Путь домой - Джон Демидов Страница 58

— Тихо! Сядьте все! Не на базаре…

Генералы сразу замолчали, а хозяин кабинета тем временем очень долгим взглядом посмотрел на меня, и в конце концов отеческим голосом сказал:

— Сережа, выполни пожалуйста требование Константина Тарасовича, хорошо? Я полностью ему доверяю, так что бояться нечего.

Молча кивнув, я согласился на запрос от от этого Константина Тарасовича, после чего выбрал нужный промежуток логов, прекрасно представляя — что именно его интересует, и мысленно выдохнув, нажал кнопку отправить.

Сразу после этого мужчина сел, и не говоря ни единого слова прикрыл глаза, явно начав активную работу с интерфейсом. Делать было нечего, и я наблюдал за лицом этого мужика. Сначала оно было спокойным, но потом он начал хмуриться, будто нашел что-то для себя непонятное, а потом он весь как-то напрягся и стал не просто задумчивым, а каким-то даже ошарашенным.

После этого он распахнул свои глаза, и пристально уставившись на меня, практически шепотом спросил:

— Это правда был ты?

Я просто кивнул, и с немного кривоватой усмешкой сказал:

— Да, это и правда был я.

После этого Константин Тарасович посмотрел на меня долгим взглядом, явно переоценивая, а потом повернулся к Роману Григорьевичу, и уверенным, даже несколько протокольным голосом сказал:

— Да, Роман Григорьевич, Сергей был абсолютно прав, и полученная информация действительно относится к высшей категории секретности. Я предлагаю продолжить дальнейшее обсуждение без посторонних.

Хозяин кабинета и правда безгранично доверял этому человеку, потому что без единого вопроса обвел взглядом всех собравшихся, а потом сказал усталым, но в то же время твердым голосом:

— Господа… Прошу всех, кроме Сергея и Константина Тарасовича покинуть мой кабинет.

Собравшимся не очень понравился этот приказ, но спорить с ним по понятным причинам никто не рискнул. Потребовалось всего несколько минут, чтобы в кабинете никого не осталось, и как только входная дверь закрылась за последним человеком, Роман Григорьевич откинулся на спинку своего кресло, и обреченно выдохнув, коротко сказал:

— Рассказывай!

Глава 25

Молчаливо переглянувшись с Константином Тарасовичем, я откинулся на своем стуле с крайне независимым видом, давая ему понять, что полностью передаю бразды ведения разговора в его руки, на что он понимающе кивнул и переведя взгляд на Романа Григорьевича начал описывать новый расклад сил:

— Роман Григорьевич, Сергей конечно скинул мне далеко не все логи, но даже этого фрагмента хватило, чтобы с полной уверенностью говорить о кардинально изменившейся ситуации… Согласно полученным системным протоколам, награды за посещение колыбели распределяются следующим образом: первый посетитель получает три модификации с самостоятельным выбором, второй — две с самостоятельным выбором; третий — одну с самостоятельным выбором. На этом самостоятельный выбор заканчивается, и четвертый носитель получает две модификации с автоматическим выбором, а пятый — всего одну с автоматическим выбором.

После этого он перевел свой взгляд на меня, и продолжил с некоторым порицанием в голосе:

— Наш Сергей не только добыл эту информацию, но и успешно стал первым посетителем колыбели, получив причитающиеся ему награды.

Роман Григорьевич все это время крайне внимательным образом впитывал новую информацию, а его лицо становилось все более серьезным с каждым новым словом. Когда Константин Тарасович закончил свой доклад — он перевел на меня изучающий взгляд, после чего протянул:

— Так это что же у нас получается, Сережа? Неужели тебе показалось мало целых трех дополнительных усилений и ты нацелился на все остальные награды колыбели? Не многовато ли для одного человека?

Если он думал, что сможет таким тоном заставить меня чувствовать себя виноватым, то он глубоко заблуждался… Я просто покачал головой, а потом усмехнулся и ответил:

— Можно сказать и так, Роман Григорьевич, но усиления я планировал не для себя, а для своих людей, чтобы они получили эти награды и смогли более продуктивно защищать себя и своих близких.

Хозяин кабинета понимающе кивнул, а потом с задумчивым выражением лица сказал:

— Знаешь, Сережа, вот что мне в тебе всегда нравилось — так это твоя искренность и честность. Вот если бы все вокруг обладали такими качествами — мы бы горя не знали… — после этого он задумался на несколько мгновений, а затем добавил:

— Я понимаю твои мотивы, но и ты должен понимать, что я, как глава государства, просто не имею права оставлять это без внимания. Усиления, дарованные колыбелью, слишком сильно меняют баланс, и проходить мимо них, а уж тем более добровольно отдавать в чужие руки — это самая настоящая, совершенно недопустимая глупость!

Тяжело вздохнув, я отстраненно подумал о том, что тяжело было ожидать какого-то другого ответа, но на всякий случай все-таки решил уточнить, прежде чем уходить:

— То есть координат вы мне не дадите, да?

После моего прямого вопроса Роман Григорьевич переглянулся с Константином Тарасовичем, а потом с дипломатической осторожностью в голосе сказал:

— Я бы не был так категоричен… Дай нам пожалуйста несколько минут, хорошо?

Терять мне было нечего, а потому я согласно кивнул, и только собирался выйти из кабинета, как увидел, что оба моих собеседника застыли с отстраненным взором, и сразу же догадался, что они решили не рисковать возможной утечкой информации, и прямо сейчас общаются в системном чате, который просто невозможно подслушать.

Пока они общались — я не находил себе места от достаточно мерзкого чувства упущенного времени. С моей стороны было глупо предполагать, что Роман Григорьевич с радостной улыбкой отдаст мне координаты всех хранителей, и из-за этой ошибки я тут завис, хотя у меня совсем нет времени на долгие переговоры и игры в политику.

Мастер Теней дал мне всего три дня, и за эти дни мне СТОЛЬКО всего нужно было сделать, что каждая минута была буквально на вес золота.

В этот момент Роман Григорьевич хмыкнул, привлекая моё внимание, и как только поймал мой вопросительный взгляд, тут же сказал с видимым сожалением в голосе:

— Извини, Сереж, но как ни крути — второе и третье место мы тебе отдать не можем при всём желании. Это слишком важные ресурсы, чтобы отдавать их в одни руки, но в то же время мы очень ценим тебя и твою помощь, а потому можем предложить тебе четвертое место.

«Вот ведь… Хитрецы!» — восхитился я, после чего покачал головой, и даже не думая повышать голос, ответил:

— Вам самим то не кажется, что это просто смешно? Вы прячете все за красивыми словами, но по сути — решили тупо забрать себе всё, и оставить меня с пустыми руками!

— Не с пустыми, — поправил меня Роман Григорьевич, сразу после чего объяснил: