Клетка для лжецов - Сия Кейс Страница 94

Пальцы резко разжались, и ученому пришлось сделать усилие, чтобы его тяжелая голова не упала на грудь.

— И за что же тебя взяли? — Ухмыльнулся каторжанин, почесав заросший щетиной подбородок.

Най прекрасно понимал, что при всем желании не сможет произвести впечатление отъявленного преступника — тем более, на “собратьев по несчастью”. Сейчас бы ему ой-как пригодились юридические знания Лоренты, но в их отсутствие ученый не придумал ничего лучше, чем сказать:

— Подстрекательство к мятежу.

“Прикинусь писателем или журналистом, — решил он, — Хотя бы уровнем образования буду соответствовать”.

— И на каком булыжнике ты чалился?

Най ожидал подобного вопроса, но это вовсе не значило, что он придумал на него ответ. Выдать что-то внятное и при этом не расколоться, когда ты понятия не имеешь, как устроена вся система этих чертовых тюрем — та еще задачка.

— По-моему, мы теряем время, — Из дальнего угла раздался приглушенный голос. Темнота мешала разглядеть что-то, кроме сидячей позы говорящего, но спустя мгновение он, словно подслушав мысли Ная, медленно поднялся на ноги и подошел ближе, болезненно волоча за собой ногу.

С виду он был в точности такой же, как его дружок — иссушенный до состояния живого скелета, неопределенного возраста, с едва начавшими отрастать волосами. Разве что шрамов на роже Най не приметил…

Очевидно, эти двое сбежали совсем недавно и еще не успели притереться к образу жизни обычных людей. Или вовсе не желали этого…

— Идиоту ясно, что он врет, — Хромой говорил гораздо спокойнее, но голос у него напоминал скрип сломанных колес, — Интересно, кого ты надеялся обмануть с такой мордашкой?

На корточки он не присел — очевидно, из-за ноги — но так настойчиво вперился в Ная взглядом, что тот поежился.

Спустя секунду носок ботинка врезался ему в живот — ученый скорчился от боли и застонал, но передышки ему не дали. Похититель в шрамах схватил его за волосы и поднял на колени:

— Я буду тебя бить, пока не услышу правду.

Най соображал все хуже. Он даже не сразу заметил, что из глаз у него брызнули слезы — конечно же, в таком слабаке никто никогда не заподозрит прожженного уголовника и беглого каторжника.

— Прекрати это, Кейн, — Вмешался хромой, — Тебе не идет роль молотобойца. Даже сейчас.

— А тебе — роль миротворца, — Прошипел Кейн, доставая из кармана зажигалку и сигарету. Впрочем, закурив, он свое огниво почему-то не убрал, а принялся щелкать железной крышкой, — И какого мы называем наши имена..?

— Такого, что без доверия в нашем деле никак, — Хромой подошел чуть ближе, — Что этому мальчику дадут наши имена? Верно, ничего. А нам хорошо бы попробовать другую тактику, раз первая не дала результатов.

Наю казалось, что он сходит с ума. С другой стороны, если эти двое поубивают друг друга, у него появится шанс сбежать. Наверное…

— Итак, я Виктор, — Хромой посмотрел Наю в глаза, — По манерам моего товарища Кейна ты мог решить, что мы как минимум собираемся выпотрошить тебя, но это не так. Мы лишь хотим узнать, сможешь ли ты предоставить нам услугу, в которой мы нуждаемся.

Честно говоря, странные наигранно-отстраненные манеры Виктора пугали не меньше, чем неконтролируемая агрессия Кейна. Впрочем, она тоже сошла на нет и сменилась скрытой угрозой, когда он легким движением вернул Ная в сидячее положение и холодно отчеканил, выдохнув облако табачного дыма прямо ему в лицо:

— Спрашиваю в последний раз: кто ты такой и какого черта твой корабль светится от нефрита, как хренова лампочка!?

* * *

Лоренту оттеснили от Вэйла, как только пилотов допустили к лодкам и дали время для подготовки к старту. Впрочем, ей все равно не удалось бы поговорить с ним как следует из-за чертовой роли биоандроида и из-за того, что он, как участник регаты, теперь оказался в центре внимания.

— Пожалуйста, Вэйл, — Только и сказала она ему в общей сумятице, — Это ради всей нашей экспедиции…

Ему хватило совести даже сделать вид, что он понял. Лорента почти не сомневалась, что это ложь, но надежда на то, что гордыня не позволит Вэйлу выложиться вполсилы, заставляла ее верить в его возможную победу. Соперники, на первый взгляд, и вправду были ни к черту…

Трудно было сделать вывод о том, какие они пилоты, по поведению на земле, но насчет остальных качеств Лорента была уверена гораздо тверже. Большинство участников — либо обыкновенные искатели приключений вроде нее самой, либо хвастливые самодуры с раздутым самомнением и манией величия. Девушка смотрела на то, как эти юнцы трутся перед своими лодками — причудливыми гибридами самолетов и гоночных машин Древних — улыбаясь девицам направо и налево, и едва сдерживала смех, мысленно делая ставки, на какой минуте гонки они сойдут с дистанции.

Умнее всех, по ее мнению, поступил пилот восьмой лодки — он и вовсе не стал показываться публике, забравшись в кабину еще до того, как к старту стянулись зеваки. Поэтому сейчас у его синего судна было безлюдней, чем на улице посреди ночи.

Дружок Вэйла, коротконогий Хэ, красовался у своего аппарата с видом если не победителя, то как минимум главной звезды гонки — видимо, на этот лад его настраивал тот факт, что он занял номер выбывшего Чарли Алмаза, чье имя не сходило с уст людей вокруг даже при том, что его самого не предвиделось вовсе.

С другой стороны, на месте такой легенды, какой успел стать этот человек, Лорента вела бы себя в точности, как пилот восьмой лодки. Она покосилась на синий кораблик и мысленно сделала заметку понаблюдать за ним — если в глаза бросятся признаки высокого профессионализма, сомнений у нее не останется…

Правда, в таком случае Вэйлу ни за что не победить, а поэтому… пусть лучше “восьмеркой” окажется дилетант, отчаянно желающий показаться темной лошадкой.

Сам же Вэйл, выступающий под почетным последним — двадцать девятым — номером, незаметно стоял в конце строя и оглядывал своего железного коня неприметного медного цвета. Ни для него, ни для расположившейся по соседству летчицы с самонадеянным псевдонимом Сесиль Койве зрителей как будто бы не существовало. Впрочем, Лоренте показалось, что женщина пару раз поискала кого-то взглядом в толпе, и, не найдя, потеряла к ней всякий интерес.

Кто-то из зевак задел Лоренту плечом, и девушка подавила желание сделать замечание — во-первых, сейчас она была биоандроидом, а во-вторых, свою нервозность надо учиться держать в узде даже тогда, когда она грозится свести тебя с ума. Ей в голову лезло все и сразу — от страха