Highschool of the Dead: Генезис распада - SadDecorator Страница 18

кишечной ферментации. В его микробиоме случился избыточный рост грибков «Сахаромицеты цере́визия», проще говоря, пивных дрожжей. При поступлении большой порции углеводов эти эндогенные микроорганизмы запускают процесс анаэробного брожения непосредственно в просвете тонкой кишки, расщепляя сахара до этанола. Происходит системная резорбция алкоголя, пациент получает токсическое опьянение без перорального употребления спиртного, — нарочито зевнул и закрыл рот ладонью, всем видом показывая, что его вопросы легкотня.

— Последняя попытка, — проинформировал он меня о скором достижении финала. — В новостях крутили один сюжет: у взрослого мужика, какого-то работяги, в брюхе обнаружили громадную опухоль. Ладно бы просто опухоль, но когда его иссекли и вскрыли, внутри оказались человеческие волосы, обломок челюсти и несколько сформировавшихся зубов. Как это вообще мыслимо? Дичайшая мутация?

— Ты описываешь случай «эмбриона в эмбрионе». Это редчайшая аномалия развития, возникающая на начальных стадиях многоплодной гестации. Когда в материнской утробе формируются монозиготные близнецы, доминантный зародыш обрастает вокруг второго и инвагинирует его внутрь собственного тела через висцеральные полости, так что тот работяга тридцать лет носил внутри недоразвитого брата. Короче, происходит тотальная инкапсуляция паразитического плода. У него нет шансов на самостоятельное выживание, отсутствует своя кровеносная система и полноценный мозг, но ткани продолжают дифференцироваться. Внутри означенной тератомоподобной массы формируются высокодифференцированные эктодермальные элементы, активные волосяные фолликулы, дентинная ткань и зачатки скелета. Новообразование десятилетиями способно вести себя бессимптомно, пока не разрастется настолько, что начнет компрессировать соседние органы брюшной полости или вызовет ишемию, а посему с точки зрения хирургии тому бедолаге попросту произвели операцию по удалению близнеца-паразита, — даже не вспотел.

— Окей, теперь буду звать тебя «Доком», — подытожил «Скалли», полностью уверившись в моей компетентности.

— Так, а какой у нас план? — из пространного диалога обо всем и ни о чем мы вернулись к пугающей действительности.

— В медицинский блок идти особо смысла нет, — сказал «Скалли», вышагивая со мной плечом к плечу. — Перестрелял всех, кого можно и кого нужно, ничего стоящего там особо нет.

— Тогда куда мы направляемся? — осведомился, не забывая осматриваться.

— Хлеборез знает, — признался «Скалли». — Тупо буду чистить локи, набивая очки и тратя накопленное на крутки, пока не выпадет ТП.

— Не испытываешь желания разобраться в творящейся вакханалии? — полюбопытствовал у союзника.

— Зачем? — конкретно из уст этого парня такой вопрос прозвучал весьма резонно. — Стопудово мы попали в аниме, а в аниме про зомби-апок обычно всем плевать, откуда растут ноги звиздеца планетарных масштабов. У нас и так контента навалом, одной идеи выживания в декорациях конца света хватит на десятки лет вперед.

— Как лично ты трактуешь возникновение чудовищ? — допытывался у спутника.

— Одно из двух: либо это болячка внеземного происхождения, представляющая для всяких инопришеленцев ту же пустяковую опасность, что и простуда, но по причине отсталости человеческой цивилизации ставшая для землян смертным приговором, либо это специально созданная человечками шняга шняжная, первоначально служившая в фармацевтических целях, но, по закону вселенской подлости или фактора человеческой тупости, склоняюсь ко второму, лекарство превратилось в бяку, — поделился соображениями «Скалли».

Преодолев дистанцию приблизительно в четыре сотни метров, нарушая безмолвие редкими репликами безопасности, мы одновременно замерли.

За поворотом, напоминая сцену из дешевого фильма ужасов восьмидесятых годов, возникло жуткое создание, так как из-за косяка частично виднелась оголенная голова, лишенная кожи, с темными впадинами, где мерцали алые точки зрачков, а ещё неестественно раскрытой пастью, копирующей оскал Слендерины.

