Мелодия для завтра - Дмитрий Соловей Страница 6

Месяца не прошло, как я сократил две трети работников уже по той причине, что они не выполняли свои обязанности. Все получили понижение социального статуса на пять пунктов, вспоможение в размере пятидесяти миров и социальное жильё. И не надо из меня злыдня делать!

Всем из тех уволенных слуг я предлагал работу и даже учебу по новой специальности. Мишка как раз в то время свой «Сурик-100» запускал и люди ему требовались.

Думаете эти любители жизни на тропических островах пошли в новую компанию? Там же трудится нужно, а они не привыкли к такому «бесчеловечному отношению» — как высказалась одна мадама необъятных размеров, пытавшаяся потребовать с меня оплату курса реабилитации. Кстати, в суд потом подала. Я читал суть претензий и не знал смеяться мне или хм… не смеяться. Бывшая служанка заявила, что это наша семья виновата, когда предоставила ей такую работу с четырёхразовым питанием из сплошных деликатесов. Это они так на острове хорошо питались. Потому она потолстела и хочет денег на курс похудения.

С тех пор тема наёмных работников у меня вызывает раздражение. Ольге сколько раз пояснял, что не стоит вникать в эти жалобы и решать без меня возникшие вопросы. Примерно год назад Катерина подговорила её обзавестись личным водителем. И Ольга чуть было не наняла его. Мне повезло, что дочери на тот момент было меньше тринадцати лет и её заявку не зарегистрировали. Ольга прибежала тогда с претензией. Я же, получив сообщение, моментально поставил ей запрет на будущее нанимать персонал.

— У Лемешевых все с личными водителями ездят! — возмущённо заявила Ольга.

— Бери в качестве водителя любого работника с загородной виллы, — предложил я. — Он в любом случае нужен, чтобы перед тобой дверь открывать.

И в самом деле зачем в наше время водитель машины? Все функции давно выполняет автопилот, а не живой человек. Но вот появилась такая мода. Даже ретро автомобили стали выпускать, где отдельно выделено место для водителя и такая архаичность, как руль. К слову, выпуском тех автомобилей как раз Лемешевы и занимаются. Сами моду ввели, сами её распространяют.

Персонала у меня по-прежнему в избытке, а после смерти деда добавилось ещё несколько сотен. Мне же в наследство достались владения и сама корпорация.

Удивительно, что при всем этом успехе и богатстве дед отчего-то решил стать колонизатором. И это отнюдь не сиюминутный каприз, он собрался на полном серьёзе переселяться на другую планету. Подготовил и купил приличное количество вещей, отчего-то скрыв эти покупки. Прикинув так и эдак, я решил ничего не менять. Склад оформлен на меня, груз тоже, кушать он не просит, хранится может хоть сто лет. Мало ли какая оказия возникнет, тогда и продам.

И снова у меня из внимания выпала странность гибели деда. Навалились проблемы другого рода. Давний конкурент нашей семьи предъявил претензии по поводу выпуска новой серии человекообразных роботов-помощников. Они даже в суд подали, обвиняя в промышленном шпионаже. Как это может произойти во времена глобального ИИ?

Правда, Мишка уверял, что легко и просто. Сеть глобальная, однако она не касается того, что связано с научными изысканиями. Всё, что усовершенствует и улучшает жизнь людей, вначале проходит своего рода тестирование, и глобальный ИИ словно не замечает этого.

— Зачем ему мозги засорять опытами и исследовательскими работами, многие из которых окажутся тупиковыми, — пояснял мне как-то друг принцип работы глобального ИИ. — Для этого существуют менее продвинутые версии и младшие братья — нейросети.

Согласно этому принципу, на стадии разработки ИИ не вникает в технологии. Мне же предстояло доказать, что те самые роботы наше родное изобретение. Я не просто был в этом уверен, я точно знал, поскольку вся биохимия была создана Марией под руководством деда. Программу писал Мишка, и лишь каркасы монтировались на одном из заводов концерна «ОргоПринт».

Можете представить мою загруженность в те дни, и потому предложение Мишки отдохнуть денёк на природе я воспринял как издевательство.

— Миша, прости, но не получится в этом месяце точно, — с сожалением отказал я другу.

Он у меня понимающий, и я был уверен, что объяснять ничего не придётся. И каково же было моё удивление, когда буквально через четверть часа Мишка подъехал за мной. Мало того, и Мария сидела у него в салоне. Вид, правда, имела такой же недоуменный, как стал у меня в момент их появления.

Удивление усилилось, когда подойдя ко мне ближе, друг развернул записку, прижал этот листок к груди и дал прочитать: «Ничего не говори, не спрашивай, следуй со мной» — гласила она.

Метод передачи информации настолько озадачил, что я невольно подчинился и сел в машину. Ехали мы молча, повезло, что недалеко, иначе бы я умер от нетерпения. Отчего-то мне не казалось это шуткой и желанием Мишки меня подбодрить в сложной ситуации.

Глава 3

Парковая зона и два озера с лебедями располагались недалеко и вскоре мы дружно выгрузились из автомобиля. Согласно написанной на бумаге записке, оставили все средства связи и личные браслеты в салоне. Затем отошли на некоторое расстояние и уселись прямо на траве. Спасибо, что какие-то подстилки Михаил предоставил, чтобы не совсем уж по-дикому выглядели посиделки. И наконец он начал рассказывать.

— Эд, надеюсь, ты понял, что Роберта Леонидовича убили, — ошарашил он меня первой же фразой.

Не успел я осознать и мысленно согласиться с этим утверждением, как он продолжил:

— Ты следующий на очереди. Люди приближенные к правительству против появления биороботов. Это не конкуренты. Это полная поддержка глобального ИИ.

— Чушь, — отмахнулся я. — Идея не нова. Роботов схожего принципа производили сто лет назад, когда было повальное увлечение кибергами.

— Они не вошли в повсеместное пользование, — напомнил Мишка.

— И что? — не понимал я.

— Эдвард, я не знаю причин, не знаю подоплеки всего этого, я вижу другие признаки и опасаюсь за тебя.

— Думаешь его убьют? — впервые от начала нашей беседы подала голос супруга.

— Молодой организм убивать расточительно. Отправят на Гемму вместе с очередным рейсом заключённых, — припечатал друг.

— Ты, Миша, фантазёр, — мягко улыбнулась Мария и потрепала его по вихру.

— Пусть буду сказочником и паникёром, не важно, — продолжал оставаться серьёзным Михаил. — Главное, что я сейчас расскажу тебе алгоритм действий в случае ареста и суда над твоим мужем.

Про то, что друг у меня