольно фыркнул, покосившись на девушку, которая в этот момент выглядела как невинный ангел.

— Не буду, — парировал он. — Хотя, глядя на неё, мне кажется, она сама кого угодно обидит.

​Патрульный усмехнулся, бросив быстрый взгляд на Таисию:

— Ты про её дар? Да, бывает. Сначала непривычно, а потом привыкнешь. Главное — не стой у неё на пути, когда она начинает «копать». Все будет хорошо.

Ярослав замер, вглядываясь в эту странную, искаженную картину. Зрелище было пугающим в своей неестественности: птица, зависшая в воздухе в паре метров от земли, выглядела как некачественная голограмма, а человек, чье тело было неестественно выгнуто в момент падения, казался застывшей восковой фигурой. Даже пылинки, поднятые в воздух, висели в пространстве неподвижно, создавая вокруг сцены легкое, едва заметное марево.

​— Ну, пора, — негромко произнесла Таисия. В её голосе пропала игривость, уступив место профессиональной сосредоточенности. Она сделала шаг вперед, оказавшись рядом с Ярославом, и он почувствовал, как от неё исходит едва уловимый холод — не