Монстр удерживал равновесие удивительным образом, не за счет наклона корпуса, а закрепившись на стене, как Людина-павук.

— О-о-о-о-очень страшно, прямо боюсь-боюсь, — «Скалли» вскинул пистолеты и одиночным выстрелом оформил противнику попадание в голову.

Порождение ночных кошмаров упало, сохранив неизменную гримасу, а затем застыло.

— Осталось совсем чуть-чуть до новой крутки, — произнес напарник, радуясь такому развитию событий.

Оставив позади поверженного врага, мы продвинулись немного дальше, когда внезапно дорогу преградил очередной мутант, отдаленно похожий на первого, но руки этого создания оказались неестественно прижаты к бокам, а сам чудик содрогался, пародируя тяжелобольного человека в припадке.

— О, берегись этого хитрого жука, не позволяй ему приближаться, в противном случае услышишь вопль, от которого ты потеряешь ориентацию, а при менее удачном исходе станешь кататься по земле, мучаясь от боли из-за разорванных барабанных перепонок, — предостерег компаньон, после чего точным попаданием заставил обитателя закончить земное существование.

Спустя еще шесть одинаковых инцидентов, в паре из которых мне довелось самостоятельно уничтожать цели, затянувшиеся подземные лабиринты с монстрами завершились.

Мы переступили порог следующего помещения. Внутреннее наполнение полностью повторяло убранство комнаты с кучей разворованных голов, но первый фактор, на который невольно обращаешь внимание, заключался в грандиозных масштабах пространства, соизмеримых с габаритами ангаров для летательных аппаратов на какой-нибудь авиабазе секретного назначения.

Территория оказалась дополнительно разделена на комнаты помельче. В этом месте, в отличие от прошлой локации, помимо ящиков присутствовало огромных размеров оборудование, но что именно делают эти механизмы и для чего вообще служат, оставалось непонятно.

— Небольшой оффтопик, — разбавил молчание «Скалли», — ты врач какой специальности?

— Главное, что умею лечить людей и ставить диагнозы, почти независимо от типа болезни и ее тяжести, — размыто ответил ему. — Сам-то работал или учился, или и то, и другое?

— Был на втором курсе, только-только начали осваивать программирование, на каникулах посетил большую сходку косплееров, бам, оказался тут, — немного узнали о нем.

Изучение этой локации вдоль и поперек заняло ровно девять минут, после чего «Скалли» прислушался и, слегка приподняв голову, вооружился своими «цезешками».

— «Док», у нас гости, — попрыгал на месте, как выполнивший разминку спортсмен. — Приготовься.

Из точек, откуда подсознательно ожидаешь нападения недоброжелателей, готовых превратить тебя в тирамису, начали показываться агрессивные существа.

— Наконец-то, свежее мясо, — обрадовался напарник, предвкушая грядущую схватку.

«Скалли», не выбирая, с кого именно начать, открыл огонь по-македонски, лихо вышибая мозги нападавшим тварям.

Мне совершенно не хотелось оставаться наблюдателем, но заходить в зону поражения было откровенно глупо, поэтому предоставил товарищу возможность действовать самостоятельно.

Расправившись с первой пачкой из тридцати двух особей, парень ушел на перезарядку.

— Найс! — довольный собой «Скалли» подготовил пистолеты.

По другим вентиляционным шахтам внутрь ворвалась еще одна группа монстров численностью в двадцать штук.

Компаньон, активно нажимая на спусковые крючки, полностью опустошил магазин правого пистолета и, потратив еще пять патронов из левого, уничтожил всех нападавших, после чего тела мутантов принялись медленно растворяться.

— Так вам и надо, полоумные уроды! — «Скалли» опять перезарядился.

— Это ещё не всё, — поставил его в известность, услышав, как кто-то скребётся.

— Если так дальше продолжится, это идеальный спот для фарма! — «Скалли», подождав, когда в поле его зрения появится первый мутант, превратил голову мутанта в лопнувший фрукт. — «Док», прикрывай мою задницу.

— Я тебя понял, — повернувшись к нему спиной,