Навь - Татьяна Филатова Страница 2

Он выключил свет, глядя вперед и ясно понимая, что прямо у его капота кто-то стоит. Ему не было видно, кто это был – уж слишком темная, безлунная ночь нависла над этим странным местом, но даже в этой темноте просматривался черный силуэт, стоявший прямо перед капотом. Сергей снова занервничал, приоткрыл окно.

- Кто здесь? – выкрикнул он. Ответа не последовало, тогда Сергей снова зажег фары – никого. – Я схожу с ума, - пробормотал он себе под нос и, закрыв окно и погасив свет, сложил на груди руки, продолжая глядеть в темноту. Выйти из машины он не решался, а потому смирился с тем, что единственное правильное решение в этой странной, абсурдной, совершенно непонятной ситуации, в какой он оказался – это переждать до утра и разобраться, что к чему при свете дня.

День первый. Гена

Он подскочил на месте от того, что ему кто-то несколько раз, и причем весьма настойчиво, постучал в окно водительской двери. Сергей резко распахнул глаза, за одно мгновение пытаясь понять, как он мог уснуть, а за второе – обрадоваться, что наступило утро, но потом стук повторился, и Сергей перевел взгляд влево, тут же пожелав настучать старику, что тарабанил своей палкой по стеклу дорогого автомобиля – настучать его же палкой по голове.

- Дед, чего тебе надо? – закричал на него Сергей, открывая окно, но старик, улыбаясь во весь рот своей беззубой улыбкой, продолжал замахиваться, только теперь вместо стекла он дважды ударил по плечу и по голове самого Сергея. – Я сейчас эту твою палку тебе… - кричал Сергей, открывая дверь и отталкивая ею от машины старика.

Перед Сергеем был обычный, на первый взгляд, полоумный дед: чуть ниже самого Сергея, слегка сгорбленный, с редкими, давно немытыми и не стриженными седыми волосами, недельной седой щетиной, в грязной рубашке, на которой отсутствовала половина пуговиц. Во рту у старика торчало всего по два зуба сверху и снизу, но это нисколько того не смущало, а потому он, растянув широкую, немного идиотскую ухмылку, продолжал замахиваться на высокого мужчину средних лет в белой рубашке и светлых бежевых брюках, что стоял рядом с ним.

- Дед, - приподняв кулак, строго сказал Сергей, - зашибу ведь. Иди себе подобру-поздорову. Не нарывайся и мне неприятностей не создавай.

Но безумный старик, отойдя от Сергея всего на пару шагов, продолжал хихикать и замахиваться в сторону него и его машины палкой.

- Семен! – крикнул кто-то со стороны домов. Сергей выглянул из-за плеча деда, чтобы рассмотреть крикнувшего мужчину, и в этот самый момент полоумный старик огрел его по шее. Сергей, не выдержав, наконец, выхватил у деда палку и, замахнувшись со всей силы, ударил ею об землю прямо рядом с ногами деда.

- Я стариков не бью, - злобно проговорил Сергей, - отвали по-хорошему, бать.

- Семен, - чуть тише окрикнул деда подбегающий к ним мужичок средних лет, - а, дед Семен? Ты чего к людям пристаешь?

- Живой, - подняв свою клюку и тыча ею в сторону Сергея, по-стариковски негодуя, прохрипел дед. – Живой! – громко и недовольно повторил он.

- А тебе хотелось бы иначе? – усмехнулся ему в ответ Сергей. Дед Семен же лишь плюнул ему под ноги и, опираясь на свою палку, прихрамывая, поковылял в сторону домов.

- Да ты не обижайся на него, - довольно улыбаясь, говорил Сергею коротко стриженный, простой мужичок в старой деревенской одежде. – Это дед Семен, для своих – Беззубый. А меня Геной звать.

Геннадий протянул Сергею руку, предварительно обтерев ладонь о старый пиджак, что был явно не первой свежести.

- Сергей, - пожал ответно руку Сергей, понимая, что не отказался бы теперь ее вымыть. – Что за место? Деревня какая-то? – спросил он у Геннадия, вглядываясь вперед, где примерно в двухстах метрах от него и его машины начиналась улица – судя по всему, единственная в этом поселении.

- Ага, деревня, - как-то с насмешкой ответил Гена. – Можно и так сказать… А ты чего это? Как тут у нас очутился?

- Хотелось бы и мне это знать, - Сергей обернулся к машине. – Ночью глаза открыл – темно. А я здесь. Как оказался – не помню. Связи нет, телефон превратился в кирпич, машина не запускается. Есть тут у вас механик какой? Связь? Интернет? Мне бы матери позвонить или сестре, да и на работу тоже. И разобраться бы, как я здесь оказался. И здесь – это где? Что хоть это за место?

- А ты чего это – совсем ничего не помнишь? – казалось, Геннадий продолжал насмехаться над Сергеем.

- Не помню, - с подозрением ответил тот. – А что я должен помнить?

- Эх, машина у тебя крутая, - мечтательно проговорил Гена, обходя со всех сторон новенький белый кроссовер Сергея, оставив того без ответа. – В мои времена такой красоты не было…

- В какие твои времена? – теперь уже усмехался сам Сергей. – Тебе сколько? Лет сорок? Сорок пять? Мне тридцать четыре, Гена. Времена у нас одни и те же. Просто возможности разные…

- Тут ты прав, - продолжая любоваться машиной, ответил Гена. – Да не во всем. Так все же: как ты здесь очутился?

- Я же говорю: не помню, - немного с раздражением сказал Сергей. – Где мы? Что это за деревня? Что за область?

- Странный ты, Серега, - остановившись рядом с Сергеем, ответил Геннадий, почесывая заросшую седеющей щетиной щеку.

- Я странный? – удивленно сказал тот, глядя на мужичка, который был весьма похож на пропойцу, хотя и запаха перегара от него не было. Да и взгляд был весьма трезв… - Ты машину мою рассматриваешь так, словно видишь подобную впервые, дед этот ненормальный со своей палкой, дети какие-то ночью перед фарами бегали… А странный здесь я! Где мы находимся? – Сергей переходил на крик. – Что это за место?

- Не ори, - спокойно глядя в глаза разгоряченного приезжего, ответил Геннадий. – Навь это. Добро пожаловать.

Сказав, мужик развернулся, сорвал травинку у дороги и, засунув себе ее между щербатых желтых зубов, пошагал в сторону деревни.

- Навь? – удивленно переспросил Сергей. – Впервые слышу. Что за название такое… Эй! – окрикнул он уходящего Геннадия и,